Любовь: сделай сам. Как мы стали менеджерами своих чувств

Когда речь заходит о любви, нас часто подводят слова. Но что мы вообще можем сказать о ней? «Любовь: сделай сам» — сборник эссе социолога и публициста Полины Аронсон, посвященный тому, как сегодня конструируются наши представления о романтических чувствах. Когда и почему «любовников» заменили «партнеры»? От чего зависит способность найти общий язык в разговоре об эмоциях и желаниях? Как коронавирус повлияет на отношения между людьми? И как забота о близких может помочь проложить «третий путь»...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

447 оценок

5
43%
4
38%
3
14%
2
4%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 527Хотят прочитать 611

Рецензии

AlisaKuper35828 марта 2022 г.
Наука-любовь
На повестке дня открытый вопрос: как исправить горбатое общество в котором мы живём?
Книга состоит из 3-х частей:
1 - социологические, философские и психологические исследования, посвящённые анализу эмоциональной культуры в западных обществах.
2 - работы российских учёных о трансформации эмоций и интимности в постсоциалистических обществах (здесь авторка ссылается на публикации авторов и свои интервью проведённые с ними).
3 - авторский материал: дискуссии в соцсетях, публикации психологов, блоги, социологические интервью, посвящённые интимным отношениям и эмоциям, собранных в российском городе-миллионнике.
Идея с которой борется Полина: любовь с точки зрения неолиберальной рациональности - проект, который нужно непрерывно оптимизировать, чтобы она приносила максимум удовольствия.

Тут вспоминается Кэрри Брэдшоу, в качестве пролетариата любви, которая работает над отношениями как на рабочий на ставке, но сегодня реальность такова, что ее главная мечта Mr. Right выглядит наивным атавизмом. Сегодня, герои сериалов "Дрянь", 2016 - 2019"; Любовь", 2016 - уже не сексуальный пролетариат, а класс неустроенных людей: возможные потери всегда превышают прибыль, есть только непостоянный успех. Любовь, секс и отношения в глазах миллениалов всё больше связаны именно с рисками, а не с удовольствием.
Аронсон отталкивается от значительного различия американской и русской интимной культуры, в первом случае она приводит в пример журнал для девочек-подростков "Seventeen", читательница которого обучена принимать решения о том, с кем вступать в интимные отношения, а во втором - классическая русская литература, которая на момент взросления авторки была основным источником представлений о любви, где важным обозначалось подчиняться любви как природному катаклизму, даже если это разрушительно для удобства, здоровья и жизни в целом, эдакое воспитание в режиме судьбы.
Существующая противоположность принципов, на взгляд Полины превращают любовь в муку. Отмечается, что развитые страны сегодня, включая Россию, имеют доступ к определению собственного выбора.

Идея выбора того, кем мы хотим быть, императивная идея "быть собой" начали работать против нас, превращая нас не в свободных людей, а во всё более тревожных и жадных.
Авторка скептически упоминает поп-психологов, выдвигающих повестку психологического рационализма в массы и критикует позицию расчёта. Она ставит под сомнение тенденции пропаганды в этой сфере:

В мире поп-психологии привязанность инфантилизируется, вытесняется в сферу детского. Желание признания превращается в "попрошайничество". Близость никогда не должна переходить "личные границы". А главное - любовь у "состоявшихся" людей по определению не может быть невзаимной: "У здорового человека всё происходит следующим образом: он кого-то любит, кто-то любит его. Это единственно возможные нормальные отношения".
Полина подводит к тому, что пропагандисты эмоциональной технократии решительно настроены минимизировать "серую зону" любви, тут идёт речь про двусмысленности, не отвеченные звонки и т.д. Отменяют прозу, поэзию, симфонию, живопись, скульптуру, мифы...
Мифы это конечно хорошо, как и двусмысленности. Осторожно, работает подмена понятий - романтизация это не любовь, тут стоит различать. Романтизация чаще всего приводит к таким вещам как: необоснованная идеализация партнёра, отсюда болезненные ожидания и пустота от нереализованных фантазий, дальше останется романтизировать боль и пустоту, последствия страданий. Согласитесь, убогая перспектива.

