Всему свое место. Необыкновенная история алфавитного порядка

Всему свое время, каждому свое,
Наезднику - стремя, охотнику – ружье.

Л. Фадеев, «Всему свое время», 1981

Моя бабушка была преподавателем в библиотечном техникуме, поэтому мои ранние годы прошли в фондах библиотек и среди карточек каталогов. Нельзя сказать, что я в этом разбирался, скорее все это было просто привычными элементами пейзажа. Оказалось, что за этим пейзажем (как и за всем на свете) стоит многовековой труд энтузиастов классификации, смыслом жизни которых было нахождение универсального способа представления информации в удобном для поиска виде.

Материал в книге интересный, изложение же хромает. Автор, которая задалась целью показать, что алфавитный порядок – вершина придуманного человечеством, саму свою книгу построила хронологически, т.е. как раз в том порядке, который был соперником алфавитного и потерпел сокрушительное поражение. При этом нельзя сказать, что в книге есть убедительность – сначала казалось, что автор хочет и пытается рассказать – почему же алфавитный порядок победил, однако она ограничилась рассказом когда и где этот порядок победил, оставив сто тысяч почему за скобками.

В связи с тем, что материал любопытен, но немного очевиден, привлекательны были скорее авторские проговорки и намерения. Книга писалась под западную аудиторию и не предполагалась к переводу, поэтому автор обращается к читателям как к собратьям по западной цивилизации (практически цитата) и описывает некоторые вещи как очевидные (песенку об алфавите, систему буквенных школьных оценок). Любопытно, что представление об универсальности западной цивилизации уже не самоочевидно, а вот о превосходстве еще, кажется, живет. И в таких книгах, э, второго ряда легко и непринужденно воспроизводит себя – в мировосприятии и подборе действующих лиц. Наши с вами края, кстати, не упоминаются ни разу, а страны, которые раньше были Восточной Европой, регулярно именуются Европой Центральной (что, как известно, тоже серьезный идеологический конструкт).

Но бог с ними, со стереотипами и делением на цивилизации. Этот сладостный мир скоросшивателей, конторок, дыроколов и гроссбухов затягивает, документооборот поражает воображение рутинным воспроизведением практик, а знаменитые ученые поражают клочками бумаги и книгами общих мест. Информация в книгах разрастается, а люди пытаются свести ее к карточке, благодаря которой можно отличать одну книгу от другой.

Любопытно то, что автор превозносит алфавитный порядок, предвещая его смерть – аппаратные средства позволяют искать по контексту, а не по алфавиту, поэтому то, что пробивало себе путь столетиями, теперь хоть и работает как базовый принцип, больше не является обязательным для поиска информации как таковой. А сколько копий было сломано – только по первой букве ранжировать, по первой-второй или алфавитный порядок должен быть абсолютным? Sic transit gloria mundi.

Стоит признать, что меня в первую очередь привлекла симпатичная обложка. По ней, правда, сложно понять, что будет происходить внутри, но это не так важно.

Поэтому я не очень вообще чего-то ожидала от содержания, и первые две главы ушли на то, чтобы понять, о чём я, собственно говоря, взялась просвещаться-то.
По итогу оказался лёгонький приятный научпоп на довольно неожиданную тему происхождения систем сортировки вообще и алфавитной - в особенности.

Книга - насыщенная смесь истории, лингвистики и библиографоведения, отнести содержание куда-то к одной области невозможно, потому что тем затронуто прямо приличное количество. Есть даже кусок про специальную мебель, которую придумывали для хранения записей в эпоху Просвещения и позже, когда естествознание со всеми ответвлениями вроде зоологии и ботаники становилось всё более популярным занятием.

Главы выстроены в хронологическом порядке: от того, как человечество отошло от пиктограм и изобрело фонетическую письменность, через осмысление, что буква - это абстракция и не обладает собственной ценностью, так что слово легко можно разбить на отдельные символы и пользоваться ими для сортировки, к настоящим каталогам. В основном речь про европейские культуры, немного в конце есть про Китай; автор объясняет, что такова её профессиональная область, и про развитие сортировок в других языках, которые не используют фонемы, она мало что знает, потому что не занималась вопросом.

