Книги в мире 2talkgirls
JullsGr
- 6 348 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Впечатления: Чтобы понять моё отношение к книгам Профессора, достаточно знать, что когда началась война и я под взрывы очень быстро собирала портфель дабы если что выбегать из квартиры, то умудрилась таки засунуть самое моё первое и любимое издание "Властелина Колец" и "Письма Толкина", оправдывая себе такую "трату" драгоценного места тем, что внутрь книг положила фотографии из семейного альбома. Но хотя бы без одной книги Толкина, я из дома не вышла бы. Кому нужны те вещи или украшения, если нельзя спасти книги? Поэтому я была очень рада, когда спустя какое-то время и не смотря на ситуацию в стране, наше издательство "Астролябія" выдало на украинском биографию Профессора авторства Карпентера, которую я очень хотела прочитать именно в бумаге.
Мне не с чем сравнить, я не знаю на каком уровне написаны другие работы о Толкине, поэтому не могу назвать эту выдающейся, но она определённо достаточно полная, информативная, интересная и написанная с уважением к самому Профессору. Самое главное как по мне - читать было не скучно. К тому же автор сам был знаком с Толкином и его семьёй, изучал его письма и заметки, что и использовал в биографии. В книге меньше 400 страниц, поэтому читается она быстро, но при этом получается взглянуть на все самые важные события из жизни Профессора.
Пересказывать биографию Толкина смысла не вижу, для этого есть эта работа, но вот самые интересные моменты, о которых узнала, отмечу:
- Семейным бизнесом Толкиных было изготовление фортепиано и продажа музыкальных инструментов, увы, уже отец Профессора своё предприятие утратил.
Хотелось бы сказать пару слов и об издании. Изначально, мне не понравилась обложка. Но вживую, с этими любимыми Толкином деревьями, она выглядит более чем уместно. Мне не хватило фотографий, увы. Но бумага здесь очень приятная и плотная, текст напечатан идеально - никаких опечаток. Вообще вёрстка мне очень понравилась и обилие дополнительных материалов в конце. Видно, что к изданию подошли с большим вниманием. Ну а что нет фотографий, наверное, это было сделано в целях экономии. Спасибо уже за то издательству "Астролябія", что продолжают издавать работы Профессора и о нём в военное время. Для меня такие книги бесценны.

Биография Толкина показалась мне книгой довольно интересной и приятной, красивой, тёплой, уютной. Вот только... Заслуга эта всецело принадлежит автору, Хамфри Карпентеру, который буквально смотрит на читателя с каждой страницы. И выглядит он человеком приятным, тонким, интересным, обаятельным и деликатным. Чего при всём желании нельзя сказать о его герое. Ну вот нельзя и всё тут! Не получается! И можете кидать в меня тапками.
Возможно, конечно, не лишним будет отметить, что сама я не фанат "Властелина Колец". Он мне нравится, но я его не обожаю. Меня всегда напрягало и отталкивало отсутствие в истории лёгкости, какая-то чрезмерная методичность и педантичность. И теперь я знаю, что была права, создатель Властелина был как раз педантичным, скучным человеком, ленивым и придирчивым. Карпентер из кожи вон лезет, чтобы показать Толкина с лучшей стороны, но факты - упрямая вещь. А поскольку жизнь Толкина была небогата событиями, факты - это всё, что мы имеем.
При той огромной любви Толкина к языкам, к созданию новых языков, именно он должен был ввести в обиход слово прокрастинация, так как сам являлся живым воплощением этого понятия. Начать работать, отвлечься на что-то другое, третье, десятое, пойти искать какое-то письмо, найти другое, кинуться на него отвечать, совсем всё бросить и начать раскладывать пасьянс. Или не начать работать вовсе, а покурить, понюхать розы, навестить друзей, не подготовиться к леции, вместо неё схватить какую-то сказку или заметки к другой совершенно теме... Всё это было в порядке вещей для Толкина.
Карпентер пишет, что студенты его любили. (Но так ли? В это трудно поверить, если он вечно был неготов к лекциям, а во рту у него была каша.) Карпентер пишет, что коллеги его уважали. (Но после выхода "Властелина Колец" ему сказали: "Так вот почему Вы так и не написали все те научные работы и статьи, которые от Вас годами ждали.")
Его ярый католицизм так неприятен, его жену Эдит так жаль. И наставления его сыну перед женитьбой: "Лучше сразу пойти на конфликт, но сказать "нет" и настоять на своём, потому что мужчина имеет право на..." На увлечения, на друзей, на интересы, на собственную веру, на собственную спальню и т. д. и т. п.
Карпентер пытается показать нам милого обаятельного недотёпу в твидовом пиджаке с трубкой в зубах, который, впервые сев за руль, сшибает изгородь и разворачивается посреди дороги. "Толкин был водителем неумелым, но уверенным." Ну не забавно ли? Да, безусловно, но только если мы не на той дороге и изгородь не наша. Очевидцы же обычно однозначны в эпитетах, которыми награждают таких вот обаятельных водителей.
Карпентер пытается показать нам писателя вдумчивого, по сто раз переписывающего и передумывающего каждую фразу и страницу, но даже он не смог не упомянуть об охлаждении Толкина к Льюису, вызванного отчасти завистью.
А кто тут виноват?
Я могу продолжать, но не вижу смысла. Мне понравилась эта книга, потому что понравился её автор. Но мне не понравился её герой, упрямый, ленивый, чрезмерно самоуверенный, склонный к депрессиям, любящий себя пожалеть. Я не увидела в нём того обаяния, которое почему-то ожидала найти в создателе хоббитов. Увы. Я честно старалась.

