Малое собрание сочинений

Начиная читать «Философские повести» я думал, что это будет что-то затейливое и сложное, но первая повесть из этой серии оказалась довольно простой для восприятия.

Это некая сказка для взрослых. Задиг – умный, добрый, мудрый, сильный, смелый и вообще он идеален, с какой стороны не посмотри. У него много врагов, завистников, хулителей, но он справляется со всеми кознями их врагов. Он совершает добрые поступки, но взамен ничего хорошего не получает. Например, лечит человека, которого не могли вылечить врачи, и тут же он подвергается нападкам этих самых врачей и попадается в паутину их заговоров и козней (в адрес врачей в этой книге довольно много едких замечаний). Или выявляет заворовавшихся чиновников, и тут же становится их врагом.

Кроме раскрытия поговорки «от добра добра не ищут» в книге поднимается вопрос веры и необходимости и неизбежности зла, мол, без зла никуда, горечь посылается на людей либо дл испытания, либо для наказаний. Причём, говориться это так в открытую и «в лоб»читателю, что аж немного неловко, потому как до этих моментов в книге Вольтер тонко издевался над политиками, учёными, врачами и представителями высшего общества, а потом приходит к такому вот наглому навязыванию своего мировоззрения. Использовать бы для этого метафору, или просто намекнуть на эту мысль… Впрочем, куда уж мне судить – по степени учёности и просветленности Вольтер меня уделал бы одной левой, не напрягаясь и, поэтому, не мне говорить, чего хватает/не хватает в его произведениях, но я всё равно расстроен, что такой мыслитель так предсказуемо передал свою мысль.

А ещё меня расстроил финал. Создаётся такое ощущение, что Вольтер просто детишек не хотел им расстраивать, потому что в финале добро побеждает зло и хорошие живут долго и счастливо. Ну, или это был пародия на подобные произведения. Но, всё равно, мы всю книгу читаем о том, как Задиг страдает от своих добрых дел и от козней врагов. Он сталкивается с человеческой жестокостью, лицемерием, обманом и прочими пороками. Но в финале, почему то, злые получают по заслугам, а добрые вознаграждаются за свои страдания. Как-то это неправдоподобно.

В комментариях к произведению написано, что восточная окраска повести носит условный характер и целью Вольтера было завуалированное изображение среды Франции XVIII века, а ещё некоторые имена завистников Задига – это отсылки или анаграммы имен недоброжелателей самого Вольетра. Но с этим я не могу не поспорить, не согласиться, потому как с историей Франции я знаком только по романам Александра Дюма, а он частенько позволял себе своевольничать с историческими фактами.

В общем, я остался доволен. И остроумно, и просто, и на злобу дня. Правда, в такой вот внезапный несчастный финал произведения вериться с трудом. Я ожидал, что эта повесть будет тяжелой и сложной, но на деле оказалось совсем наоборот.

Как же утопична теория об сущем оптимизме! Кандид, отчаянно веривший Панглосу и его установкам не пришел ни к чему иному, как к быту и разочарованию, однако и это разочарование верующий оптимист сумел преобразовать вопреки тому, во что слишком свято верил всю свою жизнь:

"- Все события неразрывно связаны в лучшем из миров. Если бы вы не были изгнаны из прекрасного замка здоровым пинком в зад за любовь к Кунигунде, если бы не были взяты инквизицией, если бы не обошли пешком всю Америку, если бы не проткнули шпагой барона, если бы не потеряли всех ваших баранов из славной страны Эльдорадо, - не есть бы вам сейчас ни лимонной корки в сахаре, ни фисташек.

• Это вы хорошо сказали, - отвечал Кандид, - но надо возделывать наш сад."

Все бесчисленные приключения Кандида и безукоризненная вера Панглосу в то, что все к лучшему, не привела героя и его друзей (и кстати говоря самого Панглоса) к гармонии и к лучшей жизни. Они не получили того идеала, к которому так стремились, благодаря слепой вере в эти идеалы... Нельзя так безоговорочно верить единственному философу - нужно прислушаться к нескольким и сделать выводы. А выводы были сделаны уже поздно... Высмеиваются Вольтером все теории, ведь даже когда Кандид попадает в свой идеал-страну - Эльдорадо - то все равно ищет чего-то другого, в итоге не приходит ни к чему. В самом конце повести, когда уже не возвратишься назад, Кандид понимает, что все теории - только теории, а в жизни все намного жестче и хуже, чем он себе представлял, а все их приключения - постепенно таявшая иллюзия...