Основной проблемой, которую рассматривает Фландерс, можно, пожалуй, обозначить сортировку массивов больших данных - вещь, страшно актуальная для нашего информационного времени. Но сейчас у человечества есть компьютеры и базы данных на любой вкус, а раньше были только свитки, перья и собственная память. С таким небогатым инструментарием приходилось как-то изворачиваться, чтобы не только сохранить непосильным трудом нажитые знания, но и иметь возможность их повторно найти.
Люди и изворачивались: создавали тетради "общих мест" с выписанными цитатами, заучивали наизусть отдельные труды, придумывали системы, что за чем должно стоять на полке. Но количество накопленной информации у человечества всё росло, потом случился печатный станок, и тут уже вариантов, кроме как искать способы категоризации, не осталось. Иначе можно оказаться в ситуации, когда тысяча книг есть, а что именно в них содержится, неизвестно никому. (Автор, кстати, где-то ближе к концу приводит потрясающую статистику, что в современных крупных библиотеках вроде Библиотеки Конгресса или Оксфорда по оценкам начала нулевых ещё больше половины фонда не было учтено, то есть десятки миллионов книг так и находятся в состоянии призраков: они как бы есть, но их как бы нет.)

Вообще, казалось бы, алгоритмы сортировки и принципы составления каталога интуитивно понятны, но ничего подобного. Подробное препарирование мучений первых монастырских библиотекарей или личных королевских секретарей показывает, насколько на самом деле все идеи "разложить по коробочкам, наклеить ярлыки, подписать на обратной стороне, что от кого пришло и когда" были новаторскими. Даже очевидная с моей колокольни читателя XXI века нумерация страниц была выстрадана поколениями книгопечатников.

Есть определённые забавные моменты про длинные около-научные диспуты на тему "насколько этично использовать алфавитный порядок вместо иерархического", попытки изобрести и переизобрести справочные системы, использование в качестве единиц сортировки игральных карт, забытые на сто лет в Ватикане почти готовые каталоги или всегда предопределённую победу бюрократии.
Про неё, по-моему, особенно занятно, я тоже как-то задумывалась об этом, но автор ещё и объективно обосновывает такой вывод: необходимость гибких и надёжных систем учёта породила именно государственная бюрократия. Когда правительство Священной Римской Империи и иже с ней перешло на подписанные приказы вместо устных распоряжений, всё накопленное бесконечное добро из сотен бумажек оказалось физически невозможно помнить, потому что клерки умирали от старости, а бюрократия только крепла.

Написано простым и непритязательным языком, много сносок на используемые термины и упоминающихся личностей, читается легко. Может, наверное, сбить с толку разве что обилие имён и дат, но мне не мешало. Есть некоторое количество перекрёстных ссылок на другие работы и непрямых цитат, но их немного, да и, в принципе, книга по своей теме рассказывает всё, что можно, особо углубляться читателю не имело бы смысла.

В целом, о потраченном на знакомство с книгой времени не жалею: вообще не моя сфера интересов, но иногда было прям увлекательно, да и познавательно - тоже. Мысль о том, что алфавитный порядок - не что-то само собой подразумевающееся, а нечто, потребовавшее минимум три тысячи лет эволюции и сознательных усилий для внедрения, никогда не приходила мне в голову. Ну и плюс, конечно, повеселила идея, что разработка систем указателей для каталогов что сейчас, что во времена святого Августина представляла собой одну большую головную боль: есть, есть нечто постоянное в этом изменчивом мире.
Не уверена, что стала бы советовать книгу кому-то, потому что непонятно, для кого именно она будет интересной, но если есть немного времени (так-то она небольшая) и хочется подробней узнать про извечные сложности организации библиотек или как развивались словари, можно попробовать.

Люблю нонфикшн на тему порядка, это же так интересно упорядочивать все вокруг себя. Данная книга обещала рассказать историю алфавитного порядка, о том, как он пришел в нашу жизнь и где используется.

Алфавитный порядок конечно в книге есть, но в целом она не об этом, она в принципе о систематизации, различных способах хранения информации и архивах.

Автор сразу говорит, что рассказывать она будет только о Западной Европе и Америке, так как о других странах у нее просто нет информации. Обидненько немного, так как я ожидала более обширного исследования, тот же Китай очень интересен, например.

Начиная с возникновения письменности и изобретения печатного станка, автор рассказывает о том, как в крупных библиотеках и хранилищах систематизировали информацию. Александрийская библиотека очень хорошо и интересно описана.