Биография Толкина руки Хамфри Карпентера мне очень понравилась. Написана без вычуров, без претензий, без литературных анализов, но с очень важными штрихами к портрету Дж. Р. Р. Т. После взбудоражившего воображение "Сильмаллириона" только такое и читать - теплые, спокойные, грустно-смешные картинки из жизни оксфордского профессора.
(До "Сильмаллириона" читать не стоит, потому что на самом деле жизнь профессора и его эпос - неразделимы. Одно является продолжением и порождением другого)
Из книги можно узнать, что:
Раньше я не понимала почему на могиле профессора и его жены выгравированы имена «Берен» и «Лютиэнь», но Карпентеру удалось это объяснить…. Трогательная история любви, история детской боли, разделенной на двоих, и долгая совместная жизнь двух неидеальных людей "в падшем мире" (в кавычках выражение, которое часто употреблял сам профессор, и которое было неотъемлимым лейтмотивом его сказаний - будь они эльфийские, хоббичьи или человечьи).
Пишет Толкин сыну, после смерти Эдит.
Внимателен биограф и к дружбе Толкина с Клайвом Льюисом. Поиск профессором "идеального друга" с неизбежным разочарованием. Даже между друзьями то и дело кошка черная пробегает. Охлаждение. Отдаление. Ревность. Увы, все так. Читала и вспоминала Бродского: «Разбегаемся все, только смерть нас одна собирает».
И последнее - то как художник расстается со своей фантазией, со своим творением. Это также грустно, наверное, как прощаться с близким человеком. Может даже еще грустнее. Последние ноты - тихие... Старость, увядание и раскладывание пасьянсов... Да, вместо того, чтобы дописать-таки Сильмаллирион, профессор раскидывал картишки на старости лет!.. Это не биография, товарищи, а песня!

Толкин и сам не думал, что книга вышла безупречной. Но он сказал Стэнли Анвину: «Эта книга написана кровью моего сердца, густой или жидкой — уж какая есть; большего я не могу».

Сидя в купе, они вместе выводили на оборотной стороне поздравительной телеграммы варианты новой подписи Эдит: "Эдит Мэри Толкин.... Эдит Толкин... миссис Толкин... миссис Дж. Р. Р. Толкин..." Все варианты смотрелись превосходно!

И в самом деле, страница средневекового текста может производить впечатление куда более сильное, чем современная реальность той страны, где этот текст родился.














Другие издания


