Первая научная история войны 1812 года

Когда видишь какого-либо человека, первое, что бросается в глаза, — это конечно же внешность. Далее уже смотришь на смысл что человек делает и как. И уже напоследок, и что гораздо весомее чем 2 предыдущих фактора, — это результаты его действий.

Понасенков очень известен в СНГ интернет пространстве. И большинство наших эпатажных личностей эпатируют просто за счет внешности и вызывающих действий. Но Понасенков, помимо его "титулов" режиссера, блогера, и певца, прежде всего называет себя историком. Поэтому я подумал хорошо бы составить свое мнение о нем основываясь на главном труде Евгения so far — его книге о войне 1812 года.
Историей я начал интересоваться после того, как история пришла буквально ко мне в дом 24.02.2022. До этого, что происходит в Украине, а тем более в мире, а тем более что происходило в прошлом мне было не интересно. Теперь история — одна из моих любимых сфер науки.

Книга Понасенкова — это моя первая книга в подобном жанре. Внушительный размер в 1100 страниц, но на удивление она читается не сложно и не скучно! Этого Евгений достиг благодаря своему стилю описания событий. Я бы его назвал театрально-исторический. В книге не просто рассказывается что Х месяца Х года началась война, потом список основных событий войны, закончилась Х месяца Х года и выводы к чему пришли стороны. Такой схемой пользуются в школах. В свою очередь, Понасенков представляет события как в театре: с описанием характеров действующих лиц, создает антураж сцены и добавляет в игру контекст эпохи. Ощущения после прочтения как после просмотра фильма.

Мне очень понравилось и это тот самый случай, когда блогер демонстрируя свою важность, действительно проделал большой труд, сделал его хорошо и не боится это заявить.

Книга действительно впечатляет объёмом: почти 900 страниц, 4000 научных сносок на первоисточники и сотни иллюстраций. Это вам не какая-нибудь брошюрка, это монография-тяжеловес, которой можно придавить спорящую с вами букашку или использовать как подставку для монитора. Понасенков утверждает, что изучил «десятки тысяч документов» из архивов России и Европы, и, судя по количеству ссылок, он действительно провёл в архивах больше времени, чем Наполеон на полях сражений. Но вот вопрос: превращает ли это книгу в «первую научную»? Ну, давайте разберёмся.

Обобщающих научных трудов о войне 1812 года до Понасенкова было немного: большинство советских и постсоветских работ — либо сборники статей, либо «патриотические» очерки, в которых история 1812 года была встроена в более широкий нарратив: «Отечественная война > Великая Победа > народ, дворянство и армия вместе > славное прошлое > МОЖЕМ ПОВТОРИТЬ!!!».

И понятное дело, что научный стиль в них часто уступал место художественно-публицистическому, идеологизированному или даже открытой пропаганде. Французская же историография долго избегала темы 1812 года как «болезненной». Массовых академических трудов на французском об этом почти не писали до конца XX века. Англичане писали о Наполеоне много, но акцент делали больше на Испанскую войну и Ватерлоо, а не на Русскую компанию.

Понасенков не лукавит, утверждая, что в системной и лишённой мифов форме история 1812 года до него не писалась.

До него никто не совмещал: политический контекст (европейская дипломатия); военные действия; логистику, экономику, численность армий; культурный слой и религию (как это влияло на образ врага, национальную мифологию); и плюс — оценку того, как это всё было искажено позднее. В книге Понасенкова война не существует изолированно, как «битва в поле под Бородино», а вплетена в европейский и даже мировоззренческий контекст. Он единственный, кто всё это смог охватить в одной книге. Также он опирается на французские и немецкие источники, включая мемуары, карты, донесения, в то время как большинство русских историков (особенно советских) опирались либо на русские источники, либо на переводные обрывки (например, знаменитое высказывание академика П. А. Жилина: «Я вражескими источниками не пользуюсь!»).

Понасенков действительно первым собрал под одной обложкой войну 1812 года как широкое явление — не просто кампанию, а культурно-политическую драму эпохи.

Его претензия на «первую научную» книгу может и спорна с точки зрения методологии, но не абсурдна. Просто он сделал это на стыке жанров: между исторической публицистикой, интеллектуальным памфлетом и даже эстетическим манифестом. Кстати говоря, с точки зрения методологии, Понасенков старается: цитирует первоисточники и пытается построить свою версию событий на основе этих документов. Например, он убедительно показывает, что Континентальная блокада не была главной причиной экономического кризиса в России 1807–1812 годов; и что русское командование изначально планировало наступать, а не обороняться, и именно провал этих наступательных планов привёл к позорному бегству, ой... то есть к «героическому отрицательному наступлению», в результате которого Москва, спалённая пожаром, была французу отдана. Также он обращает внимание на внутренние проблемы Российской империи, включая чудовищное социальное неравенство — 95% населения были угнетёнными рабами, жившими почти в скотском состоянии.

