Так берегись

Ну, мне в этом смысле гораздо легче, – улыбнулся Нумминорих. – У меня есть жена.
– Брачные узы каким-то образом ослабляют желание хвастаться? – удивился я.
– Самым простым: когда становится совсем невмоготу, можно похвастаться жене. Благо Хенна не хуже сэра Джуффина умеет восхищаться, выспрашивать подробности и делать большие глаза в нужных местах. И молчать она тоже отлично умеет, если её об этом попросить.

В детстве я часто бегал к железной дороге, глазел на проезжающие поезда, жадным взором пожирал скучающих пассажиров, за краткий миг успевал придумать каждому целую жизнь, полную фантастических событий и удивительных приключений – ясно же, что в поездах ездят настоящие путешественники, у каждого из них должна быть удивительная судьба.

– К вашему сведению, мальчики, чувства нужны, потому что их интересно испытывать, а не затем, чтобы нами повелевать.
– Тем не менее иногда к чувствам лучше прислушиваться. Особенно к чужим. Дешевле обойдётся в итоге, – заметил Шурф.

- Из амулетов получаются хорошие собеседники? - удивился я.
- Случается и такое. Но честно говоря, довольно редко. Зато они постоянно чего-то требуют, предлагают, ставят условия, пугают, обещают награду за послушание. Для семейного человека - милое дело. Всё, как привык

Со мной очень просто поладить. От всех моих близких требуется только одно: быть живыми и в полном порядке. А рядом со мной, или нет – дело хозяйское. В моём представлении, быть хоть где-нибудь во Вселенной уже означает – «рядом со мной».

А чем ещё, по-твоему, меня можно приворожить?
— Тебя – только недостижимым и невозможным, – подтвердил сэр Шурф. – Боюсь, ты умеешь любить только то, чего у тебя нет. Счастье, что ты до сих пор сомневаешься в нашем существовании.

— Мне не особенно нравится слышать от тебя про «немощь» и, тем более «всем надоем», но не могу не признать, что по сути ты прав, – неожиданно согласился Шурф. – Справляться с проблемами самостоятельно, делать больше, чем можешь, и рассчитывать только на себя даже в окружении доброй дюжины рук, готовых тебя подхватить, – не самая удачная тактика, зато крайне выигрышная стратегия. Довольно опасная, но, несомненно, выигрышная. Всегда.

Вот тогда я по-настоящему рассержусь. С того света тебя достану – специально для того, чтобы перестать с тобой разговаривать. Всякий раз при появлении твоего призрака буду демонстративно отворачиваться и уходить.

Пока не умеешь обходиться совсем без ошибок, надо учиться получать от нихудовольствие.

Агата взяла меня за руку, и это было совершенно ужасно – в смысле, так замечательно, что я больше не мог на неё сердиться.

очень раннюю юность, когда ума ещё нет совсем, зато сердца так много, что в теле едва помещается

Настоящее одиночество – остаться наедине со смертью, всё остальное – жалкая тень его.

Но человек так устроен: вместо того, чтобы просто радоваться везению, начинает думать, с чем оно связано, как его объяснить, вычислить механизм, чтобы повторить при случае. С неудачами, собственно, то же самое, только вопрос ставят иначе: как в будущем их избежать.

В сущности, я очень верный и надёжный человек, но только по самому большому счёту. То есть очертя голову помчаться спасать - это запросто. А тосковать в разлуке, перебирая воспоминания - всё-таки вряд ли. За этим, пожалуйста, не ко мне

Мы же не беспамятные дураки, способные держать в голове только самое последнее впечатление. И на собственном опыте знаем, что минута, год, да хоть целое столетие слабости ничего особенного не означают. Просто тяжёлый период, у всех иногда бывает. И уж точно не отменяет былых заслуг. О любом человеке следует судить по его наивысший взлетам. А в остальные моменты - поддерживать, помогать и поднимать настроение. Затем, собственно, и нужны друзья

Разлюбить кого-то, когда он в беде, это точно не про меня

Чужие слова это просто слова, они не могут быть убедительней собственных ощущений. А жить, презирая себя, действительно последнее дело. Я бы сам долго не вытерпел. Да и не надо никому такое терпеть

Я и сам иногда думаю о тебе в выражениях, которые даже в юности, когда не считал нужным щадить чужие чувства, вряд ли счёл бы уместным высказать вслух. Во всяком случае, не на трезвую голову. Не вижу в этом ничего страшного. Подобные мысли - не показатель настоящего отношения к человеку, а просто естественное проявление беспокойно природы ума. Пока они не влияют на наши решения и поступки, нет смысла себя за них укорять