Afterlove

Эта книга разбила мне сердце, но в хорошем смысле этого слова. Скорее всего прозвучало избито, но это действительно так — хороших книг на тему однополых отношений не так много, и в большинстве своём они либо на английском, либо малочисленны сами по себе в русском переводе, но это уже совсем другая история. Тем не менее, я буду надеяться, что однажды «Afterlove» будет переведена на русский и с ней могут познакомиться как можно больше людей в будущем, потому что оно того стоит.

Книга разделена на два сегмента: до и после. В сегменте «до» мы знакомимся с главной героиней Эш — шестнадцатилетней лесбиянкой, прочно убеждённой в том, что она не была создана для того, чтобы её любили. Для многих девушек она — не более чем удобный «перевалочный» пункт, те самые «Майк», «Эштон» и «Йозеф», забитые в номерной книжке, когда в пьяном состоянии можно смело целоваться и поддаться искушению, чтобы на следующее утро забыть и игнорировать не только смски, но и не появляться к назначенной встрече. И таких случаев для Эш — вагон и целая тележка, ведь где-то в душе она не переставала надеяться встретить и полюбить ту самую. Этот момент неожиданно подворачивается прямо на школьной экскурсии — Поппи Морган, рыжеволосая красавица, да ещё умница, как раз-таки из тех, кого Эш бы сочла «вне своей лиги» и приписала к любительницам острых ощущений и желающих прожить спокойную и тихую, а не смелую жизнь. Однако Поппи так не считает: она первой заговаривает с Эш, первой забивает свой номер в её телефон и первой предлагает как-нибудь встретиться за чашечкой кофе. Лучшая подруга Эш и сама девушка относятся к этой затее с подозрением, наученные горьким опытом прошлого, но в итоге Эш присылает ей предложение встретиться и Поппи с радостью соглашается.

То, что описывается дальше, я не могу назвать иначе, как та самая «волнительная первая любовь» — девушки ходят на свидания, знакомятся друг с другом, впервые целуются и впервые делятся переживаниями. Эта часть сегмента вызвала у меня приятную и добрую ностальгию, потому что многое откликается в душе и пересекается в мыслях с главной героиней. Наивность и неопытность здесь выглядит безумно трогательной — за Эш невозможно не порадоваться, когда всё, о чём она мечтала, внезапно оказалось рядом с ней. Но, как и ожидалось, события перехватывают управление, делают резкий поворот и следующее, с чем мы сталкиваемся, это авария и мёртвое тело. Той самой Эш, которая только-только познала прелести отношений и наконец-то начала чувствовать себя счастливой. Иронично, не правда ли?

Во втором сегменте под названием «после», мы знакомимся с загробной жизнью. Я не буду совсем уж спойлерить эту часть, но укажу на то, что Эш действительно умерла, однако не в том окончательном смысле, где она отправляется в Ад или Рай и тусит со всеми его обитателями. Благодаря очень странным правилам, Эш, будучи последним умершим человеком в году, становится собирательницей душ, и вся «тусня» завязывается с такими же собирателями, обитающими в книжном магазине с антикварными книгами и собирающими души по клейким стикерам с именем, местом и причиной смерти.

Когда я прочла эту книгу до конца, я очень ясно поняла для себя одну вещь — автор проходила через смерть, сталкивалась с ней и понимает, что это такое. Об этом можно убедиться в благодарностях, в самом конце, но и во время прочтения я об этом догадывалась, потому что писалось убедительно и как раз-таки в том не-могу-оторваться-хочу-прочесть-ещё плане. Многие мысли и рассуждения здесь стоят того, чтобы их услышали и прочли, ведь эта история и книга учат самому главному — любить себя достаточно, чтобы не позволять другим определять твою ценность и направление твоего движения, и прожить эту жизнь так, как того хочется, ведь никогда не знаешь, когда настанет тот самый, последний день и придётся оставить позади всё то, что так любимо и ценно. Тому, чему учат те самые бесконечно хорошие фильмы, вроде «Общество мёртвых поэтов» или сентиментальные книги на тему неизлечимо больных подростков, которые мы, почему-то, поглощаем и по которым проливаем слёзы, но не так уж и часто прислушиваемся.