То есть конфликт Франции и России в начале XIX века — это де-факто противостояние страны свободных граждан и агрессивной рабовладельческой империи. 

Понасенков не просто излагает факты — он размахивает ими, как саблей, и с явным удовольствием пинает своих коллег-историков. Цитаты из воспоминаний современников Наполеона он чередует с репликами в адрес критиков и небольшими философскими отступлениями на тему того, как трудно быть гением в окружении идиотов. Традиционные академики подвергнуты разгрому с использованием нелестных эпитетов вроде «жалкие», «лгуны», «плешивые графоманы» и «бездарные серости». С другой стороны, а за что уважать людей, поставивших таланты на службу тоталитарному режиму? То-то же! Понасенков даже прошелся по всяким шизофреникам от мира псевдоистории («Фоменковщина» и т.д.), и, конечно же, блестяще их размазал. Хотя, на мой взгляд, этим должна заниматься психиатрия.

Иллюстрации — отдельная песня. Они красивы, уникальны, а значительная их часть — предметы из частной коллекции Понасенкова. Ну, тут «дешёвкам и букашкам» действительно есть чему завидовать. 

Если вы готовы к тому, что автор будет периодически отвлекаться на восхваление себя и троллинг оппонентов, то книга подарит вам немало интересных фактов и свежий взгляд на события 1812 года. Но если вы ищете строгую академическую работу без лишнего пафоса , то, возможно, стоит поискать что-то менее... эпатажное.

А если вы...

...то Понасенков вас будет уничтожать с первых же страниц, так что лучше заранее приготовьте огнетушитель. Иначе вы обречены истерить и разбрасывать по клавиатуре слюни в перемешку с соплями, пытаясь отстоять свою поруганную «честь».

Оценка книги: 8 из 10.

За работу с архивами, честность и смелость — жирный плюс. Минус — за самоповторы и графоманию. Троллинг — плюсик. За упоминание плагиата со стороны О.В. Соколова (с чего и начался их легендарный конфликт) — моё почтение (обоим). Это был изумительный спектакль!

Читайте книгу с чувством юмора на ВКЛ. Перед сеансом чтения обязательно помыться, побриться, прилично одеться и поставить на фоне неаполитанские романсы, Шульженко или раннюю Марию Каллас.

И помните — непрочитанные книги умеют мстить!

Прочитал книгу Е. Понасенкова «Первая научная история войны 1812 года». Впечатление неоднозначное. С одной стороны это неплохая работа с большим объемом использованных документов и интересным взглядом на проблему. С другой стороны восприятию материала сильно мешает постоянное «хвастовство самовлюбленного павиана» которые встретит вас в этой книге почти на каждой странице.

Вопросы у меня начались прямо с заглавия, которое дано в «фирменной» манере автора с целью как обычно с первых слов поразить читателя. А действительно ли до работы Евгения не было ни одной научной истории? Ну сам термин «научная» подразумевает под собой что: 1 – книга написана на основе документов и архивных данных с обоих сторон 2 – беспристрастность исследователя. 3- методы исследования. С первым пунктом вроде всё понятно. Впервые архивные данные о войне 1812 года были опубликованы в России перед I МВ, это огромный сборник (22 тома). Во Франции аналогичное издание капитана Фабри тоже появилось примерно в это время (1905 г). Поэтому можно согласиться с Понасенковым, что все книги, изданные до появления этих документов научными не являются. А что же было дальше? А дальше началась первая мировая война, в России плавно переросшая в гражданскую и историкам стало не до того, как говорится интерес к теме иссяк. Произведения советских историков, а в частности Тарле действительно не вызывают доверия. Исследования, в которых автору заранее задается вектор, а результаты исследования подгоняются под эту заданную цель не могут считаться научными. Хорошо известно на примере работ по 2 МВ, что в Советском Союзе история заменялась пропагандой, и здесь Евгений тоже полностью прав.

