
Жажда жизни + жажда жертвы = ?
Бывает такое после слабых книг – чувствуешь «недогон». В «Спасая Винсента» мне не хватило страстишек, да и про живопись как-то мало. И я пошла «догоняться» в классику (куда же еще?). Одна из самых знаменитых книг про Ван Гога – роман Ирвинга Стоуна «Жажда жизни» (1934), вот на нее-то я и набросилась с жадностью. Читала так, как редко сейчас читаю – с упоением и сожалением, что не открыла эту книгу в юности, ведь она – как «Мартин Иден» Джека Лондона – рассчитана на читателя восторженного и несколько наивного. В молодости ничто так не радует, как узнавание себя в (романтическом) герое книги. А в зрелом возрасте уже все пропускаешь через фильтр скептицизма, да и многоопытный червь недоверия выгрызет дырочку даже в самой совершенной картинке. Роман Ирвинга Стоуна написан живо, увлекательно, да просто – блестяще! Но сам герой вызывал у меня по мере чтения ощущение недосказанности, даже некоторого (нарочитого) умолчания со стороны автора. Как будто реального человека (очень неординарного) автор попытался втиснуть в схему идеального мученика: то, что вылезало из этого «прокрустова ложа» Стоун беспечно отрезал. Этих «обрезков» мне и не хватает в книге, потому, вероятно, что у зрелого читателя именно это «торчащее», «нескладное» вызывает своеобразное удовольствие узнавания.
Читать далее






