Цитаты из книги Nineteen Eighty-Four

И до тех пор пока ты чувствуешь, как важно оставаться человеком, хотя это ничего не изменит в итоге, ты – победитель.

Вообще, лучшие книги те, подумал он, которые сообщают все, что ты сам уже знаешь.

Зная, не знать; верить в свою правдивость, излагая обдуманную ложь; придерживаться одновременно двух противоположных мнений, понимая, что одно исключает другое, и быть убежденным в обоих; логикой убивать логику; отвергать мораль, провозглашая ее...

Напишет он ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА или не напишет - разницы никакой. Полиция мыслей так и так до него доберется. Он совершил - и если бы не коснулся бумаги пером, все равно совершил бы - абсолютное преступление, содержащее в себе все остальные. Мыслепреступление нельзя скрывать вечно.

«Возможно ли, испытывая боль, желать по какой бы то ни было причине, чтобы она усилилась?»

«Таким образом, с точки зрения наших нынешних правителей, подлинные опасности — это образование новой группы способных, не полностью занятых, рвущихся к власти людей»

«В более примитивные времена, когда справедливое и мирное общество нельзя было построить, в него легко было верить.»

«Недееспособное государство раньше или позже будет побеждено, а дееспособность не может опираться на иллюзии.»

«Гражданину Океании не дозволено что-либо знать о догмах двух других учений, но он привык проклинать их как варварское надругательство над моралью и здравым смыслом».

«У партии две цели: завоевать весь земной шар и навсегда уничтожить возможность независимой мысли. Поэтому она озабочена двумя проблемами. Первая — как вопреки желанию человека узнать, что он думает, и — как за несколько секунд, без предупреждения, убить несколько сот миллионов человек. Таковы суть предметы, которыми занимается оставшаяся наука.»

«Чем выше люди по положению, тем активнее оно проявляется»

«Сам Голдстейн, попади он в руки полиции мыслей, не смог бы выдать список Братства или такие сведения, которые вывели бы ее к этому списку. Списка нет. Братство нельзя истребить потому, что оно не организация в обычном смысле. Оно не скреплено ничем, кроме идеи, идея же неистребима. Вам не на что будет опереться, кроме идеи.»

«Я даже не буду знать, жива ты или нет, и ты не будешь знать. Мы будем бессильны, полностью. Важно одно — не предать друг друга, хотя и это совершенно ничего не изменит.»

— Скажите, — попросил Уинстон, — скоро меня расстреляют? — Может статься, и не скоро, — ответил О’Брайен. — Вы — трудный случай. Но не теряйте надежду. Все рано или поздно излечиваются. А тогда мы вас расстреляем.

Что ты можешь сделать против безумца, который умнее тебя, который беспристрастно выслушивает твои аргументы и продолжает упорствовать в своём безумии?

Беседуя с ней, он понял, до чего легко представляться идейным, не имея даже понятия о самих идеях.

Если человек не страдает, как вы можете быть уверены, что он исполняет вашу волю, а не свою собственную?

Незнание — сила

Так называемая отмена частной собственности, осуществленная в середине века, на самом деле означала сосредоточение собственности в руках у гораздо более узкой группы — но с той разницей, что теперь собственницей была группа, а не масса индивидуумов.

Alone—free—the human being is always defeated. It must be so, because every human being is doomed to die, which is the greatest of all failures. But if he can make complete, utter submission, if he can escape from his identity, if he can merge himself in the Party so that he IS the Party, then he is all-powerful and immortal.