Цитаты из книги 玫瑰的名字

- Я в библиотеку никогда не ходил. Там лабиринт.

• Библиотека помещается в лабиринте?
• Се лабиринт величайший, знак лабиринта мирского. Вход и широк и манит; всякий, кто входит, погиб. Никто не сумеет выбраться. Не надо ходить за Геркулесовы столпы.

- Ясны небеса, а на земле довольно мрачно.

Напрасно отец отправил меня смотреть мир, ибо мир сложнее моих понятий о мире. Слишком много приходилось узнать. -Спаси мя, Господи, от пасти львов, – помолился я, засыпая.

- Во всем существуют свои степени, степени заблуждения, степени порока. Лот был гораздо менее греховен, чем его сограждане, злоумышлявшие даже на ангелов, сошедших с небес от Бога; а Петрово предательство не так уж сильно вопиет к небу, по сравнению с Иудиным, и не случайно прощено было из них первое, а второе – нет.

- Тацит одобряет иронию Кальпурния Писона, Плиний Младший пишет: “Когда же притом смеюсь, веселюсь, играю, я человек”.

- Квинтилиан говорит, что из панегириков смехотворное надо исключить, торжественности ради, но в других обстоятельствах – приветствовать.

- Авсоний нас побуждает разумно соотносить меру серьезности с мерой увеселения.

- У Гелия Спациана говорится об императоре Адриане, муже возвышенного нрава и духа naturaliter (по существу) христианского, что он умел чередовать состояния веселости с состояниями величественности.

- Синесий из Кирены провозгласил, что в божественности гармонично породнены комическое и трагическое.

- Апулей и Лукиан - их вымыслы содержат, под покрывалом неестественности, наидобрейшую мораль, ибо учат нас, сколь дорого приходится платить за допущенные ошибки. В повести о перерождении человека в осла может подразумеваться перерождение души, впавшей в греховное состояние.

Хорхе – это была олицетворенная память книгохранилища, живой дух скриптория.

- Цари тут купцы. А сила их в деньгах.

- Мы рады, что вам предстоит потревожить это змеиное гнездо – именно вам.

- Библиотека должна заняться литературой на народном языке, обратить внимание на не-латинские новые книги… А вместо этого нами самими помыкает кучка иностранцев, которые заправляют библиотекой по старинке, как будто в Клюни все еще аббатствует добрый Одийон…

- Что мы умеем делать? Книги? Надо заняться книгами и обеспечить ими университеты всего мира. И поинтересоваться, что происходит там в долинах…

- Сейчас как никогда стараются священнослужители укрепить в мирянах веру посулами адовых мук.

- Мудрец обязан как-то прикрывать открытые им тайны, чтоб другие люди не употребили их во зло. Но открывать их надо. А эта библиотека, по-моему, именно то место, где тайны вовсе не открывают.

- В общем, кто-то в аббатстве не желает, чтоб в библиотеку ночью проникали, а кто-то другой, и даже многие другие, пытались и пытаются все же туда проникнуть.

- Скоро при помощи стекла станут не только отправлять обряды, но и исправлять природу.

- На взгляд того, кто не умеет видеть. Пути Антихриста медлительны и дики. Он тогда является, когда не предчувствуем его. И не апостол ошибался, а мы, не нашедшие ключа к расчету.