Потом автор уходит в Средние века и тут перед нами предстают множественные ордены и монастыри. В принципе их ничего особо друг от друга не отличает. И вот тут главное не запутаться в множестве имен различных монахов.

В целом читать было интересно, нашла для себя новую информацию, но как по мне, так текст перегружен разными понятиями, латынью, датами и именами. Потому не так чтобы не оторваться, но почитать несколько страничек перед сном интересно.

Эта книга, которую скорее бы отнесла для себя к разряду профессиональной литературы. Хотя книга не адресована именно библиотекарям. Но поскольку многие из них по роду своей деятельности имеют дело с каталогами, то она может быть им интересна.

Книга посвящена истории алфавитного порядка, и не только в библиотеках. В наши дни такой порядок стал настолько само собой разумеющимся для стран с алфавитной системой, что нам в голову не приходит, что может быть иначе. Так располагаются фамилии в разных списках, статьи в словарях и энциклопедиях, так маркируются различные продукты по качеству, сектора стадиона и т.п. Но так было не всегда. Хотя алфавиты изобрели в древности, и использовать алфавитный порядок тоже были попытки начать еще многие сотни лет назад, но полностью алфавитный порядок систематизации чего бы то ни было стал привычным только в 19 веке, не так уж и давно. Вокруг порядка следования слов в справочниках, расположения книг на полках - велись серьезные философские дискуссии. Многие ученые мужи прошлого считали, что порядок расположения по алфавиту хаотичен и не отражает устройство мира. Кроме того средневековому человек сложно было отделить слово написанное от его смысла, поэтому, например слово "бог" не могло быть где-то в середине списка, оно должно было идти первым , а далее слова должны были располагаться в иерархическом порядке. Содержание и расположение статей должно было иметь связь между собой, составляя единую структуру. Это - если очень кратко, за столетия столько всего было, столько копий сломано на эту тему!. К том, что все таки взяла верх алфавитная система расположения привело увеличение количества информации: стало больше книг, знаний, документов в дело обороте. Кроме того, это наиболее демократичная система составления списка и не требующая каких-то дополнительных знаний.

Кроме рассказа собственно об алфавитном построении, в книге много рассказывается о том, как все это влияло на устройство библиотек и контор. Много интересных фактов о возникновении справочной структуры книги: обозначения страниц, сносок, содержания, индексов, колонтитулов, деление на главы, появление абзацев, кавычек.

Особое место уделяется систематизации книг в библиотеках и истории книжных каталогов. Красной нитью в книге проходит история о том, как алфавитный книжный каталог стал генеральным, т.е. главным. (Для небиблиотечного народа поясню, что в библиотеках кроме генерального каталога, где все карточки в порядке авторов расположены, были / и еще много где есть и другие дополнительные виды каталогов, где книги расположены по темам и т.д.)

Интересная информация есть о появлении первых словарей, справочников и энциклопедий. Рассказывается о том, какие подходы и методики использовали для составления подобных справочников в разные времена. Многие известные ученые изобретали собственные способы систематизации накопленных ими самими знаний.

Интересно, что с появлением продуманной системы индексации терминов в книгах, которая позволила быстро находить нужную информацию, люди расслабились, ученым и студентам не надо было в головах держать кучу знаний, заучивать все наизусть в огромных количествах, до всего был легкий доступ, и стало гораздо меньше людей с энциклопедическим багажом знаний. Я вот подумала о том, что сейчас тоже происходит что-то такое. Все так привыкли, что все можно найти в сети, что даже простейшую информацию часто ленятся запоминать. Но вот хорошо ли это? Ведь так может оказаться, что интернета под рукой не будет. Но это, впрочем, тема, отдельного разговора.

В последней главе рассказывается о появлении различной офисной мебели и канцелярских принадлежностей для хранения и систематизации документов. То, что для нас очевидно, чем мы пользуемся каждый день в офисе еще не так давно было новинкой и откровением.

