コンビニ人間

Да, инструкцию эту составили давным-давно. И вложили в наши головы так надёжно, что прописывать её буквами не было никакой нужды. Модель поведения под названием «Человек Нормальный» действительно не менялась в нас с самой эпохи Дзёмон, осознала я наконец.

От уголков глаз Мими разбегаются тонкие морщинки. Говорить она стала спокойней, а одеваться - скучнее. Наверное, так выглядит большинство тех, кто окружает её теперь.

- Фурукура, у нас с тобой вкусы сходятся. Вот и сумка твоя вполне в моём духе.. - улыбается Идзуми-сан.

Ну ещё бы, думаю я. Ведь я беру её вкусы за образец! И совсем не случайно всё-таки выгляжу «нормальной женщиной», которая носит подобающую возрасту сумочку, а с собеседниками выдерживает идеальную дистанцию, чтобы не казаться ни слишком назойливой, ни чересчур холодной.

Почти всё моё нынешнее «я» состоит из тех, кто меня окружает. В меня проникают манеры речи и интонации тех, кто рядом. Похоже, именно так, постоянно заражая друг друга чем-то подобным, люди остаются людьми.

Я вдруг замечаю своё отражение в окне магазина, из которого только что вышла.Думаю о том, что мои руки и ноги существуют ради комбини, — и впервые в жизни воспринимаю ту женщину за стеклом как существо, наделённое смыслом.

Конечно, навестить родителей — дело святое, но когда без тебя загибается целый магазин, волей-неволей выбираешь работу.

Я не просто человеческое существо. Я - Человек-комбини. И даже если я ненормальна как человек, даже если мне придётся сдохнуть от голода в канаве - от самой себя мне не убежать.

мне уютно, что мир медленно умирает

— Не могу больше… Что же я должна сделать, чтобы ты стала нормальной? До каких пор мне всё это терпеть?
— Что? — удивилась я. — Так ты меня терпишь, что ли? Прости, дорогая, но разве это я заставляла тебя сюда приходить?

Этой премудрости меня также научила родная сестрёнка. «На все личные вопросы отвечай как можно абстрактнее, и тогда собеседник истолкует всё так, как ему больше нравится», — наставляла она.

В меня проникают манеры речи и интонации тех, кто рядом, моего ближайшего окружения. К примеру, на данный момент я разговариваю на смешанном языке Идзуми-сан и Сугавары.
Хотя, думаю, нечто подобное происходит с большинством людей.

В жаркие дни хорошо продаются сэндвичи, в холодные — онигири, паровые булочки с мясом, хлеб. Горячий фастфуд возле кассы тоже зависит от температуры за окном. Когда зябко, хорошо раскупаются картофельные крокеты.

Чувствуя себя виноватой, я лет с двадцати пыталась устроиться в приличное место. Но моё резюме, в котором не было ничего, кроме подработки в круглосуточном магазинчике, очень редко рассматривали всерьёз. А если дело всё-таки доходило до собеседования, на главный вопрос — почему же я столько лет проторчала в комбини? — ничего внятного ответить я не могла.