Светлана. Мама

"Светлана проснулась ночью. Это было очень приятно - проснуться.

Прежде бывало так: увидишь во сне что-нибудь хорошее, а откроешь глаза - и сразу всё- всё вспомнится .... И хотелось опять заснуть поскорее."


"Костя, стоя на колесе, перешагивал через борт грузовика.

-Раненному всё равно придется трястись в кузове.

-Зачем же вы-то сюда?

-Буду следить, чтобы тебя ветром на поворотах не выдуло."


" -Ты здесь давно живёшь?

-Нет. Маму как раз перед войной сюда перевели.

-А в Москве бывала когда-нибудь?

-Была один раз...папа поехали меня взял.

Костя замолчал. Это было как с его рукой: с какой стороны ни дотронься - больно."


"-Вот посмотри: на память мне дала. Правда, что хорошая докторша.

На ладони лежал крошечный зазубренный кусочек металла. Светлана осторожно взяла его. Лицо её было очень серьезно.

-Такой маленький, а как больно от него было!..Костя, как по-вашему, кончится когда-нибудь война?".



"...сядем мы с тобой рядком да поговорим ладком...". 


"Галя подумала, как страшно  важно для папы и для мамы всё, что её занимает и волнует, и как хорошо, когда можно всё, что тебя занимает и волнует, кому-нибудь рассказать."



"Ох, эта ребячья способность краснеть по всякому поводу и без повода!".



"-...Экий у тебя характер континентальный!

-Почему континентальный?

-Жаркое лето, суровая зима. Ты уж как-нибудь умерь температуру или устраивай людям демисезон, а то рядом с тобой простудиться можно."


"Да, детский дом — это семья. Необычная семья, очень большая. Как и во всякой семье, братья и сестры не всегда живут мирно. Бывали и ссоры и взаимные обиды. Но если кого-нибудь из детдомовских ребят обижали посторонние — в школе или на улице, — братья и сестры немедленно объединялись и выступали как один человек на защиту."


"Наталья Николаевна не спала. Она уже начинала немножко беспокоиться. Каждой женщине знакомо тревожное чувство ожидания. Уметь ждать — это большое искусство, в особенности если пожилой человек ждет человека молодого. Молодость редко бывает благоразумной, но старость не должна быть ворчливой. Молодых обижают излишние заботы. Волнение за них кажется недоверием — молодые считают, что ничего с ними не может случиться."


"...иногда бывает гораздо нужнее дать человеку выговориться, чем вовремя уложить его в постель."

— Голубчик, я не говорю — просто для тебя. Я говорю, что это очень просто устроить. Но мне хочется убедить тебя, что ты неправа. Светлана, помнишь, в прошлое воскресенье Елена Михайловна играла и тебе очень понравилось… Помнишь, ты сказала: «По клавишам вода бежит». Помнишь, как называлась эта вещь?
Светлана неуверенно и удивленно спросила:
— «Прекрасная мельничиха»?
— Да. А ты знаешь, кто ее написал?
— Нет, я не помню.
— Ее написал Шуберт, немецкий композитор. Вот его портрет висит, рядом с Чайковским.
Светлана положила руку на черную зеркальную поверхность рояля:
— Я не знала, что вы играете…
— Мальчики учились… Мой старший сын хорошо играл.
Наталья Николаевна неожиданно встала и подошла к книжному шкафу:
— Хочешь, почитаем стихи?
Светлана так удивилась, что не сразу могла начать слушать.
…Не пылит дорога,
Не дрожат листы…
Подожди немного,
Отдохнешь и ты.
Маленькое стихотворение, всего восемь строчек, а как много в нем сказано и как все-все видишь!..
Светлана прошептала:
— Я помню, это у Лермонтова, в собрании сочинений.
— А видишь, что тут сверху написано? «Из Гёте». Ты еще что-нибудь Гёте читала?
— Ведь это он «Фауста» написал? — спросила Светлана. — Только я не читала.
— А «Лесной царь» в переводе Жуковского знаешь?
— «Лесной царь» знаю.
— А вот еще другого немецкого поэта Лермонтов переводил. Видишь: «Из Гейне».
На Севере диком стоит одиноко
На голой вершине сосна…
Хорошие стихи, правда?
— Правда.
— А ты знаешь, что, когда Гитлер пришел к власти, книги Гейне сжигали на кострах?
Светлана спросила:
— Почему?
— Ты еще очень мало знаешь, девочка! Бывают книги-враги и бывают книги-друзья. У нас много книг-друзей, написанных на немецком языке. Не все немцы такие, каких довелось тебе увидеть! На немецком языке писали Маркс и Энгельс… Не только книги давно умерших писателей были врагами Гитлера. В Германии было очень много антифашистов и до войны и во время войны… Ты о Тельмане что-нибудь слышала?
Светлана сказала:
— Ведь это же в Испании был отряд имени Тельмана?
— Да, и в нем сражались немецкие антифашисты. А Тельман тогда сидел в тюрьме. Одиннадцать лет он пробыл в одиночной камере. Это был очень смелый и очень мужественный человек…
Светлана слушала, не поднимая глаз.
Как странно: немец — верил в победу Красной Армии! В самый тяжелый год отступления, когда немцы стояли под Москвой… Как жалко, что он не дожил до конца войны! Они его убили…
— Светлана, а ты знаешь, что сказал о немцах Сталин? «…Гитлеры приходят и уходят, а народ германский, а государство германское — остается».
— Когда он это говорил? — глухо спросила Светлана.
— Двадцать третьего февраля 1942 года. Перед этим немецкие войска доходили почти до самой Москвы и были разбиты. После этого был Сталинград. Это приказ народного комиссара обороны в день двадцать четвертой годовщины Красной Армии. Светлана, твой отец и мои сыновья были офицерами Красной Армии. Они сражались с захватчиками, которые хотели поработить нашу Родину… Но наши солдаты не уничтожали немецких солдат именно как немцев, из-за ненависти ко всему немецкому. Девочка, я знаю, что это нелегко… Но и мы с тобой не должны ненавидеть народ, язык народа…
У нее были слезы на глазах.