Джон Р. Р. Толкин. Биография

Хамфри У. Б. Карпентер (1946-2005) - английский биограф, писатель и радиоведущий. Кроме широко известной "Биографии" Дж.Р.Р.Толкина (1977), написал "Инклинги" (1978), биографии У.Х.Одена, Эзры Паунда, Ивлина Во и других известных личностей.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,6

258 оценок

5
73%
4
22%
3
4%
2
1%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 268Хотят прочитать 404

Рецензии

KatrinBelous
25 апреля 2023
"... розум його витає десь далеко між гір і рівнин Середзем'я." (с)
Впечатления: Чтобы понять моё отношение к книгам Профессора, достаточно знать, что когда началась война и я под взрывы очень быстро собирала портфель дабы если что выбегать из квартиры, то умудрилась таки засунуть самое моё первое и любимое издание "Властелина Колец" и "Письма Толкина", оправдывая себе такую "трату" драгоценного места тем, что внутрь книг положила фотографии из семейного альбома. Но хотя бы без одной книги Толкина, я из дома не вышла бы. Кому нужны те вещи или украшения, если нельзя спасти книги? Поэтому я была очень рада, когда спустя какое-то время и не смотря на ситуацию в стране, наше издательство "Астролябія" выдало на украинском биографию Профессора авторства Карпентера, которую я очень хотела прочитать именно в бумаге.
Мне не с чем сравнить, я не знаю на каком уровне написаны другие работы о Толкине, поэтому не могу назвать эту выдающейся, но она определённо достаточно полная, информативная, интересная и написанная с уважением к самому Профессору. Самое главное как по мне - читать было не скучно. К тому же автор сам был знаком с Толкином и его семьёй, изучал его письма и заметки, что и использовал в биографии. В книге меньше 400 страниц, поэтому читается она быстро, но при этом получается взглянуть на все самые важные события из жизни Профессора.

"Головне завдання мовознавця - тлумачити літературу, а головне завдання літератури - бути втіхою."
Пересказывать биографию Толкина смысла не вижу, для этого есть эта работа, но вот самые интересные моменты, о которых узнала, отмечу:
- Семейным бизнесом Толкиных было изготовление фортепиано и продажа музыкальных инструментов, увы, уже отец Профессора своё предприятие утратил.
Я думала посчитать сколько же языков знал Профессор. Латынь, греческий, немецкий, скандинавский, финский, французский, итальянский, испанский, русский зачем-то, даже готский и англосаксонский... но в итоге сбилась))) Не перестаю восхищаться людьми с подобным талантом к изучению языков.
Толкин, как оказалось, совсем не был примерным студентом, наоборот, он мало учился и много времени проводил с друзьями. Например, один раз в Оксфорде они с другом шутки ради угнали автобус)))
Про то что Толкин хорошо рисовал, не только карты и пейзажи, я знала. Но он ещё успел изучить и калиграфию, причём с разными шрифтами, и увлекался японской графикой. Это я уж не говорю про его актерские способности, умение ездить верхом и играть в теннис.
Одну из своих первых денежных премий за английский язык Толкин, конечно же, потратил на книжечки))) В том числе на работы Морриса, определённо их должен прочитать каждый толкинист ибо в своих романах Профессор ориентировался на этого писателя.
Во "Властелине Колец" заключено больше автобиографических моментов из жизни автора, чем можно было подумать. Например, сцена с грибами и бегством от разозленного фермера неких хоббитов совсем не выдумка)))
Толкин участвовал в Первой мировой войне и дослужился до офицера связи в своём батальоне, который однажды отправили в небезызвестный городок Сомма. Толкину повезло вернуться, а вот его друзья погибли в этой бойне один за другим.
Во время Второй мировой войны Толкин состоял при штабе противовоздушной обороны в Оксфорде.
Удивительно, насколько пророческие слова в военное время сказал Толкин про советский союз (я бы привела цитату, но вдруг за неё меня опять заблокируют, свобода слова не для этого сайта). Помню в нулевые по сети ходил мэм, где находится Мордор.., а ведь не зря оказывается!)
В одно время Толкину предлагали кафедру в Африке, и он даже подумывал вернуться в эту страну, в которой и родился.
Толкин любил ходить в туристические походы, с Льюисом в том числе ^^ Кроме, конечно, сидения по барам в рамках своих книжных клубов)))
У Толкина была машина, правда только какое-то время... Судя по его манере езды, когда все должны были уступать ему дорогу и разбегаться, не удивительно, что когда машин на дорогах после войны стало больше, он за руль уже не садился ^^
У "Властелина Колец" вполне могло быть продолжение, но увы, Профессору снова не хватило времени.
Хотелось бы сказать пару слов и об издании. Изначально, мне не понравилась обложка. Но вживую, с этими любимыми Толкином деревьями, она выглядит более чем уместно. Мне не хватило фотографий, увы. Но бумага здесь очень приятная и плотная, текст напечатан идеально - никаких опечаток. Вообще вёрстка мне очень понравилась и обилие дополнительных материалов в конце. Видно, что к изданию подошли с большим вниманием. Ну а что нет фотографий, наверное, это было сделано в целях экономии. Спасибо уже за то издательству "Астролябія", что продолжают издавать работы Профессора и о нём в военное время. Для меня такие книги бесценны.

