Отзывы о книге Doctor Glas

Небольшая история о докторе, который волей судьбы одинок. Но к сожалению, одиночество поглощает его рассудок и он становится вершителем судеб не как врач, а как душегуб.Медленное повествование о жизни доктора подводит к трагической истории. В руках медиков наши жизни, они должны дарить возможность нам выжить...а что если сам врач лишает жизни? Эта книга вроде не нравится многим из-за угнетающей атмосферы. Но прочитав ее, я задумалась ведь и в жизни настоящей так бывает. Придешь в поликлинику лечиться от простуды, а уйдешь со смертельным недугом. Эта книга имеет глубокую внутреннюю завязку, которая заставит нас задуматься о влиянии одиночества и неудовлетворенностью в жизни на мировоззрение человека.

Дневник доктора Гласа погружает читателя в меланхолию, присущую умам того века. Это было одно из немногих переведенных на русский язык произведений, упомянутых в Истории меланхолии . Доктор Глас, герой Сёдерберга, регулярно садится за написание дневника, поверяя ему свои мысли и волнующие его вопросы, рассказывая о прошлом, о травмах и утратах. При этом у романа явно наличествует завязка-кульминация-развязка, что придает ему завершенный вид, пусть он и продолжает оставаться довольно рыхлым произведением в связи с выбранным автором стилем. Главное здесь - декадентская атмосфера.

Герой дневниковых записей очень одинок. Каждый день он несет свое одиночество, как улитка - свой дом. Он плотно в него закутан и чувствует себя довольно уютно. Эта меланхолия, окружающая доктора плотным покровом, не требует активных действий для своего преодоления. Она - часть самого доктора, которого так хорошо звать на приемы, потому что он удобно молчит. Вокруг него постоянно есть кто-то, кроме той самой, с которой хотелось бы разделить жизнь. Мимолетным дуновением ветра оказалась надежда на счастье, утонувшая вместе с той девушкой, чьи губы единственные он смог познать. Его одиночество - добровольный выбор человека в его субъективном восприятии мира и себя. Вот такой он, доктор Глас. Другой на его месте нашел бы хозяйку, заработал бы денег, устроил себе жилье, но только не он, чувством общей неприкаянности и оторванности от всего земного неспособный прикрепиться к другому человеку.

Будучи известным доктором, он регулярно принимает у себя женщин в сомнительном положении, бросающихся к нему за помощью. Увы, он отгорожен от них словом "долг", за которым, как мы потом поймем, скрывается нечто другое. Только однажды он решается помочь женщине, в этой помощи заглянув в бездну. Доктор Глас - фигура очень достоевская с тварью дрожащей, но абсолютно другой реакцией на произошедшее, хотя его размышления отдают чем-то внемирским. Его рассуждения о луне, пытающейся заменить свет солнца, о ветвях елок на фоне неба, приводящих его в грусть...Чем дальше движется сюжет, тем сильнее засасывает текст, а конец печален, пусть и логичен.

Серые у меня дни, черные минуты. Я не из счастливцев.

Это, пожалуй, основное настроение всего романа.

Лиценциат медицины Тюко Габриель Глас, "помогающий время от времени другим, но никогда не умеющий помочь самому себе", человек тридцати трех лет, ни разу не познавший женщину, ведет дневниковые записи, в которых излагает свои мысли о жизни, о морали, о наслаждении и долге, о вере и принципах. Кроме того, он вспоминает свою молодость, неслучившееся счастье из-за смерти своей возлюбленной.

Душа содрогается пустоты и жаддет общения любою ценою.

Изо дня в день он посещает и принимает пациентов, среди которых - шестидесятилетний пастор Грегориус, женатый на молодой хорошенькой женщине Хельге. Она же не может до конца понять, как угораздило её выйти замуж за старого пастора. Хельгу сильно тяготит не столько сам брак, сколько исполнение супружеского долга "по воле Господа". И немудрено, что находится молодой, богатый и красивый, в объятьях которого и оказывается красавишна-Хельга. Но какой же предлог отыскать, чтобы освободться от ужасного деления ложа с супругом-пастором и быть только с возлюбленным Клаусом Рекке? За помощью молодая женщина отправляется к доктору Гласу...

Из минусов книги могу назвать лишь унылое настроение, которое при других обстоятельствах воспринималось бы мною совершенно иначе, чем в данный период времени. Захотелось шведов и книгу с другим настроением, без грусти, хандры и безнадеги, без детективной составляющей и убийств... И как "по заказу" попался мне скандинавский автор, в книге которого нашлось всё то, чего я старалась избежать, кроме детективности. Только лишь из-за этого оценка снижена (не удалось полностью прочувствовать роман по причине вышеназванной).

