Ползи, ползи
Улитка по склону Фудзи.
Рецензия на "Пропавшие наши сердца" стала последним текстом, которые я написала для портала "Литературно" накануне его закрытия, а вспоминаю об этом сейчас, потому что книга "Мальчик, который рисовал кошек" - важная сюжетообразующая деталь романа Селесты Инг. В мире, где все связано и переплетено, такая синхроничность обычное дело, книги передают друг другу приветы, используя нас, читателей, как вестников, и это не худшее из того, что может с нами случиться.
Я думала, что книга про мальчика и кошек, сюжет которой пересказывается в романе, выдумана писательницей, но нет, в англоязычном мире эта история и ее автор довольно известны. Он удивительный, Лавкадио Хирн: родился в Греции в 1850 году, рос в Англии и Ирландии, молодость провел в Америке в зрелости уехал в Японию, где и нашёл своё место. Японцы называют его Якумо Коидзуми и мало кто из носителей западного канона сделал столько для популяризации японской культуры.
В сборник с длинным названием "Мальчик, который рисовал кошек, и другие истории о вещах странных и примечательных" вошли не только рассказы из сборников Хирна, публиковавшихся на всем протяжении его жизни, главным образом хоррор на минималках, грустные и веселые истории, назидательные притчи. Но также эссе, очерки, культурологические исследования по фольклористике, антропологии, религиоведению. Рассказы коротенькие, их под сотню и сказать о каждом хотя бы несколько слов в рамках сетевой рецензии невозможно, напишу о тех, которые мне понравились и запомнились. Четыре эссе из последнего раздела "Мимолетные видения неведомой Японии" заслуживают более подробного рассказа, память о них просто жаль потерять.
"Рокуро-куби". Самурай Такэцура который верно служил своему господину, после его смерти сделался монахом и принял имя Кайрё. Он бесстрашно шел проповедовать в самые опасные места, и как-то раз остановился на ночлег в хижине дровосека, где уже нашли приют четыре странника. Монах-самурай припозднился, читая сутры на ночь, а когда вышел перед сном напиться воды из каморки, где ему постелили, увидел пять обезглавленных тел. Сначала он подумал о злодействе, но скоро понял, что крови на месте срезов нет, значит это демоны рокуро (помните, в "Унесенных призраками" три головы, что скакали в покоях Юбабы?) Храбрец вспомнил наставления священных книг и выбросил тела за окошко, чтобы головы не смогли найти их, когда вернутся, чтобы сожрать его. А после дал бой рокуро, одна из голов так и застыла, вцепившись в его рукав, когда ее застал рассвет. После монаха пытались обвинить в убийстве, но суд оправдал его, а еще потом встречный разбойник уговорил Кайрё обменяться одеждой, да еще и приплатил - уж больно круто выглядело монашеское одеяние со вцепившимся в рукав демоном. Впрочем, разбойник вскоре раскаялся и похоронил голову, заказав поминальный обряд.
"О зеркале и колоколе" В одном селении построили храм и собирали медь на отливку колокола, все жертвовали медные вещи, отдала и одна бедная женщина свое единственное сокровище - медное зеркало. А отдав, затосковала по нему, эта вещь передавалась по наследству женщинами ее семьи многие поколения. И когда пришла пора отливки колокола, зеркало не расплавилось. Монахи объявили, что виновата ее скаредность, женщина стала предметом травли в своей деревне и покончила с собой, оставив записку, что того, кто расколет этот колокол, ее призрак наградит большим богатством. И селяне принялись звонить в него как сумасшедшие, днем и ночью не было покоя от этого трезвона. Наконец настоятель монастыря приказал утопить колокол в болоте. Однако один беспутный человек в этом селении, промотавший свое богатство, накопал в саду глины, вылепил из нее колокол и нарек его именем утопленного. После чего расколол. И призрак женщины явился, и кое-что дал ему, не скажу, что.