Прочитала «Кандид, или оптимизм» Вольтера, теперь вот сижу и думаю, что это было ;)

В этой великолепной небольшой повести главный герой - простодушный парень Кандид - проходит через все испытания и лишения, какие только смогла изобрести фантазия Вольтера, оставаясь при этом оптимистом и говоря: «Все к лучшему в этом лучшем из возможных миров».

События изложены очень сумбурно, события бегут, торопятся, но это выглядит забавно и оригинально. Есть юмор, воспринимается текст очень легко.

Автор изобличает пороки общества своего времени, высмеивает одних, сочувствует другим. Здесь не совсем реалистично всё: так, например, Кандида, среди прочих его приключений, заносит в легендарный Эльдорадо, где драгоценные камни буквально валяются на дороге, а золото вообще считается грязью, так его много.

Очень понравилось, но повесть, конечно, на любителя: сумбур, насмешка, абсурд, философия, стремительность в изложении, неприглядная правда, беззастенчивый вымысел - здесь все слилось в одно. У меня появилось желание познакомиться с другими произведениями Вольтера, такое не хочу пропустить в жизни)))

«Моя милая, - отвечал Кандид, - когда человек влюблён, ревнив и высечен инквизицией, он себя не помнит.»

Раз триста видела различные постановки и экранизации Кандида и никогда не читала.

Оказалось (вот это новость!), книга лучше))) Она как бы очищена от наслоений смыслов и образов, которые привносят режиссёры, актёры, декораторы, художники, снабжая вольтеровский текст собственными трактовками.

Злая сатира и язвительная насмешка на оптимистичный, простодушный взгляд на жизнь - всё в мире устроено гармонично и всё ведёт к всеобщему благу, зло же временно. Жуткое путешествие Кандида и его спутников, их кошмарные истории опровергают теорию развития мира по законам гармонии, лишают оптимизм его смысла. Вместе с тем, отвергая пошлый постулат "всё будет хорошо", Вольтер не загоняет своего наивного Кандида в ловушку разочарования и неприятия, он обращает призыв "надо возделывать свой сад" к реальности: примите жизнь такой какова она есть, работайте для того, чтобы сделать её лучше, не ждите милостей от мнимых богов, надейтесь на них, но сами не плошайте, и не слушайте говорунов-философов. Здравая мысль философа эпохи Просвещения))

Да уж, оптимистичнее некуда!
В этой повести практически в каждой главе кого-то обманывают, обкрадывают, насилуют и убивают. Самые благородные персонажи думают лишь о деньгах и власти.
А Вольтер, этот мастер пробивной иронии и черного юмора, со скептической улыбочкой как бы говорит: Человечество всегда таким было и никогда не изменится. И в восемнадцатом, и в двадцать первом столетиях люди будут думать лишь о себе и собственной выгоде. Хотите идеального государства с идеальным обществом? Вот вам Эльдорадо, страна благополучия и равенства. Местность очевидно выдуманная? Конечно, но вы же хотели идеал, получите и идите трудитесь, не мешайте мыслителю-просветителю.

Что же, спасибо и на этом. Пойду помечтаю на диване.

Чего можно было ожидать от этой книги? 1767 год: Вольтер, философ-просветитель, руссоизм опять же, переписка с Екатериной II-ой и вообще... эти, как их, фижмы и прочее рококо. Предощущалось нечто объемное (не дай бог, многотомное), громоздкое по стилю изложения, нравоучительное и трудночитаемое, такой французский аналог Радищева.
Тем сильнее меня удивили первые же слова книги:
"Однажды святой Дунстан, ирландец по национальности и святой по роду занятий..."
Что, простите? Это же...
...Мистер Туми, страховой агент по происхождению и аналитик по профессии,...
... это же О'Генри.
"Простодушный" оказался небольшим по объему ( как раз один дождливый выходной на даче), легкочитаемым, в меру язвительным,...

... и даже фривольным в стиле "я этой гадости не говорил, это вы сами подумали".

Произведение, сохранившее свое очарование, несмотря на чуть ли не трехвековой возраст ( уважительно присвистывает), не давящее на свой статус "классического наследия", "философской повести", а цепляющее читателя неожиданно легким и современным стилем. "Простодушный" словно написан сейчас, в наше время, только будто стилизован, интереса ради или на спор...
...я вот думаю: А что если писательство и вправду - особый вид телепатии ( Стивен Кинг, с), может Вольтер развлекается сквозь века: обновляет текст под время читателей? Просто, чтобы им неповадно было считать его скучным.