А если говорить о плюсах, то:

Роман атмосферный. Ощущение, что действительно гуляешь по улицам Стокгольма, вдыхаешь его воздух, намокаешь под его дождем и иногда видишь проблески солнечных лучей сквозь свинец тяжелых туч. Это очень понравилось.

С других холмов и пригорков взвивались пламенем другие костры. Над нашими головами парила вселенная, огромная, светлая, синяя, внизу у наших ног лежали заливы, проливы и широкий фьорд, холодно поблескивающие, глубокие.

Хороший язык повествования. Читалось легко, несмотря на сложность проблем, затронутых в романе, и на большое количество размышлений.

Книга написана в виде дневника, что для меня является, конечно, плюсом.

Персонажи были интересны с точки зрения времени своего существования в книге и своим менталитетом. Это мне любопытно всегда. Шведы всё же иначе воспринимают очень многие моменты.

Сюжет интересен и не затёрт, отсутствие клише - всё это несомненное достоинство произведения.

Актуальность. Очень многое из романа можно расписать на цитаты.

Ничто так не умаляет и не принижает человека, как сознание, что он нелюбим.

* Немало интересных размышлений. В наличии то, о чем можно подумать надосуге. Что тоже, несомненно, могу отнести к плюсам книги.

Знакомство с автором однозначно продолжу и посоветую любителям скандинавской литературы, неравнодушных к потоку сознания, а так же тем, кого не смущает подобное настроение произведения.

Небольшая книга, одновременно очень проникнутая духом времени (декадентские настроения, дело Дрейфуса, предчувствие грядущих катастроф, переосмысление морали, религии и обычаев) и в то же время заслуживающая встать в одни ряд с другими классиками, так как Ямар Сёдерберг, устами своего героя, говорит с нами о вечном. Доктор Глас, не смотря на некоторую ограниченность в вопросах отношений с женщинами и особенно в вопросах секса (секс сам по себе, без высоких чувств и отношений – это грязь, на его взгляд), поднимает в своем дневнике многие вопросы, которые неизбежно возникают у человека, достигшего определенной степени умственного развития. Очень ощущается влияние Достоевского и Ницше. Иногда мне было не по себе от того, что Сёдерберг многое предсказал - новый век станет веком скорости и не только в виде быстрых машин. «Никогда прежде не возникало у меня столь отчетливого чувства, что мораль — та же карусель. Я, собственно, и прежде это знал, только привык думать, что время оборотов измеряется веками, либо эпохами — теперь оно измерялось для меня минутами и секундами.» Он пишет об изменчивости морали и возникновении в новом веке права на быструю и безболезненную смерть, правда и теперь это возможно только в нескольких передовых европейских странах. «Непременно наступит день, когда право умереть будет признанно несравненно более важным и неотъемлемым правом, нежели право опустить бюллетень в избирательную урну. И когда настанет это время, тогда всякий неизлечимо больной – а также и всякий «преступник» – получит возможность обратиться за избавлением к врачу.» Слово преступник не просто так взято в кавычки. В то время многое считалось преступлением, например, аборт. Доктор Глас отчетливо осознает, что преступно наоборот сохранять нежеланные жизни, но порой пробегал холодок от того, что подобные же рассуждения использовали в дальнейшем нацисты, истребляя все, что на их взгляд, не было здорово – сумасшедших, уродцев, умственно отсталых, «неполноценные» расы. С доктором трудно не согласиться во многом, его критика гуманизма, провозглашающего абсолютной ценностью любую жизнь, справедлива, но нам, смотрящим из будущего, слишком хорошо известно, что такие размышления опасны. Но Глас не из тех, кто лезет на баррикады или проповедует, он признает, что для сохранения общества нормы поведения, законы, пусть и несправедливые, необходимы. Все свои тайные думы он поверят лишь дневнику. «Скольких перевидал я несчастных, которым без малейшего колебания снабдил бы своими пилюлями (с ядом), когда бы соображения собственной выгоды и уважение к полиции не заглушали во мне, как и во всех добропорядочных людях, голос сострадания. А вместо того, сколько негодного, безнадежно попорченного человеческого материала приходилось мне по долгу службы «консервировать» - и брать еще при этом без стеснения гонорар. Но так принято. Всегда разумнее следовать общепринятому; а в вещах, нас лично глубоко не затрагивающих, оно, возможно и правильнее. И зачем мне делаться мучеником за идею, которая рано или поздно все равно станет достоянием всего цивилизованного человечества, но сегодня еще признается преступной?» Интересно, что обычно подобные герои вызывают у меня лишь омерзение. Поначалу он кажется обычным занудой и социопатом, но потом как-то проникаешься к этому замкнутому перфекционисту. Поначалу кажется, что он страдает из-за того, что живет не в свое время, но потом понимаешь, что для такого типа личности времена всегда одинаковы. Он умен и способен на любой поступок, и даже на преступление (тот самый тихий омут, в котором черти водятся), но совершенно не способен жить обычной жизнью – жениться, воспитывать детей, например. Ему даже страшно представить, что кто-то будет смотреть на него спящего. Он так привык скрывать свое истинное лицо, что порой задумывается, а есть ли у него вообще это лицо. Или он только, как в сказке Андерсена, лишь тень, возомнившая себя человеком. И вот, чтобы почувствовать себя живым, он решается. Он честно признается себе, что ему страшно. Не того, что будет, если его раскроют, а того, что он окажется не способным, слабым и будет потом мучиться. В общем похоже на «тварь ли я дрожащая или право имею»? Только Глас уверен, что он не то и не другое. «Я рожден зрителем, я хочу сидеть, удобно устроившись в ложе, и наблюдать, как актеры на сцене убивают друг друга, но самому мне там делать нечего, я хочу быть в стороне, оставь меня в покое!» «Хотеть - значит уметь выбрать. О, почему так трудно выбрать! Уметь выбрать – значит уметь отказаться. О, почему так трудно отказаться!» «Мы хотим пафоса действия и покоя созерцания. Мы хотим и тишины пустыни, и криков на форуме. В одно и тоже время мы хотим быть мыслью одиночки и гласом народа; мы хотим быть мелодией и аккордом.» Это одна из тех книг, из которых можно выписывать кучу цитат. Глас рассуждает не только о морали, религии или о своих чувствах. Он много думает о роли творца (художника и поэта), о том, что есть истина и нужно ли к ней стремиться. О природе и своем взгляде на нее, и взглядах на нее обывателей. Последние очень забавны и метки. О звездах и о роли человека на земле. Вообще описания природы, которые обычно не вызывают ничего, кроме скуки, прекрасны и очень дополняют образ доктора и страны. Просто огромный пласт мыслей в очень небольшом объеме. Очень рекомендую. Сама несомненно буду перечитывать и не раз.