"История о женщине, которая потеряла клецку из рисовой муки" Это такое японское "Морозко"+"Джек-бобовое зерно". Жила была одинокая веселая женщина, и готовя как-то клецку из рисовой муки, она выронила лакомство. скользкая клецка провалилась в дыру в земляном полу, куда хозяйка за ней сунула руку а следом и вся провалилась (ну да, еще немного "Алиса"). В подземной стране она встретила покровителя путников Дзидзо, тот сказал, что клецка ускакала вон в том направлении, но сильно не советовал преследовать ее, поскольку там живет людоед они. Однако женщина была не то слишком смелой, не то безрассудной, она проигнорировала совет, была схвачена они, но не съедена, а взята в поварихи к нему и другим. Они дали ей зернышко риса и велели приготовить обед, а чтобы хватило на всех - еще и лопаточку, каждое размешивание которой удваивало количество рисинок. Женщина приготовила обед, а когда демоны уснули, прихватила лопаточку и пустилась наутек, те за ней, она переплыла реку - нечисть, как известно, не может пересечь текущую воду, они кинулись на землю и начали пить, так всю реку и вылакали. Но тут женщина - не забыли, она была смешливой - принялась корчить рожи и размахивать лопаточкой, демоны не выдержали, рассмеялись, и вся вода из их животов выплеснулась обратно в реку. А женщина вернулась домой, стала готовить вкусную еду не только для себя, но и на продажу, и разбогатела. Не утратив природной веселости. Тут уж явные отголоски ирландскости Хирна, нет?
"Примирение" А это грустная история. Некий молодой самурай, утратив господина и обеднев, оставил свой край в поисках лучшей доли, разведясь с женой, женщиной доброй и любящей, нанялся на службу в чужих краях, женился на богатой невесте, шли годы, он жил в достатке и уважении, но то и дело вспоминал оставленную жену. И когда овдовел, пустился в свои прежние места. Каково же было его удивление, когда на месте своего бедного дома он увидел горящий в окне свет, растопленный очаг и первую жену, которая ничуть не изменилась за эти годы. Они встретились и не могли наговориться, а когда он проснулся утром, то обнаружил себя на руинах, сжимающим в объятиях скелет с лохмотьями черных волос. Соседи рассказали, что оставленная им женщина умерла в тот же год, как он уехал.
"История Аояги" Воспитанный при дворе сирота стал доверенным посланником князя дадзё,был отправлен с поручением зимой и едва не замерз в горах насмерть. Но к счастью встретил хижину, где бедные старики обогрели его и приветили, а их прелестная юная дочь оказалась еще и замечательной умницей, отвечала на его стихи стихами и вообще держалась так, словно выросла во дворце. Молодой самурай попросил у стариков ее руки, но те сказали, что дарят (!) ему дочь, все равно им недолго жить, а они надеются, что он будет к ней добр. На самом деле, жениться без соизволения сюзерена было серьезным проступком, и не все у молодой пары складывалось гладко по прибытии в столицу. Однако судьба благоволила им, князь признал достоинства невесты, дал согласие на брак и они счастливо прожили шесть лет. Когда вдруг в один вечер молодая жена вскрикнула и осела на пол. Моля прочесть отходную молитву, призналась мужу, что она не человек, а ивовое дерево, и прямо сейчас кто-то рубит его, а после исчезла. Когда молодой вдовец отправился в те края, он нашел на месте хижины три пня от срубленных ив, два от старых деревьев и один от молоденького. На этом месте он установил надгробие и долго молился за души Аояги и ее родителей.
"Кицунэ". Нонфикшн от Лавкадии Хирна, серьезное исследование феномена непоколебимой веры китайцев и японцев в лис-оборотней. Самое интересное и глубокое, с каким мне приходилось встречаться, со множеством иллюстрирующих историй. Достаточно академичное по стилю, чтобы выдержать проверку на научную достоверность, но одновременно захватывающе интересное и поэтичное.
"В японском саду". Эссе посвященное саду камней - совершенно неизвестному, в пору его написания, европейцам явлению. Особенности устройства, эстетика, философия, много интересных примеров встреч с садами камней из личной практики рассказчика.
"Живой бог". Эссе о синтоизме как религии, о божествах и храмах. От архитектурных особенностей их устройства до проведения обрядов, служб, ритуальных приношений. И замечательно поэтичное завершение, в котором автор отождествляет себя с одним из синтоистских богов.
"Фудзи-но-Яма" Документальный отчет о восхождении на священную для японцев гору Фудзи, которое Хирн совершил в компании двух проводников-гориков. И это вовсе не простое паломничество. Но история молодого метеоролога с женой, которые намеревались перезимовать на вершине в деревянной хижине без топлива, едва не замерзли насмерть, но отказывались спуститься, когда спасательная экспедиция явилась спасти их - таков гордый дух самураев - эта история прямо ух! И на обратном пути, когда спускались по песчаному склону бегом, как у них из-под ног прыснула стая мышей, и один из гориков поймал мышку на бегу, дал ее Лавкадио, тот рассмотрел и отпустил - рыльце у нее было вытянутым. Ну такая милота.
Классная книга и совершенно неоценимый источник сведений о японской мифологии для тех, кто интересуется темой.
103 понравилось