Однако в своей историографии, с которой начинается книга, Понасенков полностью игнорирует работы историков, которые появились в постсоветское время, и задолго до выхода в свет «первой научной». Из них следует назвать работы А.И. Попова (одного из основных критиков Е. Понасенкова). Например впервые доказательная концепция того, что никакой народной войны с Наполеоном не было, а в среде крепостных рабов и быть не могло, впервые появляется не у Е. Н. Понасенкова, а у А.И. Попова в его монографии «Война необыкновенная» (2010г) Практически вся научная база, к которой А.И. Попов оперировал в спорах с Понасенковым сформирована с 1990 по 2015 годы, то есть до выхода в свет «первой научной». Однако, лихо расправляясь в своей книге с такими слабыми оппонентами как Жилин, про Попова Евгений не упоминает вовсе, как будто его и нет. Хотя ссылки на его работы при этом присутствуют в библиографии.
Идём далее. История московского пожара подробно и именно научно была описана ещё до Понасенкова профессором Земцовым в его книге «Наполеон в Москве» (2014 год), а Понасенков просто повторяет его основные тезисы, первый научный подсчёт военной стороны сил и сторон провел С.В. Шведов еще в 1987 году («О численности русской армии при Бородине»), опровергнув советские мифы о численном превосходстве французов. Теория «превентивного удара» впервые появляется задолго до Понасенкова у В. Н. Безотосного например в книге «Разведка и планы сторон в 1812 г» (2005 г). Понасенков использует архивные документы и планы найденные Безотосным как «собственное научное открытие», которое якобы скрывалось официальными историками. Об использовании документов Безотосного Понасенков ни говорит ни слова, но при этом называет его работы «типичным примером графомана с обертоном охранительной пропаганды». Теория континентальной блокады, которая не наносила вреда российской экономике а наоборот шла на пользу российской экономике впервые появляется у профессора Злотникова и опубликована уже после его смерти в 60-е годы ХХ века. И т.д. и т. п.

Отдельного внимания заслуживает фигура доцента Олега Соколова. Понасенков публично обвинил его в плагиате и краже концепции причин войны. Однако впервые эта концепция была опубликована на французском языке Олегом Соколовым в 2000 году в журнале Наполеон, задолго до Понасенкова. Ещё раньше эти идеи встречаются у историка Н. Ульянова в его статье «Александр I, император, актёр и человек», опубликованной в журнале Родина №6-7 в 1992 году, когда Евгению Понасенкову было 10 лет. В своих стримах Евгений неоднократно заявляет что выиграл суд и доказал плагиат в работах Соколова. На самом деле эти заявления не соответствуют действительности. Никакого судебного решения о плагиате нет, так как суды не проводили научную экспертизу текстов. Выигранные Понасенковым суды действительно обязали О. Соколова выплатить небольшую сумму, однако не за «кражу научной концепции» а за резкие критические замечания в адрес Евгения. В частности Соколов назвал «первую научную» макулатурой. К сожалению трагедия в жизни Олега Соколова (убийство любовницы) положила конец длительным судебным тяжбам, где я искренне желал успеха обоим. Было забавно наблюдать как призанный ученый вступил в глупый спор с жирным троллем на его территории, и даже вызывал его на конную дуэль на шпагах. Результаты к сожалению известны.

Таким образом очевидно, что до исследования Понасенкова уже появилось огромное количество действительно научных работ по истории войны 1812 года, и назвать свою книгу как «первая научная», это значит дискредитировать себя как автора прямо с самого начала. Возможно на это был и расчёт - взять и обосрать всех кто занимался этой темой до тебя. В глазах аудитории стримов Евгения (безусловно в большинстве своём малообразованной и невежественной) это выглядит круто.

Большие вопросы при прочтении книги Понасенкова возникли к такому фактору как беспристрастность исследователя. В «первой научной» с первых страниц заметен так называемый эффект Пигмалиона, когда результаты исследования подгоняются под ожидаемый результат. Автор не просто ангажирован, он готов написать не историю кампании Наполеона, а его «житие». То есть именно то в чем он обвинял Л. Л. Ивченко. В целом я поддерживаю точку зрения Евгения на фигуру Наполеона как прогрессивного деятеля в мировой истории, но хотелось бы больше объективности и поменьше хвалебных гимнов. Со слов Понасенкова вся кампания Наполеона это движение гения от победы к победе. Остается непонятным только тот факт, как так получилось, что в результате «гениальных решений» Франция к 1815 году оказалась одной из самых пострадавших стран. Во всех кампаниях Наполеона погибло около 1 миллиона французов (это больше чем за весь XVIII век во всех войнах королей Бурбонов), Франция была обязана выплачивать репарации и потеряла свои территории. Есть точка зрения, что дальнейшая катастрофа при Седане и разгром Вермахтом в 1940 году - это результаты кратковременной наполеоновской славы.