Обнаружила упоминание об этой книге в фейсбучной заметке замечательной Анастасии Завозовой. В принципе, не ожидала ничего такого особенного - книга, да и автор, мало кому известны. Но в этом случае произошло попадание в самое сердце. Я ведь совсем забыла, как люблю по-скандинавски сдержанные, но психологически напряженные фильмы Дрейера. Сёдерберг, как мне кажется, близок ему по духу. Он, главным образом, обращается к двум темам - отношениям между мужчиной и женщиной и религии. Главный герой отталкивается от самых обыденных событий своей жизни, чтобы рассуждать о смысле жизни, о природе любви и веры, о науке и морали. Восхитительное чтение, после которого хочется засесть за старые шведские фильмы, пересмотреть любимое у Бергмана и Дрейера.

Живет себе на свете врач, который считает, что

« мораль – это знаменитая меловая черта вокруг курицы: она связывает того, кто в неё верит, …это - предмет домашнего обихода, а не божество»

, а профессиональный долг – это только

«ширма, позволяющая не делать того, что должно делать»

, за которой легко скрыть равнодушие и усталость. Врач, который считает, что в его устах основной принцип медицинской этики – уважение к человеческой жизни – всего лишь подлое лицемерие. Их так много, этих жизней, и никто серьезно их в расчет не принимает. Ни врачи, ни парламенты, ни правительства. Разве только чудаки-филантропы? Но, когда к нему приходят за помощью женщины, попавшие в затруднительное положение, умоляя сделать аборт он делается непреклонен, выставляя напоказ свой врачебный долг, в который не верит, и свое уважение к человеческой жизни даже в зародыше, которого не испытывает. Зачем

«ставить на карту все – положение, репутацию, будущее ради того лишь, чтобы выручать чужих и безразличных вам людей».

Он делает все, как положено, хотя в душе оправдывает и аборты, и эвтаназию. Глас разочарован в своей профессии, никакой личной жизни у него нет, в свои тридцать три года он так и не познал женщины, у него нет друзей. Одиночество гнетет его. Только дневник - занятие, помогающее заполнить душевную пустоту и забыть об одиночестве. Но и оно не уменьшает чувства неполноценности и массы комплексов, порожденных одиночеством. Он не только исповедует двойную мораль, он непостоянен в своих желаниях, не может понять себя и сделать выбор

"Хотеть - значит уметь выбрать. О, почему так трудно выбрать! Уметь выбрать - значит уметь отказаться. О, почему так трудно отказаться!» «Все хотим мы иметь, всем хотим мы быть. Мы хотим себе высшего счастья и глубочайшего страдания. Мы хотим пафоса действия и покоя созерцания. Мы хотим и тишины пустыни и криков на форуме. В одно и то же время мы хотим быть мыслью одиночки и гласом народа; мы хотим быть мелодией и аккордом. В одно и то же время! Разве это возможно!»

