Ведьмин вяз

Всегда можно начать все заново, но уже в другом месте

Рано или поздно все кончится, неважно из-за чего - равнодушия, ссор, измен, или потому что вы состаритесь и умрете, - но отношения не длятся вечно

Так ты возьмешь нам пива или мне тебя спонсировать на том основании, что у тебя было трудное детство?

Я лишь недавно задумался о том, в чем же именно заключается везение, до чего оно гладко и восхитительно-обманчиво, какие безжалостные изгибы и узлы скрывает его изнанка, какие смертельные опасности в нем таятся.

Пока ты жив, есть и надежда, банально до тошноты, но как же верно.

С мамой мы всегда ладили. Она умная, резкая, с юмором, остро чувствует прекрасное, умеет быть счастливой и заражает своим жизнелюбием остальных, – словом, даже не будь мы родственниками, я все равно любил бы ее.

... да и не хочет в сорок лет превратиться в унылого мудака из тех, кого зовут на вечеринки из жалости и сажают рядом с разведенкой, которая весь вечер ругает бывшего мужа.

Думаю, дело в том, что постепенно привыкаешь к какому-то определенному образу себя. И требуется немалое усилие, чтобы разбить эту оболочку и заглянуть внутрь. 

Вы, кстати, знали, что греки верили, будто бы у врат преисподней растет вяз?

И я клянусь, он улыбнулся мне прежней своей чудесной улыбкой, полной любви, и подмигнул прищуренным глазом – пусть даже мне это лишь показалось. А потом затейливые остроконечные вершины на экране превратились в четкие прямые полосы, отец издал душераздирающий стон, но даже без этого я догадался бы, потому что воздух раскололся, взметнулся вихрем, преобразовался, и в палате стало на одного человека меньше.

Все, что нужно делать после чьей-то кончины, расписано по пунктам: похороны, венки, поминки, заупокойная служба через месяц после смерти. Но ждать, пока человек умрет, еще труднее, и ни одна сволочь не скажет тебе, что делать.

– Я счастлив. Вы что-то имеете против?

Удача – неотъемлемая часть меня, основа, скрепляющая скелет, золотая нить, сшивающая невидимые ткани ДНК, драгоценный камень, сияющий в моем источнике, – ее отсвет лежит на всей моей жизни. И если удачу у меня отняли, а я все еще здесь, – то кто же я тогда без нее?

Так что мне остается лишь расставить точки над i и черточки у t...

...я только теперь понимаю, какая это редкость, какая невыразимая драгоценность, – взаимной, строгой, нежной, заботливой доброты.

– Каждый подросток имеет право на бунт. Я все школьные годы вела себя как ангел. Вот меня потом и швырнуло в другую крайность. 

...когда происходит что-то плохое, единственное, что можно сделать, – я сейчас не только о тебе, а вообще – это отойти в сторону. А не говорить, мол, ничего страшного, сейчас я этим займусь и все исправлю.

Они что-то знают. И я хочу выяснить что.
– Зачем? Какая разница, что они знают? Разве от того, что они тебе скажут, кому-нибудь станет легче?
Я не сумел бы ей ответить, даже будь я трезв, непонятное чувство охватило меня, сдавило горло.
– Я пытаюсь все исправить, – сказал я, жалкие слова для такого важного дела. – Я пытаюсь все исправить.
Мелисса раздраженно дернула головой:
– Ничего ты не исправишь, Тоби, только сделаешь хуже.

... рано или поздно все кончится, неважно из-за чего – равнодушия, ссор, измен, или потому что вы состаритесь и умрете, – но отношения не длятся вечно.

– Люди бывают разные, в том числе и гнусные, – сказала она. – Как ни печально. От таких лучше держаться подальше. Конечно, если есть такая возможность.