"...у мене завжди було враження, що я записує те, що вже "десь там" чи деінде було, що я нічого не вигадую."
Читать далее
34 понравилось
0
286
iulia133
20 октября 2018
..."этот великий, но медлительный и неметодичный человек". (К.Льюис)
... , я разбираю далеко не всё из сказанного профессором. Голос у него странный: низкий, глухой; произношение чисто английское, но с каким-то странным оттенком, а с каким - трудно сказать. [...] Однако большую часть времени профессор говорит довольно невнятно. Он горячится, выпаливает слова залпами. Целые фразы съедаются, комкаются, теряются в спешке. Время от времени хозяин теребит губы рукой, отчего речь его становится ещё менее разборчивой.
Биография Толкина показалась мне книгой довольно интересной и приятной, красивой, тёплой, уютной. Вот только... Заслуга эта всецело принадлежит автору, Хамфри Карпентеру, который буквально смотрит на читателя с каждой страницы. И выглядит он человеком приятным, тонким, интересным, обаятельным и деликатным. Чего при всём желании нельзя сказать о его герое. Ну вот нельзя и всё тут! Не получается! И можете кидать в меня тапками.
Возможно, конечно, не лишним будет отметить, что сама я не фанат "Властелина Колец". Он мне нравится, но я его не обожаю. Меня всегда напрягало и отталкивало отсутствие в истории лёгкости, какая-то чрезмерная методичность и педантичность. И теперь я знаю, что была права, создатель Властелина был как раз педантичным, скучным человеком, ленивым и придирчивым. Карпентер из кожи вон лезет, чтобы показать Толкина с лучшей стороны, но факты - упрямая вещь. А поскольку жизнь Толкина была небогата событиями, факты - это всё, что мы имеем.
При той огромной любви Толкина к языкам, к созданию новых языков, именно он должен был ввести в обиход слово прокрастинация, так как сам являлся живым воплощением этого понятия. Начать работать, отвлечься на что-то другое, третье, десятое, пойти искать какое-то письмо, найти другое, кинуться на него отвечать, совсем всё бросить и начать раскладывать пасьянс. Или не начать работать вовсе, а покурить, понюхать розы, навестить друзей, не подготовиться к леции, вместо неё схватить какую-то сказку или заметки к другой совершенно теме... Всё это было в порядке вещей для Толкина.
Карпентер пишет, что студенты его любили. (Но так ли? В это трудно поверить, если он вечно был неготов к лекциям, а во рту у него была каша.) Карпентер пишет, что коллеги его уважали. (Но после выхода "Властелина Колец" ему сказали: "Так вот почему Вы так и не написали все те научные работы и статьи, которые от Вас годами ждали.")

Толкину был пятьдеся один год; он устал и боялся, что в конце концов так ничего и не достигнет. В среде коллег у него сложилась репутация человека, который способен тянуть с работой до бесконечности.
Его ярый католицизм так неприятен, его жену Эдит так жаль. И наставления его сыну перед женитьбой: "Лучше сразу пойти на конфликт, но сказать "нет" и настоять на своём, потому что мужчина имеет право на..." На увлечения, на друзей, на интересы, на собственную веру, на собственную спальню и т. д. и т. п.
Карпентер пытается показать нам милого обаятельного недотёпу в твидовом пиджаке с трубкой в зубах, который, впервые сев за руль, сшибает изгородь и разворачивается посреди дороги. "Толкин был водителем неумелым, но уверенным." Ну не забавно ли? Да, безусловно, но только если мы не на той дороге и изгородь не наша. Очевидцы же обычно однозначны в эпитетах, которыми награждают таких вот обаятельных водителей.
Карпентер пытается показать нам писателя вдумчивого, по сто раз переписывающего и передумывающего каждую фразу и страницу, но даже он не смог не упомянуть об охлаждении Толкина к Льюису, вызванного отчасти завистью.

К тому же само по себе количество книг, написанных Льюисом для детей, и почти неприличная скорость, с какой он их сочинял, наверняка несколько бесили Толкина. Семь сказок про Нарнию были написаны и опубликованы всего за каких-то семь лет - менее чем за половину того времени, в течение которого выкристаллизовывался "Властелин Колец".
А кто тут виноват?

