Цитаты из книги Nineteen Eighty-Four

— Что такое звезды? — сказал О'Брайен безразлично. — Огненные точки в нескольких километрах от нас. Мы могли бы их достичь, если бы хотели. Или избавиться от них. Земля — центр вселенной. Солнце и звезды вращаются вокруг нее

Хто контролює минуле, той контролює майбутнє; хто контролює теперішнє, той контролює минуле.

Это был политический акт.

Если чувствуешь, что есть смысл оставаться человеком, даже если это бесполезно, ты уже их победил

Революция завершится, когда язык достигнет совершенства

В конце концов мы сделаем криводум невозможным, потому что для него не будит нужных слов

Толпа влекла их по тротуару, а они, держась на расстоянии и не глядя друг на друга, вели странную, полную пауз беседу — мерцающую, как лучи маяка.

Он был один. Прошлое - мертво, будущее - невообразимо.

Теперь, когда он признал в себе мертвеца, стало важным оставаться в живых как можно дольше.

Не показывать тревоги! Не показывать недовольства! Одно движение глаз может выдать тебя.

Пока у них не пробудится самосознание, они не восстанут, но самосознание пробудится у них не раньше, чем они восстанут.

То, что <они> хотят отнять у тебя удовольствия, казалось ей таким же естественным, как и то, что ты не хочешь попасться.

Я вовсе не ожидаю, что мы способны хоть что-нибудь изменить при нашей жизни. Но можно представить, как в разных местах возникнут крошечные очаги сопротивления - группки сплоченных вместе людей, - как они постепенно будут расти и, может, даже оставят какие-то записи, чтобы следующее поколение продолжило нашу борьбу.

Он словно бы вступил в сырую могилу. И хотя он всегда знал, что могила поджидает его где-то рядом, легче ему от этого не стало.

- Ты как-то спросил меня, - сказал О`Брайен, - что в сто первой комнате. Я сказал, что ты уже знаешь ответ. Все его знают. В сто первой комнате - самое страшное на свете.

... общий рост благосостояния угрожает иерархическому обществу гибелью, а в каком-то смысле и есть уже его гибель.

"Добровольный-то шпион и есть самый, опасный. "

Если все примут за правду партийную ложь, если все официальные источники будут рассказывать одну и ту же сказку - тогда ложь войдет в историю и станет правдой.