Первая научная история войны 1812 года

Гениально! Мастерски! Монументально!

Помесь ютубовского стендапа с научной работой на тему 1812, хотя уровень ближе к институтскому диплому чем к научной монографии.

Безыскусно! Халтурно! Бездарно!

Лоскутное одеяло из 100 ранее опубликованных статей/тезисов с повторением одних и тех же тейков по 10+ раз.

Безупречно! Талантливо! Изобретательно!

Наиболее удачно у Маэстро получается пестро разбавить тяжелый пересказ исторических событий ироничными шутейками с аллюзией на реальное время. Самым сильным моментом в книге является срыв на шумящую соседку, мешающую гениальному творцу завершить главу красивым вычурным словцом, поэтому нам, жалким поклонникам и подлым завистникам, остается лишь начинать читать уже следующую.

Виртуозно! Великолепно! Блистательно!

Горд что мне предоставилась возможность написать критиканскую рецензию к подобному ТРУДУ и не ударить лицом в грязь перед стилем Мастера.

Пронзительно! Остроумно! Лаконично!

Представленная монография Е. Понасенкова "Первая научная история войны 1812 года" - это уникальная в своём жанре книга. Автор рассматривает событие всесторонне, с точек зрения: экономической, политической, цивилизационной, культурной и даже физиологической. Рассматриваются все факторы, способные повлиять на исторические процессы той эпохи. Всё это достигнуто благодаря четырём тысячам научных сносок!
Евгений Понасенков впервые в научной работе по истории использует не только события произошедшие, служащие предпосылками для того или иного исторического события, но что гомерически важно - с целью подробнейшего рассмотрения исторического процесса, говорит о событиях, которые ещё произойдут. Именно благодаря подобным приемам, разработанным лично Е.Понасенковым, удаётся истинно объективно рассмотреть эпоху! Например, крестьянские восстания 1812 года тесно связаны с событиями 1917 года, но к сожалению, никому из пропагандистских историков такая идея почему-то в голову не пришла и потому гений автора здесь очевиден - это прорыв в историографии не только рассматриваемого периода, но и всей истории в принципе!
Впервые в истории жанра монографии Евгений Понасенков использует не только научные принципы: объективности, истины, историзма, системности, всесторонности, принцип опоры на исторические источники и др. (Хотя и на это не способны многие "историки", рассматривающие эту тему), но использует поистине новой принцип - всестороннего рассмотрения личностей тех лет, их масштабов, комплексов, их взаимоотношений. Рассматривая личностные качества с точки зрения науки: в т.ч нейрофизиологии и психиатрии; Е. Понасенков представляет нам деятелей того времени не как удобных марионеток в руках пропаганды, а как конкретных индивидов со своими добродетелями, пороками и комплексами. Именно благодаря этому объясняются поступки тех или иных личностей, объясняются исторические процессы и даже исходы битв, складывается хирургически точный слепок эпохи. "Когда Кутузов приказал направить казаков во французский тыл, Платов беспробудно спал в обозе. Казаки были отбиты и <...> вернулись <...> ни с чем"

В книге представлено великое множество цитат современников тех лет, что позволяет с научной точностью сформировать представление о тех или иных личностях, событиях или процессах.
"Властитель слабый и лукавый,
Плешивый щеголь, враг труда"
(А. С. Пушкин об Александре 1)

Что ещё важнее - Евгений Понасенков использует мемуары и записки современников обеих сторон, что обязательно для объективного рассмотрения предмета. Используются в том числе мемуары иностранцев, что требует от автора монографии знания множества иностранных языков в т.ч французского, немецкого, английского и других; и чего, к сожалению, нельзя ожидать от некоторых историков, рассматривающих эпоху (А о какой объективности может тогда идти речь в графомании этих писарей?)

Впервые в жанре монографий Е. Понасенков приходит к истинно объективному суждению: не делит стороны рассматриваемого события на "наших" и "ваших", но рассматривает их абсолютно объективно, как и следует в науке. Возмутительно то, как псевдоисторики, рассматривая историческое событие, позволяют себе выражения: наши взяли, наши победили и т.д. Это ведёт к предвзятому отношению и просто невозможно в научном жанре, а история - это прежде всего наука.
Но что ещё важнее - Евгений Понасенков рушит мифы о "великих" полководцах, "исконно русском" православии и самые страшные мифы - об "отечественной" войне и о "победе" в Бородинском сражении. Автор труда делает это с филигранной точностью. Выражает не мнение, посланное по указке "сверху", а приводит беспристрастные документы и очерки тех лет:
"Надел на Старую Камбалу Георгия I-го класса. Естли спросите за што — то ответа от меня не дождетесь» ( генерал А. А. Закревский о Кутузове)
"Неприятель одержал победу" ( генерал А. П. Ермолов о Бородинском сражении)
Именно с помощью этих приемов автор монографии рушит пропагандистские россказни, засевшие в головах людей и даёт ярчайшее подтверждение бессмертному принципу истории - "Что было - ведь оно же то и будет!"