Летом 1946 года Толкин доложил "Аллен и Анвин", что он предпринял грандиозные усилия, чтобы закончить "Властелина Колец", но у него ничего не вышло. На самом же деле он почти не притрагивался к роману с весны 1944 года. Он заявил: "Я действительно надеюсь завершить его к осени" - и в следующие недели и впрямь сумел взяться за работу. К концу года сообщил издателям, что пишет "последние главы". Но тут он переехал.

Однако же и на сей раз Толкин книгу не завершил.

Вот это уж точно был конец; но теперь Толкину предстояло редактировать, ещё и ещё, до тех пор, пока он не остался доволен всем текстом, а это заняло не один месяц.

Потом Толкин отпечатал беловой экземпляр, пристроив машинку на своей кровати в мансарде, потому что на стол она не помещалась, двумя пальцами, потому что печатать десятью он так и не научился. Так что работа была окончена только к осени 1949 года.

С тех пор как Толкин впервые взялся за книгу, миновало шестнадцать лет. Но тут начинается вторая часть эпопеи с изданием, и она тоже весьма утомительна.
Я могу продолжать, но не вижу смысла. Мне понравилась эта книга, потому что понравился её автор. Но мне не понравился её герой, упрямый, ленивый, чрезмерно самоуверенный, склонный к депрессиям, любящий себя пожалеть. Я не увидела в нём того обаяния, которое почему-то ожидала найти в создателе хоббитов. Увы. Я честно старалась.
Читать далее
29 понравилось
0
666
Delga
10 октября 2012
Биография Толкина руки Хамфри Карпентера мне очень понравилась. Написана без вычуров, без претензий, без литературных анализов, но с очень важными штрихами к портрету Дж. Р. Р. Т. После взбудоражившего воображение "Сильмаллириона" только такое и читать - теплые, спокойные, грустно-смешные картинки из жизни оксфордского профессора.
(До "Сильмаллириона" читать не стоит, потому что на самом деле жизнь профессора и его эпос - неразделимы. Одно является продолжением и порождением другого)
Из книги можно узнать, что:
Сам творческий процесс у Толкина – чудовищно медленный. "Лист работы Ниггля" - это о нем. Столько усилий, чтобы так ничего толком и не завершить при жизни и уйти дальше, оставив за собой восторженные толпы читателей, завороженно смотрящих вслед...
История издания "Властелина колец" сама по себе целая эпопея - с искушением, постыжением и счастливым финалом.
Неконтролируемы последствия профессорских фантазий – ожившие «эльфы» с «хоббитами» (оказывается фанаты ему фотографии в костюмах присылали). Это очень смешно!

"Их волнует искусство, а они не понимают, что их волнует, и упиваются этим",

комментировал ситуацию сам писатель.

и многое другое.
Раньше я не понимала почему на могиле профессора и его жены выгравированы имена «Берен» и «Лютиэнь», но Карпентеру удалось это объяснить…. Трогательная история любви, история детской боли, разделенной на двоих, и долгая совместная жизнь двух неидеальных людей "в падшем мире" (в кавычках выражение, которое часто употреблял сам профессор, и которое было неотъемлимым лейтмотивом его сказаний - будь они эльфийские, хоббичьи или человечьи).

"кто–нибудь близкий мне по духу должен знать хотя бы немного о том, о чем в мемуарах не говорится: об ужасающих страданиях ее и моего детства, от которых мы избавили друг друга, однако оказались не в силах полностью залечить раны, которые позднее часто мешали нам жить; о страданиях, которые мы претерпели после того, как возникла наша любовь, — все это (помимо и превыше личных слабостей) может помочь простить или хотя бы понять ошибки и темные минуты, которые временами омрачали нашу жизнь, и объяснить, почему они так и не сумели затронуть самой сокровенной глубины наших сердец или затмить воспоминания о нашей юношеской любви. Ибо мы всегда (в особенности оставаясь наедине) встречались на лесной поляне и шли рука об руку, спасаясь от тени грозящей нам смерти, пока не настала пора последнего прощания».

Пишет Толкин сыну, после смерти Эдит.
Внимателен биограф и к дружбе Толкина с Клайвом Льюисом. Поиск профессором "идеального друга" с неизбежным разочарованием. Даже между друзьями то и дело кошка черная пробегает. Охлаждение. Отдаление. Ревность. Увы, все так. Читала и вспоминала Бродского: «Разбегаемся все, только смерть нас одна собирает».
И последнее - то как художник расстается со своей фантазией, со своим творением. Это также грустно, наверное, как прощаться с близким человеком. Может даже еще грустнее. Последние ноты - тихие... Старость, увядание и раскладывание пасьянсов... Да, вместо того, чтобы дописать-таки Сильмаллирион, профессор раскидывал картишки на старости лет!.. Это не биография, товарищи, а песня!
Читать далее
28 понравилось
12
388