В книге Понасенкова огромное количество ссылок на различные документы, автор неоднократно говорит что работал в архивах и ввел в научный оборот новые документы, которые до него никто не находил. К сожалению я так и и не понял какие именно. Всё то что содержится в книге уже публиковалось до Понасенкова. Но работа автора с документами тоже по крайней мере несколько странная. Например Евгений называет дату начала войны – 28 апреля 1812 года, когда в западных губерниях было введено военное положение. Согласен – мощный прорыв и удар по традиционной историографии. Естественно для сомневающихся есть ссылка. Вот только куда? Наверное архивные документы? А нихера. Ссылка ведет на книжку белорусского специалиста по боевым искусствам А. Е. Тараса «1812 трагедия Беларуси». Серьезно? Это научный подход? Я знаком с некоторыми публикациями Тараса по 2 МВ, это не историк а публицист и мягко говоря спорный. Понасенков неоднократно хвастается тем, что он проработал 32 тома корреспонденции Наполеона лично, но при этом его цитаты о бородинском сражении приводит по популярной книжке «1812 год», вышедшей в Москве в 1990-е годы. У меня разумный вопрос. Если ты действительно проработал 32 тома на французском языке, перевел для себя важные моменты и выписал, то какого хера ссылаться на современную публицистику? Тоже самое с численностью войск перед началом компании. Понасенков приводит цифру 325 тыс. человек, ссылаясь не на архивные данные, а на мемуары французского командира полка Марбо. Что мог знать Марбо о численности войск всей армии Наполеона? Кто ему об этом доложил? А главное зачем брать оттуда эту цифру, если Понасенков лично проработал все документы военного архива Франции? Мало того, для тех кто не может позволить себе лично работать во французском архиве все эти данные уже давно собраны и систематизированы с точностью до роты. Этот документ называется папка 2С701, и Понасенков гордо заявляет, что никто до него не работал с этой папкой. Однако впервые данные опубликовал французский историк Габриель Фабри в 1903 году, потом эти цифры использовали в 1990-х годах упоминавшиеся российские историки А.И. Попов, Н. Земцов. А вот кто получается что реально не работал с этой папкой именно Понасенков. Разговор об источниках и ссылках можно вести очень долго. К сожалению база составлена как у студента в курсовой – пиши побольше чтобы выглядело солиднее. В ссылках на архивные документы нет точных указаний на фонд, опись, номер. Это азы научного подхода, которые используют все уважающие себя историки, в том числе и альтернативные. Например Марк Солонин в своих работах по 2 МВ. Такой подход и отличает серьезную научную работу.

Сильно мешают чтению и пониманию событий постоянные самовосхваления автора о его личных певческих и режиссёрских талантах, о звоне бокалов, купленных им для своей коллекции, о личном знакомстве с Майей Плесецкой и так далее. Возможно это прикольно выглядит на стримах, но абсолютно неуместно в научно-популярной публицистике. Чтение - это не просмотр шотов на ютубе. Читатель тратит своё время и интеллектуальный ресурс на то чтобы понять позицию автора, его мысли и тезисы. А в ответ ему предлагают мусор о певческих талантах Понасенкова, и его чувствах при посещении Палаццо Полиньяк в Венеции и триумфальной арки в Милане. Безусловно в силу естественных причин большая часть аудитории Понасенкова никогда не была ни там ни там, и для нее человек, лично видевший триумфальную арку в Милане, уже подобен путеводной звезде. Но я читаю книгу о истории войны 1812 года, при чем «первую» и «научную». Я тоже проходил по мосту Академии в Венеции и видел палаццо Полиньяк на берегу Гранд канала. И триумфальную арку в Милане. И я тоже в кур,е что к ней можно пройти от Кастелло Сфорцеско через парк Семпионе а потом можно сесть на исторический трамвай №1 и вернуться на Монетаполеоне. А если мне будет нужна более подробная информация, то я обращусь к работам по истории архитектуры. Зачем мне читать об этом здесь и сейчас? В общем 25% книги это постоянное хвастовство самовлюбленного павиана и это реально бесит.