И вот эта раздвоенность, желание одновременно «прокатиться в карете и на яхте», желание забыть все моральные ценности, принципы ради настоящего Дела, в сочетании с комплексом неполноценности явились прекрасной средой для появления намеренного осмысленного стремления навредить, уничтожить, затравить кого-либо. Пастор Грегориус — один из тех людей, которые особенно ненавистны доктору Гласу. И Дело находится. Используя свое преимущество в силе – знания врача – он сначала запугивает пастора, манипулирует им, а затем идет совершенно сознательно на более тяжкое преступление. И не согласна я, что преступление совершено во имя любви. Возможно, любовь явилась катализатором. Здесь, мне кажется, имеет место такое социально-психологическое явление, как далеко зашедший буллинг (умышленное желание причинять вред), проявление которого у врача особенно страшно. Может профессиональные психологи оспорят сказанное, но это единственное, что пришло мне в голову после прочтения.

Шведский классик Яльмар Сёдерберг издал первый роман в двадцать шесть лет, уже будучи уважаемым литературным критиком. Через несколько лет застолбил себе место в национальной литературе «Новеллеттками» (сборником прозаических миниатюр), а еще через семь, когда свет увидел роман «Доктор Глас», — сделал его особенно почетным.

Мне нелегко было читать этот небольшой роман шведского писателя. И дело совсем не в том, что он написан в форме дневника. Просто начав его читать возникло сильное чувство неприязни и многодневные размышления дочитывать или нет. Но так как я очень не люблю оставлять книги недочитанными то пришлось дочитывать. И если читать описания событий было ещё боле менее терпимо, то описания мыслей и чувств очень неприятно. Было такое ощущение будто я залезла в душу к человеку и узнала самое сокровенное. Не утешало даже то, что доктор Глас не всё доверял дневнику. По себе знаю бывают такие поступки или мысли, в которых даже сам себе боишься признаться и даже не знаешь как их правильно объяснить. И Гласа тоже было несколько таких моментов да ещё и вынесенных автором на суд читателя. Даже после того, когда книга была дочитана мои мучения не кончились. Очень сложно было разобраться понравилось произведение или нет и какую оценку ставить. В итоге - всё-таки понравилось, а оценка 4/5.

Знаете, сколько раз я начинала писать этот отзыв? Ну раз пять точно! Я просто не знаю с чего начать.... Хотелось бы сказать, что.... Вот! Я не знаю, что сказать.... Роман попал не в бровь, в глаз. В десяточку. Главный герой пишет дневник. Он делится своими мыслями об отношениях, нравах, абортах, сексе, рождении. Словом о многом. Сначала я выписывала цитаты и в какой-то момент поняла, что стала переписывать весь роман. А произведение не длинное, всего-то 500 электронных страниц в телефоне, а какое ёмкое. Сколько мыслей возникает в момент чтения, а сколько после! Не знаю, как отнестись к герою... Стоит ли жалеть, ведь он пишет, что судьба его не сложилась, но другой он не желает. Осуждать, гневаться на него, ведь совершил поступок, который нельзя исправить, а он возомнил себя вершителем судеб. Симпатизировать, ведь сколько правильных слов вложил в его мысли автор, но тот поступок ломает всё. Обвиняя других, что они нацепили маски, он сам ходит в ней, изображая из себя добропорядочного господина, так стоит ли осуждать других, ведь сам не ангел. Не знаю.... Мне сложно судить. Одно ясно, автор постарался сломать и обличить устои общества. Вся наша жизнь - это один сплошной стереотип и маски. И на мой взгляд, ему это удалось. С автором однозначно стоит познакомиться, жаль, что переведено на русский язык всего два произведения.

Доктор Глас – это тот самый тихий омут, из которого яростно лезут черти. Кто из его знакомых может представить, что он настолько обуреваем страстями? Да никто. Общественное мнение склонно считать его глубоким формалистом, ханжой.

Такие люди не к счастью стремятся, но к тому лишь, чтобы придать более или менее пристойный вид своему несчастью.

Еще бы, думаю, все его пациенты, знакомые, друзья, коллеги в курсе, что доктор Глас противник абортов, готов выполнять свой служебный долг в любое время дня и ночи, что он сдержан и вежлив. Однако короткая выдержка из его дневника рисует перед нами совсем другого человека. Человека, постоянно сомневающегося в своем выборе. Мечтающего о счастье и жаждущего жизни, одновременно боящегося его. Рассуждающего о морали и отделяющего мораль от религии. Герой определенно странный, но мне он почему-то глубоко симпатичен, несмотря на спорные поступки, совершенные им на протяжении повествования. Наверное, потому, что представляю, как сложно человеку его нрава и темперамента выбираться из своей моральной скорлупы и сколько можно всего наворотить.