Детство

История автобиографичная. Тове рассказывает о своем детстве. Она ощущает себя ненужной - папе не о чем с ней разговаривать, он ее не интересуется. С мамой отношения "мучительные и тревожные", ей приходится добиваться её любви. Жили они почти что в бедности. Каждый день она проживает серую и безрадостную жизнь. Только стихи спасают ее от одиночества. Мне понравился роман тем, что он не затянут, слог автора простой, читается легко, очень точно описывается детство, до мельчайших подробностей. Книгу прочитала будто за один миг, очень душевная.

Я обнимаю этот город, этот маленький Копенгаген с ручейками улиц и каменными зданиями (как впрочем и везде). Он кажется мне несчастным и неприкаянным - рыбешкой выброшенной на сушу из огромного океана, только с прекрасным, заманчивым и вечным запахом печенья. По нему ходят-бродят маленькие тяжелые люди, наполненные скукой и земными соблазнами, страхом и недовольством, крутят головами, смотрят по сторонам, а видят только свои работающие работу руки. 

И среди них маленьким неограненным алмазом пытается сверкать Тове, когда ей перепадает немного солнечного света. Она тянется к этому большому солнцу, как нежный и хрупкий лепесток,   пытается понять что к чему, как все устроено. Она многое замечает с высоты своего приземистого детства, особенно некрасивое, но тем сильнее ей хочется наверх, туда где должно быть немного приятнее, капельку теплее.

Тове пишет стихи, порой не понимает маму, грустит немножко и немножко робеет. Она искренне любит слова и книги, построенные из этих слов. Из всех детей, которым по вине времени пришлось рано повзрослеть, у Тове прежде всего повзрослели чувства.

В этой книге много откровений - верить им или нет, это уже другое дело. Но мне верится и поэтому книгу я могу назвать самой честной и правдивой. Она без прикрас рисует голубовато-серое настоящее тех людей, показывает их морщины и мешки под глазами, но делает это с озорной ухмылкой. 

Такое давнее и такое свежее произведение, как воздух из открытого зимним утром окна. Если наложить на него музыку, выйдет баллада. А без музыки читается как долгий, завораживающий разговор с лучшей подругой, которую ты чувствуешь и понимаешь. И очень хочется сидеть с ней обнявшись.

Вкус книги -

лимонный щербет.

Определённо именно этот вкус.

С подпаленным стручком ванили.

Обмакните второе в первое и отведайте.

Примерно такой же вкус детства Тове Дитлевсен. 

Датской поэтессы и писательницы.

Сладкое. По девичьи мечтательное, яркое, незабываемое.

Горьковатое от реалий.

Радость на хрустящем тосте разочарований.

Книга - первая часть из «Копенгагенской трилогии».

Совсем небольшая, крохотная, я бы сказала.

Сейчас так много добротных пухленьких романов. Эти же части - худенькие как датская девочка из небогатой семьи.

Уделите им внимание

В память о женщине,которая не хотела сдаваться и хотела заниматься тем,что нравится.

Книга  пропитана как патокой живыми, индивидуальными, действительно яркими мыслями обыкновенной девчонки, что родилась в обычной  семье рабочих.

И, что тоже обычно, не могла даже мечтать вслух о том, что хочет стать поэтессой.

Ведь «женщины поэтами не становятся».

Особенно такие нескладные и глуповатые. В этом можно быть уверенной на все сто, мамы ведь не обманывают, правда?

Мы увидим детство глазами Тове, самой писательницы и поэтессы. 

Не вымышленное. 

С красивыми,не заезженными сравнениями и метафорами.

Возникающими как почки весной то тут, то там. 

Вот вам несколько для ощущения вкуса детства Тове:

️«Детство никогда не бывает впору. Только когда оно отпадает как мертвая кожа, о нем можно спокойно рассуждать и говорить будто о пережитой болезни»

️«Укрепляюсь в мысли, что только плоскогрудые женщины добиваются хоть какого-то влияния на работе»

️«Я с завистью смотрела на детство Рут, такое прочное и гладкое, без единой трещинки. Казалось, оно переживет ее и кто-нибудь другой унаследует его и доносит за ней».

️«Я считала,что стихи затягивали проплешины детства новой тонкой кожицей, которая скрывалась под ещё не вполне отвалившейся от раны коркой».

️«Мое изорванное в клочья детство треплется вокруг меня, и стоит залатать одну дыру, как тут же появляется новая».

️«Сейчас с меня облезает последняя шелуха обгоревшей кожи, и под этим слоем проглядывает нескладный, невозможный взрослый».

Эта очень маленькая, но все же исповедь.

Очень жду знакомства с двумя оставшимися частями.

Чисто случайно урвалась книга в нашей распродаже. Я на самом деле не знал, что ждать. Вижу, что снова период великой депрессии, только место действия теперь Дания. Думал, что будет что-то в духе   Фрэнк МакКорт - Прах Анджелы.  Однако всё оказалось совершенно другим.

Книга также представляет из себя мемуары, как и творение Маккорта. Однако видны сразу различия в том, что у Тове более сложный, но насыщенный язык. Без шуток, пишет она красиво. Помимо этого мы здесь больше проникаемся не беднотой, а чувством отчуждённости. Тове недоступна родительская любовь, понимание, даже дружба её просто покидает. Она мечтает писать стихи и публиковать их, но: "Девушка не может быть поэтом" - твердит её отец. Всё её окружение состоит из странных людей, которые непонятно, для чего вообще существуют в мире. Семейство Тове ничуть для меня не лучше, что мать, что отец. Да даже брат.

Книга давит психологически, Тове умело затронула тему детства, когда его и нет толком, а оно заканчивается. А ты и не знаешь, что делать дальше, ибо стихи не принимают, друзей и нет, семье по барабану, как и всем вообще на тебя. До суицида лишь один шаг, и Тове к нему всегда близка.

Меня очень поразила писательница, и стихи красивые у неё. Само издание книги меня поразило тем, что, несмотря на мягкий переплёт, страницы очень плотные и кремовые, а само издание оформлено потрясающе. Буду с радостью читать следующие работы Тове. Советую и вам, но только если готовы к действительно тяжёлой истории.