Дитя Божье

Сюжет+Общие впечатления+Язык: 9+9+10=9,3

"У двери сарая в безмолвии пасторального утра стоял, наблюдая за происходящим, какой-то человек - маленький, грязный, небритый. ... Возможно, такое же дитя Божье, как и вы."

Ультракоротко: история маньяка-некрофила со Среднего Запада.

Уж не знаю, почему так многие пишут о том, что от ряда сцен в книге вас может выворачивать наизнанку, в сравнении с каким-нибудь романом в духе "Раскрашенная птица" Косински или же "Кровавый меридиан" самого Маккарти, здесь все очень по лайту. Тем более, что у Маккарти явно не стояла задача создать трэш-хоррор, а бескомпромиссно и очень прямолинейно (как это ему и свойственно) рассказать о человеческой трагедии и глубоком одиночестве личности.

История происходит в 1960-х в Теннесси, в глухой провинции, в горах, где в жизни людей остались лишь выпивка, ярмарка и ненависть. Ненависть к себе, ненависть к другим, ненависть к Богу, в конце-концов. Что может родится в такой среде? Девять дочерей на гаражной свалке, по которым будут, словно мартовские коты, сходить с ума молодые люди, и сношать их пока отец не достанет свой дробовик? Или умственно отсталый дебил, который откусит ноги у птицы? Да и хотя бы маньяк-некрофил, который становится таким только потому, что не понимает жизнь иначе.

Да, соглашусь с Мэри Гейтскилл, которая пишет о том, что прочитав книгу до половины вы начинаете в той или иной степени сочувствовать главному герою. Волей-неволей, но читатель задумается, что заставило появится на свет Божий это чудовище - его ли собственная недалекость или же обозленный мир, который разве что только и способен плодить подобных хтонических существ.

Слог Маккарти очень ясный и безапелляционно прямой, по-мужски суров, но при этом заставляет читателя испытывать самые разные эмоции к прочитанному. Трагедия одного разрастается до вселенских масштабов, словно всплеск от камня брошенного в тихую гладь озера, нарушив спокойствие лесной глуши. Нищий духом, замкнутый и недалекий главный герой, трогательно прижимающий к себе плюшевые игрушки, спасаясь из пожара в собственном убежище, который умеет взаимодействовать с внешним миром лишь используя язык насилия. Именно таким предстает перед читателем Лестер Баллард, чтобы заставить задуматься о том, что на самом деле стало причиной убийств, которые он совершает между строк (в основном) романа. Отсутствие человеческого сочувствия, понимания и любви разрушительно сказывается на личности, которой в итоге приходится прятаться в пещере, рождая в сумерках своего сознания чудовище, которое будет нести лишь хаос и смерть ближнему.

Отдельное спасибо издательству, хотя работа корректора могла бы быть немного лучше.

Когда тебя шокирует текст, даже если перевод и несколько слабоват.

«Дитя Божье», Кормак Маккарти (1973) Перевод: Денис Марков, Скрипториум, 2021

«Если бы существовали ещё более тёмные части ночи, он нашёл бы их»

Третий роман Маккарти исследует тему изоляции и постепенной деградации человека с маниакальными наклонностями и написан так психологически реалистично. В горном медвежьем углу штата Теннеси, в округе Севир (Sevier County), где поля и леса граничат с непроходимыми скалами и пещерами, бродит неприкаянный парень Лестер Баллард. В детстве он рано лишился матери, а потом обнаружил труп отца, который повесился в сарае. Потом его изгнали из дома и земли, где он поселился (нашёлся хозяин, который выкупил этот надел). И единственный его талант — точность стрельбы из ружья. И единственная ценная вещь — само ружьё, на которое он заработал.

«Все неприятности, в которые я когда-либо попадал, сказал Баллард, были связаны с виски и с женщинами, или тем и другим вместе. Он часто слышал, как мужчины говорили об этом. Все неприятности, в которые я когда-либо попадал, были связаны с тем, что меня ловили, сказал чёрный»

Три части рассказа и три периода из жизни героя, который предстаёт перед нами то как ищущий убежища в заброшенной полуразрушенной хибаре в лесу, то как захаживающий к разросшемуся семейству мужика, смотрящего за местной свалкой, ищущий общения, какого-то контакта с людьми... Но его обвиняют в изнасиловании сумасшедшей, которую Баллард находит в одной ночной рубашке (хотя никаких доказательств нет). Герой подсматривает за молодыми, которые скрываются от глаз возле Лягушачьей горы, занимаются сексом в машинах...

Анонимный рассказчик знаком с местным шерифом и с помощником шерифа, периодически мы слышим обрывки его разговоров, которые вкраплениями появляются в истории про Лестера, глупого и агрессивного типа, которого обходят стороной местные. И сквозь хождения и разговоры, описания бытовых и повседневных дел, проступает жуткое: то это выигранные в тире большие мягкие игрушки, которыми герой заменяет людей, то труп девушки, которую он одевает в купленное женское бельё и пристраивает то так, то эдак в своём ветхом жилище, выходит посмотреть — как она смотрится в окне с улицы.

