Дети мои

Человек, автор, который умеет красиво писать, навсегда заслужит моё внимание! Именно к таким авторам относиться Гузель Яхина. Как она умело расставляет акценты, а как подбирает эпитеты и какие у неё интересные деепричастные обороты! Все как я люблю. Язык, которым общается автор со своими читателями, очень насыщенный и богатый. Красивый язык! Это вторая книга данного автора, и вторая её книга в моей библиотеке. История рассказывает о местном шульмейстере , учителе , российском немце-Якобе Бахе. О мире немецкого Поволжья, очень ярком мире и где-то самобытном. О мире, когда-то созданном пришлыми людьми в чужой стране и в этом мире живёт, от него и отворачивается герой. Растит единственную дочь, на уединение на хуторе пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим о разом воплощаются в реальность. О том , как большая любовь порождает страхи в нашем сердце, и сама же помогает их превозмочь. Это роман, очень свежий, яркий, есть в нем и не очень приятные моменты, но все они читаются на одном дыхание, они живые, настоящие и требующие внимания. Именно первую книгу этого автора прочитал мой тесть в захлеб, а это говорит о многом) Чувствую скоро снова будет «очень занят», ведь я прочитала, осень довольна и советую от всего сердца!!!

Давным-давно, во времена правления Екатерины, поселились на наших землях Поволжских - немцы. Поселились они по её же приглашению, дабы новые земли осваивать, ремёслами заниматься, на благо Родины нашей жить, и всё это - взамен на покровительство самой императрицы.
⠀
И вот, среди всех этих переселенцев, жил в немецкой колонии учитель по фамилии Бах. Жил он, не тужил, в школе преподавал. До тех пор, пока не позвали его на другой берег Волги в уединённый хутор, научить уму-разуму девицу на выданье.
⠀
Впрочем, рассказывать дальнейший сюжет книги я не стану, так как тут начинается самое интересное.
⠀
Я, конечно же, с нетерпением ждала второй роман Яхиной. Не читая отзывов и комментариев, нырнула в него с головой. И вот мой вердикт – я получила удовольствие от этого заплыва!
⠀
Но скажу сразу, книги Яхиной совершенно разные, их нельзя сравнивать. В языковом и стилистическом своеобразии, по глубине и многозначности изложения – «Дети мои» просто монументальный труд! Читать этот роман не просто, но очень интересно!
⠀
Во-первых, много деталей. Но благодаря красочному языку, картинки оживают, ты с любопытством рассматриваешь их.
⠀
Во-вторых, много отсылок к историческим и документальными материалами, что кому-то покажется скучным, но по мне, это повышает ценность книги.
⠀
Кстати, если вы (судя по названию), решили, что книга о детях, не спешите с выводами. Да, линия самоотверженной любви учителя Баха сначала к женщине, потом к детям безусловно трогает за живое. Здесь, как в «Зулейхе» - желание отдать себя без остатка, выжать из себя всю жизнь до последнего вздоха…вот на чем зиждится жизнь нашего героя. Но не за судьбу одного человека переживает автор!
⠀
Страна, поколение, на долю которого выпало столько испытаний в те тяжёлые 20-30 годы - вот они, те самые «Дети». Всё другое - декорации...

ИТОГ❗ Вы не найдёте здесь ни закрученного сюжета, ни ярких диалогов...но уверяю вас, они ни к чему! Эта поволжская книга-сказка заворожит вас и очарует!

Как мне жаль, что у автора всего две книги!
У неё, что здесь, что в Зулейхе, почти нет черного и белого, а есть весь спектр света, почти нет плохих и хороших, но она пишет о них обо всех как о людях, которых любит, в каждом ищет Образ и находит. Она не судит, не раздает приговоры, она просто разворачивает картину. Беспристрастно, но с любовью.
Здесь героем является учитель в поволжской деревне немецких переселенцев и сначала его жена - дочь богатого отшельника, успевшего уехать перед тем, как все началось, но без дочери, которой удалось сбежать к своему учителю. А потом их дочь. О, здесь тоже нельзя дальше писать о сюжете, потому что это нужно прочесть. Некоторые моменты заставляют сидеть минутами с неперевернутой страничкой в пальцах, в шоке и разрывающих душу жалости и сочувствии к героям... Но самое главное, что эта книга о реальных событиях. Они были на самом деле, учитель, его жена и его дочь, и её друг Васька, и сказки, написанные онемевшим учителем, они даже изданы в СССР, и все, все, что написано - было на самом деле. И это самое удивительное, я думала, читая, как же она такое придумала, а оказалось, что она пишет правду.