Фундаментальный труд знаменитого историка Евгения Понасенкова. Лично я до прочтения конечно же, слышал об этой книге, но она не стояла в моем списке книг на прочтение в ближайшее время. Более того, учитывая, что по интернету ходило множество слухов об этой книге, и далеко они были не самые положительные, я с предосторожностью отнесся к книге к моменту начала прочтения. В частности, я слышал слухи, что чуть ли не половину книги Евгений Николаевич Понасенков посвещает своей биографии (что, как выяснилось, не соответствует действительно и близко) или что чуть ли не все фотографии в книге - это фотографии с изображением автора (тоже не соответствует действительности). Так вот, я, как человек, который вообщем-то с подозрением относился к этой книге, по итогу прочтения могу сказать - что это фундаментальный научный труд, и более того, написан он автором очень талантливо. Эта книга проливает свет на темные углы многих страниц российской истории. Многие именитые историки дали положительные оценки на эту книгу (например, историк Сахаров или бывший мэр Екатеринбурга Ройзман). Да, в тексте присутствуют субъективные оценки автора или иногда эмоционально окрашенные оценки того или иного человека, но в целом это скорее является данностью любого автора по историческим темам. Однозначно рекомендую к прочтению.

В «Первой научной истории войны 1812 года» Е.Н. Понасенкова мастерски распутывает запутанную картину событий, определивших один из самых решающих моментов европейской истории. Книга представляет собой всеобъемлющее исследование о войне 1812 года, проливая новый свет на ее сложности и предлагая убедительное повествование.

Тщательное исследование Понасенковым не только проясняет военные аспекты конфликта, но и углубляется в политические, социальные и культурные ландшафты, которые повлияли на ход войны. Тщательно анализируя первоисточники и предлагая свежий взгляд, автор дает детальное и детальное изображение многогранных аспектов войны. Что отличает эту работу, так это ее приверженность научной строгости и академическому совершенству. Понасенков ловко исследует истоки войны, стратегии, используемые каждой стороной, и влияние этих стратегий на более широкий европейский контекст.

Более того, подход автора дает комплексное представление о последствиях войны, подчеркивая ее значение в формировании последующего геополитического развития. От дипломатических маневров до социокультурных последствий, Понасенков рисует целостную картину, которая обогащает понимание читателями этого преобразующего периода.

Подводя итог, мастерская работа Евгения Понасенкова представляет собой увлекательное расследование войны 1812 года, освещая ее сложности с научным мастерством и представляя повествование, одновременно увлекательное и поучительное. Эта книга представляет собой жизненно важное дополнение к исторической литературе и является важным чтением для тех, кто увлечен пониманием тонкостей этого преобразующего момента в европейской истории.

Мне трудно назвать это историческим, документальным трудом.

Для меня - это описание подсознательного, мифологического мира - того, где хтонические чудовища ждут героев или богов, которые придут и сразят их.

В роли божества - Наполеон, обладающий всеми мыслимыми достоинствами, вплоть до нетленности его останков.

В роли чудовища - противоборствующая сторона, которой приписаны все возможные дегенеративные черты.

...

Точка зрения автора - глубоко тягостная и болезненная.

Его симпатии и аптипатии возведены в степень.
...

Красной нитью сквозь многословную прозу проходит тема пропаганды - полуправды, искаженных смыслов и наспех придуманных мифов.

Пропаганда часто противопоставляется тому, что движет людьми на самом деле - особенно людьми жестокими, неразвитыми, чувствующими свою безнаказанность.

А что уж говорить об экстремальных ситуациях - когда разум любого человека замирает и глубинные инстикты берут верх.
...

Ехидные ремарки вроде "А как же патриотизм?", "А как же христианские заповеди?", повторенные десятки раз, к концу книги кажутся "умственной жвачкой", довольно утомительной и наивной.

В разных ситуациях работают разные правила.

Никто не знает, как поведет себя, столкнувшись с угрозой пыток, казни или расправы.

А те, кому приказали поджечь дома, в которых лежали раненые, вряд ли были приучены вообще что-либо обдумывать.

Спросишь у такого: "Ты зачем это сделал?" - а он скажет: "Ну, так вот им не повезло" или глупо улыбнется, поведя плечами.

...

Неуправляемая, жестокая, бездумная толпа - по сути, хтоническое чудовище - магистральная тема книги.

К ней же можно отнести и лейтмотив с поношением некоторых коллег-историков - по мнению автора, кое-как образованных, косных, агрессивных и завистливых неудачников.

Есть такие в ученом сообществе? - Да.

Все такие? - Нет.

Кого имеет в виду автор? - Людей определенного психологического склада (и это заведомо не норма).

...

Правила и догмы пропаганды, государственной и религиозной, которые по своему воздействию автором возводятся в абсолют, на деле могут восприниматься по-разному.

Небольшой процент людей - самых внушаемых - может принять что-то на веру целиком и полностью, со всем фанатизмом и категоричностью.

Б'ольшая же часть часть общества внешне демонстрирует лояльность - но внутренне руководствуется совсем другими понятиями - стремясь просто приспособиться к порядку вещей.

Такая гибкость фанатикам не понятна. У них есть только черное и белое.

Впрочем, как и у автора.

...

Что до книги самой по себе, то прочитать ее можно - без фиги в кармане, не обесценивая труда автора, но относясь к написанному как к его личной точке зрения - обусловленной его психологическими особенностями, биографией, мировоззрением и прочими факторами.

Если учесть, насколько обширна поднятая тема - и какой разносторонний и разумный подход автор предлагает к исследованиям исторических событий - нужно признать, что это большой труд.

...

Часто к достоинствам этой книги приписывают ее об'ем, около 800 страниц.

Однако, книга аморфна, и мысль в ней иногда ходит по кругу, заглушаемая потоком эмоций.
...

Ни обстоятельность мышления, ни педантичность автора не могут скрыть того, что большинство заявленных в библиографии источников вряд ли было использовано при написании книги.

Такие люди - легко переходящие из крайности в крайность - бывают талантливы, но редко бывают способны к долгому и упорному труду.

Периоды душевного подъема у них чередуются с периодами истощаемости и утомляемости, и это чувствуется в тексте.