Психологическому человеку обоих полов требуется только одно: непрерывный прогресс к здоровым отношениям между двумя автономными субъектами, способными удовлетворять потребности друг друга, пока новый выбор не разлучит их, аминь.
Надменное механическое звучание этой фразы сбивает с толку. Но если снять грубость и найти смысл слов, получится следующее: взаимно удовлетворять чью-то потребность в верности, гармонии, спокойствии, сочувствии, любви и прочих ценностях. Отличная позиция для осознанного человека.
Далее утомительная информация про ресурс для знакомств. Основная критика тут о лёгкости слить партнёра, который надоел. При желании, слить партнёра можно и без приложений. Попахивает излишками демонизации дейтинга.

В режиме выбора любить слишком сильно, слишком рано, слишком явно - признак инфантилизма.
Авторка ссылается на романтическую жертвенность, сожалеет, что массы лишены сочувствия к героям прошлого - дуэлянтам и самоубийцам.
Снова подмена понятий. С чего эти эгоцентрические акты безумия и чести(?) вдруг стали маркерами любви? ЛОЛ.
Конечно, слова "проект", "рационализация", "технократия" и т. д. не очень сочетаются со сферой духовного и могут напугать, если не пропустить их через решето разума. Они характеризуют современные тренды, основное свойство которых - сменяемость. Долгосрочных перспектив и угроз они не несут. Это временный контекст, характеризующий интересы общества и щедрая почва для рассуждений, т.к. тенденции характеризуются новизной восприятия.
"Любовь: сделай сам" интересно рассмотреть как частное сравнение двух времён: прошлого и настоящего, а для практической истины тут искать нечего.
Такая вот книга о критике массовой культуры. А рационалисты, после затмения глобальной романтизации, по прежнему бесценны.
Читать далее
63
1,6K
winpoo30 августа 2021 г.
Пассивный полупротест против манифеста “A New Look at Love”
С самого начала я читала эту книгу с двойственными ощущениями. С одной стороны, мне было интересно посмотреть на любовь глазами цифрового поколения и разобраться, совпадают ли мои собственные представления о его ментальности со взглядами других. И я не смогла не согласиться с целым рядом авторских позиций – да, наверное, это сегодняшняя правда. Кроме того, для меня книга стала поводом взглянуть со стороны на собственные «любовь vs отношения» и втайне порадоваться своей несовременности, непринадлежности к новому антропологическому зоопарку. Я почувствовала себя rara avis. С другой стороны, весь текст показался мне облегченным, не вполне научным и даже каким-то рекламно-суггестивным, из-за чего во мне медленно зрел протест против внушения читателям этого якобы new look на чувственный мир человека. Все-таки любовь и все с нею связанное переживается настолько глубоко и индивидуально, что делать широкие горно-барабанные обобщения насчет того, что это такое, зачем оно людям вообще, какие тренды и драйвы господствуют в ее современной рефлексии вряд ли стоит. Да и люди разные – кто-то таков, каким его видит автор, а кто-то таков, каким его вижу я. Мы это уже проходили не раз: «Любовь – это всего лишь химия», «Любовь – бессознательная реакция на телесные параметры человека» и т.п., настало время «Любовь – это менеджмент», почему бы нет? Но эта книга показалась мне оторванной как от истории и психологии любовных отношений как таковых, так и от отечественных традиций поиска взаимности. Конечно, социология – не психология, и автор более чем далек от психологии, но немного психологичности книге явно бы не повредило, как и уменьшение апелляций к сетевым авторитетам, сколь бы читаемыми они не были. В общем, для меня это было космополитично, эпатажно, неглубоко и очень самоуверенно, поэтому в целом я восприняла книгу больше как авторский промоушн, чем аргументированное исследование.
Что в результате? Информации было много, прочиталось не без интереса, временами даже вспыхивали внутренние диалоги с автором, но, по сути, по отношению к содержанию книги я все время была в эмоциональной позиции «Баба-Яга против». В голове роились тысячи аргументов contra, и с каждой страницей я убеждалась, что все написанное, к счастью, не имеет конкретно ко мне никакого отношения! Я никогда не планировала расставаний раньше встреч, не страховала себя от сильных чувств, не стремилась к сологамии, мне никогда не были нужны чужие опыты и наставления в выборе людей для любви и дружбы, мне трудно представить, что я хоть как-то завишу от настроений, критериев и имиджей пользователей Badoo,Тиндера, Фейсбука, ВКонтакте и пр., а потому не ищу встреч в социальных сетях, я обходилась без свиданий вслепую и виртуального секса и не руководствуюсь среднестатистическими данными о внешности и внутреннем содержании партнера, разработанными для всех подряд, исходя лишь из возраста, пола и социальных статусов, рандомизированных по следам, оставляемым в Интернете. И – да! – я верю, что если мы с кем-то вместе, то он должен мне самого себя – такого, как есть, а не соответствующего среднестатистическим стандартам, который, по чьим-то соображениям, мне бы подошел. Иначе зачем мне все его остальное? Так что какое счастье, что все эти суррогаты, которыми восторженно и испуганно любуется автор, обошли мою любовь стороной. Похоже, что это написано для каких-то других, ни в чем на меня не похожих людей: совершенно далеких от каких бы то ни было значимых отношений с другими, не желающих думать ни о чем, кроме себя, страшащихся совместности и потребляющих литературу селфхелпа, как бигмаки фастфуда («Истинно, истинно говорю вам, что огурцы, салат и лук, да на булочке с кунжутом…»). По сути, все это – о макдональдизации человеческого в человеке. Это очень современная книга, и те, кто хочет продолжать жить своими иллюзиями, пусть в нее даже не заходят – им там нечего делать. Но чужие, пусть и оцифрованные, иллюзии тоже заразны.
