Цитаты из книги Shadow and Bone Boxed Set

Это место – не тюрьма. Это могила.

- Я гостеприимный хозяин, кровопускатель. Но в каждом доме есть свои правила

— Я не привыкла к тому, что люди пытаются меня убить. — Серьёзно? Я такое уж почти не замечаю.

Заставь их исполнять мелкие приказы, и они начнут повиноваться во всём.

- Я вижу тебя насквозь. Думаешь, я являлся бы тебе снова и снова, не будь ты так одинока? Ты звала меня, и я откликнулся. Я не смогла поверить собственным ушам.

• Ты... ты был там?
• В Каньоне. Во дворце. Прошлой ночью.

— Почему бы тебе не дать мне поправить твое лицо? — Нет. — Ну хотя бы убрать мешки под глазами?! — Нет, — упрямо стояла я на своем, — но ты можешь сделать мне одолжение. — Принести косметичку? — нетерпеливо предположила она.

"It's something our father taught us," Tolya replied. "Yuyeh sesh: 'despise your heart.' But that's the direct translation. The real meaning is more like 'do what needs to be done - be cruel if you have to."

But Ana Kuya used to tell me that hope was tricky like water. Somehow it always found a way in.

“All hail the Pirate King.” “Privateer.” “Why dance around it? ‘Bastard King’ is more likely.” “Actually,” I said, “they’re already calling you Korol Rezni.” I’d heard it whispered in the streets of Kribirsk: King of Scars.

Tomorrow, he’d probably tell me he’d built a pleasure palace on the moon. Tough to get to, but quite a view.

Not bad looking? He’s damnably handsome. Brave in battle, smart as a whip. An excellent dancer. Oh, and an even better shot.

Wanting and deserving aren’t the same thing.

«I don’t want to hurt her,” said the Darkling.

Вам давно стоило бы понять... у сироты нет дома.

Впервые мне пришла в голову мысль, что Каньон — единственное место, где Дарклинг беспомощен, где его сила ничего не значит. Из-за амбиций Чёрного Еретика страдали его потомки. И всё же я не могла отделаться от впечатления, что это Равка расплачивалась кровью за те деяния.

Почему гриши могут обладать лишь один усилителем? Вместо ответа я задам вам вопрос: что в жизни бесконечно? Вселенная да человеческая жадность.