При этом (как кстати с самого начала признаёт и сам автор) описание военной составляющей в книге очень скудное. Нет практически никах схем и карт, позволяющих наглядно понять дислокацию и передвижения войск, нет описаний вооружения армий того периода, принципов тактики и стратегии ведения войн начала XIX века. А без начальных знаний в военной области читателю практически невозможно понять ход войны. Почему вместо описания триумфальной арки в Милане и личных встреч автора с Майей Плесецкой было не добавить пару глав по вооружению армий и о том как вообще тогда велись войны? Не рассказать от том кто с кем и как воевал? Чем гусары отличались от кирасиров, что такое редуты для артиллерии и какова их роль при Бородине? Ответ напрашивается сам собой. Автор абсолютно некомпетентен в этой области. Поэтому на страницах его книги появляются «грациозные всадники переходящие Неман». Этот он очевидно о кирасирах, экипировка которых весила 40 кг?? (Ха-ха). Стремясь скрыть свое невежество в области вооружения Евгений вводит свой принцип: «Эстетизм как критерий истины». То есть о качестве армии и полководцев можно судить по цвету их мундиров. Появляются «белые лосины, обтягивающие тугие мускулы, жаждущие боя и славы». Это даже без комментариев.

И немного об «историческом методе» Понасенкова. А это по его словам есть постоянное «стремление подставлять события в историческую формулу». То есть он берет отдельное событие (например Бородинское сражение) и переносит его на 150 лет вперед и сравнивает с битвой под Москвой. Б..ть. Но это же полный бред. Не знаю как Евгения Понасенкова, но меня на кафедре Герменевтики учили что любое событие можно рассматривать только в своём историческом контексте. И вырванное из своей эпохи событие уже не играет никакой роли и не и может быть объяснено с позиций современности. Также вспоминается один из основных законов логики – принцип причинности. Ни одно событие случившееся после предыдущего не может оказать никакого влияния на предыдущее. Тем не менее Понасенков увлеченно рассказывает что актер «Сергей Остапенко, пламенно сыгравший в 1954 году роль Мальчиша-Кибальчиша эмигрировал в США и прекрасно живет во Флориде», «сын Сталина Василий скончался в 40 лет, а дочь Светлана явилась во американское посольство и просила политическое убежище». Либо огромный отрывок из книги Марии Кикоть «Исповедь бывшей послушницы» об отсутствии туалетной бумаги в Свято-Никольском монастыре в 2017 году. Да всё это так, но какое отношение люди другой эпохи имеют для понимания войны 1812 года? Получается с логикой тут совсем плохо.

Подводя краткий итог, хотелось бы отметить, что несмотря на всё сказанное – книга написана легким и доступным языком. Читается практически на одном дыхании, особенно если ты незнаком с темой и события для тебя в новинку. Если бы Евгений нашел в себе мужество ее отредактировать, убрать «хвастовство самовлюбленного павиана» и оскорбления своих оппонентов, то я бы назвал книгу отличным образцом современной публицистики, пусть и не совсем научной, но зато очень интересной, легко написанной. Той которую будут читать современные читатели, не готовые к штудированию скучных научных трудов, уже изданных по этой теме. Но к сожалению посмотрев пару стримов Евгения я пришел к выводу, что об этом в ближайшее время речь не идёт. «Маэстро» - как он любит чтобы его называли – создал какую то секту «свидетелей Понасенкова» и выступает перед своей аудиторией в качестве своеобразного «Волонда для бедных» или «Невзорова на минималках». Да в его блоге очень много здравых идей, например о завоевании Европы и цивилизации дикарями, о роли науки просвещения. Но к сожалению всё это тонет в бесконечном самолюбовании и ответах на вопросы из серии «как получилось что вы самый лучший» или «почему солнце вращается именно вокруг вас». Поэтому для меня Евгений Понасенков конечно никакой не ученый историк, а веселый и прикольный тролль из интернета, который написал такую же как и он сам провокационную и эпатажную работу по истории войны 1812 года. Конечно же не первую и не совсем научную.

Сразу скажу, я не могу в полной мере оценить весь труд именно исторической части исследования, а также насколько здесь вообще все правдиво. Я так понимаю, что дискурс на эту тему закончен будет не скоро.
Но сомневаться, даже в самых неприложных истинах - полезно. Стимулирует мозг работать и изучать вопрос.
Самый большой минус для меня, что удивительно, оказался стиль автора. Первые сто страниц постоянные ругательства на одних личностей, и неиссякаемая лесть Наполеону веселит. Но когда одни и те же колкости и пассажи начинают идти по второму и третьему кругу - это уже угнетает.
Я понимаю, что полная объективность для человека в целом невозможно. Однако, такая откровенная предвзятость к определенным лицам для книги, в названии которой есть слово "научная" недопустима. Самое смешное, что каждую личность автор начинает разбирать с ... внешности. И все хорошие люди, конечно красивые, а плохие и выглядят уродливо.
В остальном, вопросов уже меньше. Само издание на бумаге - шик. Иллюстраций, карт, фотографий, приложений, библиографии - всего в достатке.