«Вы думаете, тогда люди были злее, чем сейчас? — спросил помощник шерифа. Старик смотрел на затопленный город. Нет, сказал он. Я так не считаю. Я думаю, что люди одинаковы с того самого дня, как Бог впервые создал их»

Получился жуткий и предельно лаконичный триллер о маньяке-некрофиле из глухой американской провинции 60-х годов, так что читать рекомендую тем, кто не боится подобных описаний (пусть поданных весьма сухо и лишённых треша... хотя, эпизод с париком, который герой сделал себе из скальпа убитой и изнасилованной жертвы, один чего стоит). Красивейшие описания природы, суровой зимы и зарождающейся весны, соединены с доходящим до помешательства героем, обустроившим себе жильё в глубокой пещере, где кости убитых древними охотниками животных соседствуют со свежими человеческими останками, выставленными в каменных нишах для лицезрения...

Если «Кровавый меридиан» (мой отзыв тут) — это кровожадное развенчание мифов о «бравом и прекрасном» Диком Западе, то в более раннем тексте «Дитя Божье» Маккарти разбирает другой вопрос: «насколько может деградировать человек, если его вычеркнуть из современного общества?». Ответ вы найдёте в этом совсем небольшом романе, который вышел через семь лет после полудокументального «Хладнокровного убийства» Трумана Капоте, шокировавшего американских читателей описаниями жестоких сцен. Маккарти, по-моему, шокирует гораздо сильнее. Таково “дитя Божье, возможно, очень похожее на вас“, по словам рассказчика.

They godamighty, said Ballard. The dead man’s penis, sheathed in a wet yellow condom, was pointing at him rigidly

«Дитя Божье», Кормак Маккарти (1973)

Третий роман Маккарти исследует тему изоляции и постепенной деградации человека с маниакальными наклонностями и написан так психологически реалистично. В горном медвежьем углу штата Теннеси, в округе Севир (Sevier County), где поля и леса граничат с непроходимыми скалами и пещерами, бродит неприкаянный парень Лестер Баллард. В детстве он рано лишился матери, а потом обнаружил труп отца, который повесился в сарае. Потом его изгнали из дома и земли, где он поселился (нашёлся хозяин, который выкупил этот надел). И единственный его талант — точность стрельбы из ружья. И единственная ценная вещь — само ружьё, на которое он заработал.

«Все неприятности, в которые я когда-либо попадал, сказал Баллард, были связаны с виски и с женщинами, или тем и другим вместе. Он часто слышал, как мужчины говорили об этом. Все неприятности, в которые я когда-либо попадал, были связаны с тем, что меня ловили, сказал чёрный»

Три части рассказа и три периода из жизни героя, который предстаёт перед нами то как ищущий убежища в заброшенной полуразрушенной хибаре в лесу, то как захаживающий к разросшемуся семейству мужика, смотрящего за местной свалкой, ищущий общения, какого-то контакта с людьми... Но его обвиняют в изнасиловании сумасшедшей, которую Баллард находит в одной ночной рубашке (хотя никаких доказательств нет). Герой подсматривает за молодыми, которые скрываются от глаз возле Лягушачьей горы, занимаются сексом в машинах...

Анонимный рассказчик знаком с местным шерифом и с помощником шерифа, периодически мы слышим обрывки его разговоров, которые вкраплениями появляются в истории про Лестера, глупого и агрессивного типа, которого обходят стороной местные. И сквозь хождения и разговоры, описания бытовых и повседневных дел, проступает жуткое: то это выигранные в тире большие мягкие игрушки, которыми герой заменяет людей, то труп девушки, которую он одевает в купленное женское бельё и пристраивает то так, то эдак в своём ветхом жилище, выходит посмотреть — как она смотрится в окне с улицы.

«Вы думаете, тогда люди были злее, чем сейчас? — спросил помощник шерифа. Старик смотрел на затопленный город. Нет, сказал он. Я так не считаю. Я думаю, что люди одинаковы с того самого дня, как Бог впервые создал их»

Получился жуткий и предельно лаконичный триллер о маньяке-некрофиле из глухой американской провинции 60-х годов, так что читать рекомендую тем, кто не боится подобных описаний (пусть поданных весьма сухо и лишённых треша... хотя, эпизод с париком, который герой сделал себе из скальпа убитой и изнасилованной жертвы, один чего стоит). Красивейшие описания природы, суровой зимы и зарождающейся весны, соединены с доходящим до помешательства героем, обустроившим себе жильё в глубокой пещере, где кости убитых древними охотниками животных соседствуют со свежими человеческими останками, выставленными в каменных нишах для лицезрения...

«Если бы существовали ещё более тёмные части ночи, он нашёл бы их»

Если «Кровавый меридиан» (мой отзыв тут) — это кровожадное развенчание мифов о «бравом и прекрасном» Диком Западе, то в более раннем тексте «Дитя Божье» Маккарти разбирает другой вопрос: «насколько может деградировать человек, если его вычеркнуть из современного общества?». Ответ вы найдёте в этом совсем небольшом романе, который вышел через семь лет после полудокументального «Хладнокровного убийства» Трумана Капоте, шокировавшего американских читателей описаниями жестоких сцен. Маккарти, по-моему, шокирует гораздо сильнее. Таково “дитя Божье, возможно, очень похожее на вас“, по словам рассказчика.