На протяжении всего чтения меня несколько раздражал стиль колумниста, ориентированного на западную аудиторию, самопозиционирование, и абсолютно оторванного от «своих». Он, хотя, может быть, и звучит ярко и инсайтно, все же грешит бездоказательностью, снобизмом и верхоглядством. Многие фрагменты – это просто комментирование чужих цитат, иллюстрированных примерами из жизни знакомых (все они красавцы и успешны в профессии и личной жизни – не подумайте чего-ничего!). Многие утверждения звучат больше как мантры, чем как выводы, и остается только удивляться, как легко и уверенно сегодня строятся обобщения. Также меня смущали авторские выражения типа «Как пишет Катя/Аня…», подчеркивающие близость к абсолютно неизвестным мне персонам, позиционируемым как безусловные носители истины о любви, о жизни, о каждом из нас (например, некая Эволюция с «безграничной эрудицией», «творчески» замешанной на цитатах из Интернет-сайтов). Конечно, все мы широко известны в узких кругах, но у меня это вызывало чувство неловкости, казалось ненужным панибратством и удивляло (зачем?), как и отсылки к американским блогерам, журналистам и социологам в качестве авторитетов. Мне не понравилось самопозиционирование автора как причастного к какому-то высшему аналитическому сообществу, познавшему некую истину о любви, привязанности, взаимности, нежности, преданности, а именно о том, что для современных людей их попросту нет, все поглотил «менеджмент чувств». Мне жаль тех, кто в это уже поверил и еще поверит.
Ну да ладно, не буду брюзжать, ведь подобное пишется для Tinder’а или для женского глянца, то есть не для «простых русских баб» и «простых работяг» («серых мужиков»), которым еще не хочется верить в какой-то там менеджмент чувств и разбираться в проблемах «свободы от» и «свободы для», а хочется простого человеческого счастья, «бытия рядышком», находя друг в друге нехитрые радости и разделяя все, что бывает «в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит» их. Они, скорее всего, никогда и не прочтут подобный «читательский продукт», предпочтя плясать от радости, что он пригласил на свидание, поплакать в подушку, если случилась ссора, посидеть в летних сумерках рука в руке, щека к щеке, глаза в глаза, пораздумывать, а если он посмотрел так, а если он сказал то, чуть-чуть поревновать, поймав его взгляд на другую… В общем, прочитав, я захотела из «аронсоновского» XXI века назад, в эпоху реальной коммуникации, из пособий по сологамии и менеджменту чувств в ту историю любви, где еще никто никому не средство, а только – цель, которую хочется достигать всегда-всегда-всегда и быть этим счастливым или несчастным… и меняться, и развиваться, искать и находить, влюбляться и не сдаваться!
P.S. В качестве предисловия к чтению я посмотрела французский фильм «Он и она» (2019). Рекомендую тем, кто соберётся читать П.Аронсон, поступить так же.
Читать далее
38
1,6K
Bookovski9 декабря 2020 г.
Не дайте названию себя обмануть! «Любовь: сделай сам» Полины Аронсон не селф-хелп-книжечка про то, как построить гармоничные отношения или научиться «правильно» любить себя и других, а культурно-социологическое исследование того, во что же превратилась любовь в 21 веке (или даже, прости господи, «концепт любви», хотя этот термин в самой книге не употребляется). Автор на протяжении почти двух сотен страниц рассказывает как на смену охам и вздохам, красным щекам и касаниям рукавами пришла «работа над отношениями», нас накрыла мания лепить штамп «созависимые отношения» на всё любовное взаимодействие, в котором ещё осталось место чувствам, троллит поклонников Лабковского, а в заключении даёт рецепт того, как победить «эмоциональный капитализм», перестать строить из себя «психологического человека», анализирующего каждый шаг, и начать говорить о своих чувствах, не боясь быть осмеянным и получить палкой по голове.
По сути своей работа Аронсон – это сборник статей, большинство из которых некогда выходили на Colta, но они очень здорово собраны воедино на тонкую леску темы, так что книга воспринимается как целостное и разностороннее изучение одной темы. Что самое удивительное, работа по объёму совсем не большая, легко читается за один вечер, но интересных фактов и пищи для размышления она оставляет не меньше, чем иная килограммовая монография.
Занятно, но хотя я полностью согласна с описанным положением вещей и мысленно кивала при чтении каждой страницы, часть того, что автор подаёт со знаком «минус» мной воспринимается если не как «плюс», то, по крайней мере, нейтрально. Идея вернуть сентиментализм и немножко подзабить на рацио вызывает у меня ужас: стопэ, ребзя, давайте уж остановимся на новой искренности и метамодернизме! Против заботы ничего не имею, но принцип кислородной маски («сначала обеспечьте кислородом себя») считаю гениальным изобретением человечества. Короче, хотя моим романтическим идеалом всё ещё остаётся Печорин, сама я по жизни Обломов…

