Александрийский квартет

Нет боли, сравнимой с мукой любить женщину, чье тело отвечает каждому твоему движению, но чье истинное «я» для тебя недоступно, — она просто не знает, где его искать.

Первое, что он сделал, когда рехнулся, — затеял судебный процесс против собственных сыновей, двоих из нас, выдвинув обвинение в сознательной и злонамеренной незаконнорожденности.

Жизнь намного сложнее, чем нам кажется, и при этом куда проще, чем мы в состоянии представить.

Самая трогательная и самая трагическая из иллюзий — быть может, вера в то, что наши действия могут что-то прибавить к общей сумме добра и зла, существующей в мире, или убавить от нее.

Нечестно смотреть на спящую женщину, когда она не начеку.

...Я с удивлением понял, что пусть я все еще люблю ее и знаю, что никогда не смогу полюбить другую женщину, меня передергивает от мысли: а вдруг она вернется.

У злости зрение не хуже, чем у милосердия.

Он много думал и много выстрадал, но чего ему недоставало, так это решимости пробовать – первейшего свойства художника.

Из тех, кто слишком долго ходит в бунтарях, обычно вырастают деспоты.

Трудно понять, как вести себя наедине с мёртвыми; их невероятная глухота и спокойствие столь естественны. Чувствуешь себя неловко, словно в присутствии царственной особы.

Смирение! Последняя ловушка на пути к правде.

…как только он садился на унитаз, с губ его невольно слетало хриплое обращение к духам («С вашего позволения, о благословенные!»), что нейтрализовало туалетного джинна, способного в противном случае утащить его в канализацию.

Прекрасно. Я наконец-то влюбился. Есть, чем гордиться.

Парацельс писал: "Неисчислимы Эго человека; в нем ангелы и диаволы, рай и ад, и всякая живая тварь, и царства растений и минералов; и так же, как малый, единичный человек способен заболеть, великий универсальный человек имеет свои недуги, каковые проявляют себя в заболеваниях всего человеческого рода. На этом факте и основана способность предсказывать грядущие события".

Эта божественная женская логика! Нет, честное слово, ничего нет удивительней на свете, чем женщина, когда она пытается понять свои чувства.

«Что сделал джентльмен, если, сев в Плимуте в лондонский ночной экспресс в одно купе с молодой парочкой, он уснул в Эксетере, а проснулся аж в самом Уокинге?»
«Не знаю».
«Сдаешься?»
«Сдаюсь».
«Он проспал Вессекс (весь секс, понял, да?)».

И вместо любви нам была уготована более мудрая, но и более жестокая нежность ума, которая лишь обостряет одиночество, вместо того чтоб смягчить его.

Вина всегда стремится к своему пределу, к наказанию: только в наказании она обретает завершенность.

Любовь - жутко стабильная штука, и каждому из нас достается по кусочку, не больше и не меньше, своего рода рацион. Она способна принимать бесконечно разнообразные формы и связать тебя с бессчетным числом людей.

… невозможно жить с женщиной и хоть сколько нибудь в нее не влюбиться – ведь ревность на девяносто процентов состоит из чувства обладания!