Цитаты из книги Shadow and Bone Boxed Set

Я была настолько взбешена, что хотела стукнуть его по затылку. Если бы я не видела, как он разделил человека надвое, то, возможно, так бы и поступила. Но пришлось остановиться на испепеляющем взгляде в спину, пока я плелась за них вверх.

— Насколько сложнее ходить, когда у тебя связаны ноги?  Или говорить с прижатой ко рту ладонью? – читала она мне лекции. – Почему ты тратишь все усилия на борьбу со своей истинной природой?

Когда урок закончился, Боткин признался, что сдерживался.
— Нельзя бить девушку по лицу перед вечеринкой, – пожал он плечами. – Завтра Боткин будет драться по-честному.

"Беда вожделения в том, что оно делает нас слабыми". Как же он был прав! Я так отчаянно хотела найти своё место. Мне так хотелось угодить ему. Как же я гордилась, что он доверил  мне свои тайны! Но я никогда не задавалась вопросом, что ему нужно  на самом деле, каковы его истинные мотивы. Была занята тем, что воображала себя рядом с ним, спасительницей Равки, самой заветной, самой желанной, как какая-нибудь королева!

Я с дрожью вздохнула. Нужно закрыть свой разум. Если буду думать о Николае, то окончательно расклеюсь. Или о Багре. Или о рваных ошметках тела Сергея. Или о брошенном Стигге. Или даже о Дарклинге и выражении его лица, когда мать исчезла под облаками. Как он мог быть таким жестоким и в то же время человечным?

- Может, ты был прав, когда боялся меня. - Я боялся не тебя, Алина. А потерять тебя.
Девушка, которой ты становилась, больше во мнеине нуждалась, но она та, кем тебе предначертано быть.

- Жадной до власти? Беспощадной?

- Сильной, - он отвернулся.-Лучезарной. И, наверное, немного беспощадной. Вот что нужно, чтобы править. Равка сломлена, Алина. Мне кажется, так было всегда. Девушка, которую я увидел в часовне, могла бы это изменить.

— Если это следопыт, то скажи ему, чтобы зашёл внутрь и согрел меня.
— Если он захочет подхватить сифилис, то, уверена, сразу же направится к тебе.

- Это все то же сердце, Мал. Оно все еще твое.

Я подняла вторую руку и окинула его лицо легким сиянием. Мал вздрогнул. Ему никогда не понять твоих способностей, а если и поймет, то начнет тебя бояться». Я попыталась заглушить голос Дарклинга в своей голове. У Мала было право на страх.

Я знала, что он искусный лжец. Он мог изобразить любую эмоцию, сыграть на любом человеческом чувстве. Но я не могла отрицать и того, что ощутила в Новом Земе, или же правду, которую показал мне Дарклинг: мою собственную грусть, мою тоску, отраженную в его холодных серых глазах.

Малый дворец стал обителью моего одиночества. Меня постоянно окружали люди, но казалось, что они меня совсем не видят, а только и делают, что что-то требуют. Я боялась проявлять сомнения или нерешительность и чувствовала себя так, будто истощаюсь до основания под вечным грузом ответственности и ожиданий

-Ненавижу тебя! сплюнула я. Он пожал
плечами.

-Скоро ты устанешь от ненависти. И от все го другого. -Он улыбнулся, и в его глазах я уви дела ту же мрачную зияющую пропасть, которую заметила в древнем взгляде Багры. -Ты будешь носить этот ошейник до конца своей очень дол гой жизни, Алина. Борись со мной, сколько смо жешь. Ты довольно быстро поймешь, что у меня больше опыта в игре с вечностью.

Дарклинг поднял вторую руку к моему лицу и поцеловал меня мягко, нежно, и хоть все во мне взбунтовалось, я позволила ему это сделать. Я ненавидела его. Я боялась его. Но меня все равно привлекала его сила, и я не могла вос препятствовать голодному рвению своего пре дательского сердца. Дарклинг отстранился и по смотрел на меня.

– Ладно, – он устало пожал плечами. – Считай меня злодеем.

Скоро ты устанешь от ненависти. И от всего другого. Борись со мной, сколько сможешь. Ты довольно быстро поймёшь, что у меня больше опыта в игре с вечностью

-Значит, ты тоже делаешь ошибки
-Конечно, я делаю ошибки. Просто нечасто

Это большая честь, - спасти жизнь.

- Невозможно!
- Маловероятно!
© Николай Ланцов

Он неестественный. Как и все предыдущие.