Читать далее
38
2K

Все рецензии

Цитаты

Kultmanyak16 февраля 2022 г.
Романтические герои — Вронские, Онегины и Печорины — сегодня многим уже вовсе не кажутся привлекательными. От них веет нарциссизмом, насилием, пренебрежительным отношением к женщине; от них веет патриархатом. Точно так же вызывают понятное сопротивление и любовные истории эпохи развитого социализма: этот вечный осенний марафон, где женщина все время чего-то ждёт, а мужчина все время в чем-то оправдывается.
12
684
Kultmanyak31 января 2022 г.
Постоянная тренировка навыков выживания в одиночестве — это жизненная необходимость эпохи так называемой серийной моногамии, когда большинство людей успевают за свою жизнь пройти через три-четыре периода длительных отношений и через дюжину коротких.
11
671
Kultmanyak16 февраля 2022 г.
Картина русского брака, собранная из многих интервью молодых людей (от 20 до 30), составлена из узнаваемых элементов. На первом плане — десятилитровая кастрюля кипящего борща, над ней — веревка с сохнущим бельем: кальсонами, носками, пеленками. Полная, раскрасневшаяся женщина в фартуке озверело трет в раковине грязную тарелку. У ее ног заляпанный кашей и ревущий двухлетка стучит деревянной ложкой о миску. Мужа нет. Муж - где-то...
7
386