Selfie: How We Became So Self-Obsessed and What It's Doing to Us

Поскольку неуклонно геймифицируемая индивидуалистская экономика заставляет нас все сильнее стремиться к идеалу, чтобы уживаться и преуспевать, то нетрудно понять, почему движение самооценки стало столь популярно. Оно помогает поверить, будто есть простой способ стать более сильным, счастливым, успешным игроком оно убеждает нас, что наши истинные «я» совершенны и нужно лишь поверить в это, чтобы преуспеть. Как показывают собранные данные, популяризация этой идеи за многие минувшие годы привела к ощутимому всплеску нарциссизма.

"Если все мы боги, тогда наши чувства священны, а раз так, то люди, оскорбляющие их, - грешники".
"Когда студенты колледжа Маттео Риччи в Сиэтле решили, что акцент на западной классике в их гуманитарных предметах представляет собой «психологическое насилие», они потребовали отставки декана Джоди Келли. … Интересно, какими словами пользуются студенты для описания причинённого им вреда. Противоречие их точкам зрения они называют актами «насилия» и «оскорбления», из-за которых они чувствуют себя «уязвимыми» и «травмированными», как будто их внутренне «я», их «души», настолько ценны, что являются священными."

Мы отвлекаемся от правды, заключающейся в том, что в нас есть глубокие и многочисленные изъяны, что наше существование в конечном итоге бессмысленно, что живем мы в царстве хаоса и несправедливости и что и мы, и все наши близкие однажды умрем. Когда сознанию не удается отвлечь нас в достаточной мере, все это может задевать нас очень сильно. Порой кажется, что стоит слишком быстро повернуть голову ​​​​​– и увидишь бездну. Даже в самые будничные моменты ​​​​​– когда ждешь зеленого сигнала светофора или стоишь в очереди за мороженым ​​​​​– безнадежность так и дышит в спину.

Согласно Аристотелю, человек обладает врожденным потенциалом и сам по себе стремится к совершенству. Но по мнению христиан, человек был рожден в грехе и обречен на адские муки. Образцом совершенства отныне стал Господь, а не человек. Это означало, что человек, стремящийся к совершенству, теперь должен был постоянно бороться с самим собой — не с внешним миром, а со своей собственной душой, своим сознанием, своим разумом, своими мыслями. А раз совершенство возможно только за рамками человеческого мира, то эта борьба обречена на провал. Христиане подарили западному «я» душу, чтобы затем начать ее мучить.