Мы начинаем в конце

— Блин, Томас Ноубл! Да у тебя все ребра можно пересчитать!
— И это я еще одетый. А представь, каков я с голым торсом — без слёз не взглянешь.

— Каждому нужно уединенное место, чтобы думать. У меня это подпол. Спущусь, сяду среди винтовок… Хлопоты по хозяйству наверху остаются, а там, под землей, — я да мысли, которые про вечное.

— Долли тогда не так одевалась. На старых фотографиях она в штанах мешком, в рубахе навыпуск — чтобы, значит, девичьего ничего было не видать. Да только отца ее это не остановило.
— Потому что у некоторых внутри — только тьма.
— Верно.
— Джеймс Миллер был наемным убийцей и странствующим стрелком. В церковь ходил чуть не каждое воскресенье, не курил, спиртного в рот не брал — а говорили, что он убил пятьдесят человек. Его линчевали.

Смелость передается по наследству