Я очень старалась оценивать новый роман Яхиной без оглядки на «Зулейху». Конечно, когда имеешь дело с автором такого романа — это чертовски сложно. (И у меня не очень то получилось) И вдвойне интересно — что откроется перед нами в этот раз? Получится у Яхиной вновь лишить меня сна?

20е годы прошлого столетия, Волга. Немецкое Поволжье, верующее в карликов и троллей, в сказки, заговоры и приметы.

Наш герой — в отличии от простой татарочки — учитель высокой немецкой словесности.
Его язык — как сама Волга — льется, шумит, клокочет, налетает волнами, накрывая с головой, или убаюкивает, нежно нашептывая колыбельную.

И он пишет. Сказки о принцессах, урожае, простых людях, детях и сказочных существах. Для людей. Для своей земли и для своей дочери. Чтобы ей жить в мире, который он строит своими мечтами и словами.

Сами сказки — это адаптация сказок братьев Гримм. Чувствуете атмосферу? Изначально — эти сказки полны жестокости и крови. Только пройдя гнет и несправедливость герои заслуживали счастья и процветания. Но в реальной жизни так обычно не случается....

Я писала ранее, что Гузель Яхина отрицала какую-либо определенную и жесткую оценку советской власти в «Зулейхе». сейчас мне кажется, это не совсем правда. Для нее — это человек с прекрасным лицом и изувеченным телом. Это гора мертвых телят. это умирающие дети посреди Волги.

Пытаясь держаться нейтралитета, автор показывает нам Сталина. И что он оказался заложником ситуации, и что он пытался помогать, но только едва не лишился жизни и пальцев. И широту его души, никак не выдержавшую узость мышления и мелочность душ. Не знаю... по мне — спорно и не вызвало в моей душе сочувствия.

Эта книга о страхе, о любви и ответственности. О силе слова и ясности мысли. И о том, что тяжело повторить собственный успех.

Книга достойна прочтения, это без сомнений. Но советую читать тем, кто больше ценит язык и словесность. Кому важнее не что описано, а как. Кому мысли важнее действия.

В восторге! Восторг от вкусной речи, от оборотов, описания и лёгкости чтения. Не каждый может писать так чтобы остановиться не было сил.
Теперь о содержании.
Весь сюжет проходит рядом с рекой Волгой. Там, среди поволжских земель, в 1920-1940 годах размещалась немецкая колония. Гнаденталь, так назывался городок в котором жил Якоб Иванович Бах.

Учитель немецкого языка, от пережитых потрясений и душевной боли, красноречивый учитель становится немым. И всё же он говорит, но говорит через свои рассказы, фольклор и сказки которые продает за молоко и еду для своей маленькой дочери, которая осталась без матери.

С самого начала романа, Якоб Иванович кажется болтливым мечтателем, который любит свою работу, который знает будто всё на этом свете, после пережитых страхов он замыкается в себе, немеет и ведет отшельнический образ жизни.

Воспитывает девочку так же, в тишине, изъясняясь с ней знаками, жестами, мысленно о чем-то спрашивая… незримая связь.
Дочь Анче, единственный лучик света в его беспроглядной тьме жизни. Девочка растет, развивается и жаждет узнать новое, жаждет свободы.
На пороге дома появляется мальчик-бродяга, Васька. Он то и разрушает молчание воцарившееся в доме котором жил Бах со своей дочерью, в своем мире.

Само произведение наполнено сочными метафорами, эпитетами. Уверена, что эта книга никого не оставит равнодушным.

Феномен Гузели Яхиной - настоящая загадка: более бесвязную литературу еще поискать нужно. "Дети мои" почти полностью повторяют ее дебютную работу "Зулейха открывает глаза": роман скачет с темы на тему, Яхиной куда интереснее демонстрировать свой богатый словарный запас, в мельчайших подробностях описывая убранство дома главного героя, чем заниматься развитием персонажа, а неумелые исторические вставки, в которых внезапно появляется Сталин, не что иное, как достаточно примитивная попытка придать произведению исторической глубины.