Что интересного можно рассказать об алфавитном порядке, чтобы хватило на целую книгу? На самом деле, практически ничего. Часть книги, связанную непосредственно с историей алфавитного порядка, можно было бы уместить в формат статьи. В целом, информация, что алфавитный порядок чуть ли не вплоть до середины девятнадцатого века вовсе не был чем-то само собой разумеющимся для организации справочников и документов, и западная цивилизация испробовала много разных вариантов, прежде чем признала алфавитный порядок самым удобным, достаточно любопытная. Но на книгу этого бы не хватило, и читать монотонное перечисление, какие каталоги и архивы сохранились с такого-то века, и как они были организованы не особо интересно. Но в книге много дополнительной информации, связанной с книгопечатанием, распространением грамотности, усложнением судебной системы и так далее. Все эти сферы общественной жизни косвенно влияли на пришествие алфавитного порядка. Например, необходимость как-то систематизировать документы возникла с развитием государственной бюрократии и вытеснением в судах устных свидетельств письменными. До этого просто не накапливалось такого количества документов, чтобы задумываться об их специальном упорядочивании. Из этой сопроводительной информации можно выцепить много любопытных фактов о материальной культуре Европы в разные исторические периоды. Я, в частности, внезапно осознала, почему в старинных текстах все абзацы пронумерованы - когда книги переписываются от руки, и не существует двух одинаковых копий одного текста, как еще сослаться на конкретную цитату, чтобы ее можно было найти в тексте источника? Еще очень понравился лично мне подробный разбор двух картин XVI века, изображающих нотариуса и сборщика налогов за работой - что за предметы персонажей картин окружают, для чего использовались и т.д.

Автор проявила излишнюю скромность в заголовке - редкий случай, и уже по объему книги видно, что одним алфавитным порядком здесь дело не ограничивается. Это масштабное исследование об истории систем организации, хранения и представления данных, в частности - истории грамотности и книг как носителей информации.
Хотя письменность была придумана для того, чтобы хранить данные, очень скоро люди столкнулись с тем, что в сохраненном не так-то просто найти нужное. Вопрос классификации и стоял как перед правоведами и счетоводами, так и перед библиотекарями: чем больше книг хранится у тебя на полках, тем совершеннее должна быть система поиска. Помните библиотеку бенедиктинского аббатства из романа Умберто Эко "Имя розы", где мог найти нужную книгу только человек, знающий ее секрет? Но и внутри самой книги, - если это не баллада о рыцаре и даме, а справочная литература, - надо как-то ориентироваться. Сегодня алфавитный порядок кажется настолько естественным, что кажется, будто он ровесник самого алфавита. И если не по алфавиту, то как?
Да как угодно: по времени, месту. Или по иерархии. В старинных словарях сначала рассказывалось о боге, затем об ангелах, ...о монархах, о подданных, ...о мужчинах, о женщинах, ...о своем государстве, о заморских странах. Так - сверху вниз - строилась картина мира.

Что за книги были в ту эпоху? Переводы античных классиков, сочинения отцов церкви, философские труды, художественная литература разных жанров. А еще уйма всяких справочников: конкордансы, флорилегии, компендиумы, дистинкции. По сути - шпаргалки, облегчающие работу мастерам слова.

Несколько интересных фактов:

• даже с изобретением печатного станка, книги далеко не сразу стали выглядеть так, как мы привыкли, например, долго не было абзацев и нумерации страниц;
• "на протяжении большей части истории умение читать и умение писать были двумя самостоятельными компетенциями". Также различалось умение читать "по печатному" и "по письменному";
• документы часто не датировались, потому что "год был понятием условным - многие люди, если не большинство, попросту не знали, какой шел год".

  Алфавитный порядок, совершивший когда-то революцию, сегодня сходит со сцены под влиянием всеобщей компьютеризации: поиск по базе данных позволяет за считанные секунды найти что угодно, не задумываясь, на какую букву оно начинается.

Автор - журналист, писатель и специалист-историк, которая преподает в Букингемском университет. Подобная тема очень узкая и специализированная. Думаешь, ну что тут можно написать аж на целую книгу. Оказывается, можно. И довольно много, если исследовать вопрос от античности до XXI века.

Довольно специфичная книга для тех, кому интересна тема возникновения и развития алфавита, букв и отчасти письменности. Автор очень досконально изучила вопросы разных способов, которые помогают человечеству из года в год упорядочивать и хранить информацию.

Мне было немного скучновато читать - обилие латинских слов, дат, большого количества людей, вовлеченных в развитие письменности и буквенности. А вот различные исторические события, связанные с тематикой алфавита, разбавляли некую тоскливость книги. Отличное решение в конце книги поместить хронологическую таблицу, которая по датам упорядочивает все то, что было прочитано ранее.