Роман начинается как романтическая история запретной любви, потом превращается в летопись отчуждения, затем морфирует в социально-экономический портрет коммунизма в двадцатых-тридцатых, чтобы в финале обернуться рассказом о родительских радостях. Справедливости ради, этот повествовательный хаос поначалу немного интригует, так как очень уж любопытно, как Яхина сведет воедино все эти линии. Спойлер: никак. "Дети мои", так же, как и предшествующая им "Зулейха" кажутся дипломной работой, которую не следует даже допускать до защиты.

Книга довольно известная, но не такая популярная как «Зулейха открывает глаза». Хотя речь в романе идет о жизни поволжских немцев в начале XX века, это не исторический роман в строгом смысле, а скорее притча.

Действие происходит в немецкой колонии Гнаденталь (прообраз реального села Гнадентау) на берегу Волги в первой половине XX века. В центре истории – Якоб Иванович Бах, тихий, замкнутый школьный учитель. Жизнь его размерена и одинока: он звонит в колокол трижды в день, преподает немецкий детям колонистов и подолгу гуляет по окрестностям. Все меняется после того, как Бах, при весьма загадочных обстоятельствах, получает приглашение на ужин. Несмотря на все сомнения учитель соглашается. Встреча на хуторе запускает цепь событий, которые навсегда изменят его жизнь, свяжут с этим хутором его судьбу.

Из положительного в романе отмечу в первую очередь уникальный сеттинг – роман открывает для многих читателей малоизвестную страницу нашей истории – жизнь поволжских немцев.

В этом произведении мне показалось спорным все: сюжет, герои, язык повествования. Не знаю насколько правомерно будет отнести эту книгу Яхиной к жанру магического реализма, (да и есть ли в самом деле такой жанр?) но со страниц то и дело веяло то Маркесом, то Петросян.

В начале события еще как-то развиваются, хотя скорее просто вялотекущее течение книги иногда вдруг прерывается резкими толчками, и к концу книги эти сюжетные толчки практически сходят на нет: вялая жизнь посредственного учителя резко меняется приглашением на хутор, вялая жизнь хуторян резко меняется с появлением грабителей, вялая жизнь старика и девочки резко меняется с появлением мальчишки и так далее.

Вялая – этим словом можно охарактеризовать всю книгу в целом. Вялый главный герой, живущий своим страхом и умудрившийся пропустить события, потрясшие и изменившие всю страну. Девочка, запертая на одиноком хуторе с немым стариком, вследствие чего также не говорящая, но жаждущая жизни, от которой ее старательно прячут. Единственный яркий и живой персонаж – Васька появляется ближе к концу книги и с ним она (девочка, хотя и книга тоже) немного оживает, но ненадолго.

Карикатурный Гнаденталь и его не менее карикатурные жители, действительно, герои старых сказок, картонные персонажи. Так много событий происходит вокруг этого поселка и все же представить себе его и его жителей практически невозможно. Так блекло и скупо он описан.

Может быть, в этом и есть задумка автора, показать человека, настолько глубоко погруженного в свой внутренний мир, в свои переживания, что вся окружающая реальность и все события, на фоне которых происходит эта внутренняя жизнь, видятся словно сквозь толщу воды?

Язык. Цветисто и водянисто. Хотя зум-эффект, который так впечатлял в «Зулейхе», есть и здесь. Этот прием Яхиной удается просто великолепно. В объективе только тот фрагмент, который хочет показать нам автор, и вот его мы видим во всех, самых мельчайших подробностях. Все остальное размытое, нечеткое. Вспышка или, наоборот, медленное затемнение и следующий фрагмент. И вот перед вами уже целое мозаичное полотно, разрозненные кусочки собираются в целую яркую картину. Эффектную, даже красивую и довольно бессмысленную.

Третья книга Яхиной мною прочитанная. Уже заметен единый стиль письма автора и главные темы и проблемы послереволюционной России. Все это безусловно интересно и волнительно, но у меня никак не получается быть вовлеченным, быть погруженным, - у меня стойкое состояние равнодушия при чтении. Возможно, потому что у меня нет собственных детей, возможно, потому что я очень слабо и поверхностно представляю себе реалии тридцатых годов, возможно, есть и еще какие то причины, - но пока на сегодняшний день, я делаю вывод, что это не мой автор.

Я вижу, что Гузель пишет от сердца, и какие тяжелые и важные поднимает вопросы, но даже эти струны меня не трогают! Магии не произошло, и потому я ставлю среднюю оценку.