Очень хорошая маленькая повесть-притча. Очень интересно было следить за приключениями героя. Он должен жениться на хорошей девушке. Но незадолго до свадьбы влюбляется в другую, в общем-то, тоже хорошую девушку. Что делать, быть верным слову, или идти на поводу у собственных чувств? Думаю, что во времена Вольтера ответ был однозначен. Это сейчас мы любим порассуждать, что лучше брак по любви или по расчету. Он решает следовать за возлюбленной. На своем пути встречает массу препятствий, но всегда что-то помогает ему их преодолеть. Заканчивается эта история довольно трагично. Но это не так важно, важно, что каждый раз спрашивая совета, юноша получает противоположные указания от разных людей, и всегда выбирает тот совет, который соответствует его желанию. Ведь и в жизни большинство поступает именно так. Спрашивают совета, не для того чтобы узнать, как правильно, а только, чтобы убедиться в собственной правоте. А если совет не соответствует ожиданиям, то советчик просто объявляется недалеким человеком. И всегда находится кто-то, кто даст именно тот совет, который человек желает получить. Даже если это будет один из ста советов, то именно он будет признан правильным. Так кто мы? Мыслящие существа или рабы своих желаний?
Обязательно прочту подобные произведения автора!

Вольтер напоминает типичное здание в зарубежной Европе: безупречный сияющий фасад и скрывающиеся за ним глубоко потрескавшиеся полуразвалившиеся стены, а частенько и полное отсутствие фундамента. Исторический образ Вольтера предстает перед нами таким же сияющим, отполированным, сверкающим свежею краскою и безупречно оштукатуренным, а скрывается под ним автор в литературном отношении более чем заурядный, неразвитый и даже косноязычный. Предвижу возмущенную реакцию многих, особенно еще не успевших почитать Вольтера. Так не принято говорить о признанном гении человечества. Однако, если вспомним известную сказку Андерсона, и о Голом Короле не принято было говорить, что он голый. Напротив, все собравшиеся наперебой расхваливали его элегантный, сногсшибательный наряд, пока неуспевший постичь важности осторожности, осмотрительности и субординации мальчик не разрушил казалось бы очевидного недоразумения.
Сюжеты произведений Вольтера отличает неразвитость, схематичность, есть в них что-то от быстро набросанного киносценария, который требует еще над собой огромной работы режиссера, художников, консультантов, творческого переосмысления артистов - громадной команды, талант которой еще может и спасти примитивный набросок, превратив его в по-настоящему художественный фильм. У писателя такой команды нет, и все, что он сделал примитивно, так таким и останется. А потому схематичный сюжет у Вольтера органично дополняют размытые, блеклые образы героев, которые казалось бы сами удивляются как противоестественно заставляет их вести себя, мыслить и разговаривать автор. Речь Вольтера бедна, кажется, что это и не речь вовсе, а короткие наброски - тезисы для будущей речи. Однако сам автор не сделал проработки и некому сделать ее за него, а потому наброски так и остаются набросками. Конечно, если есть огромное желание конъюнктурно восхищаться, чтобы оказаться одним из своих в славословящей Вольтера толпе такая непроработанная канва предоставит огромный простор для полета собственной фантазии, когда реальных деталей нет, ничто не сковывает полет вашего собственного воображения. Если же вы взяли в руки книгу Вольтера, чтобы насладиться высокохудожественным произведением, подлинным мировым шедевром, вам придется испытать подлинные муки недоумения, скрытого или явного. Придется столкнуться с глубоким разочарованием, или же вынудить себя полноценно прибегнуть к самовнушению, чтобы увидеть вместе со всеми блистающий наряд Голого Короля.

Это прекраснейшая, прекраснейшая новелла! Пока читала, думала, что, наверное, так мог бы писать мой любимый Терри Пратчетт, если бы жил во времена Вольтера. Сатира, иногда тонкая, иногда оглушающая ударом по голове, потому что здесь описана жизнь и люди такими, какие они есть, со всеми своими подлостями, мелкими ужимками, войнами и зверствами, без украшательств, которыми иногда так хочется приукрасить себе картинку. В рецензиях писали о мизантропии и злости к людям автора. Дорогие мои, как можно, видя каждый день все то, что так откровенно описал автор, испытывать злость или ненависть к людям? Да, конечно, когда из-за чьей-то оптимистичной глупости, жадности или жестокости ты испытываешь страх за свою жизнь и жизни близких и дорогих тебе людей, да! ты испытываешь злость и даже ненависть. Знаю не понаслышке. Но когда это проходит, а это проходит, все, что ты чувствуешь, - это жалость и сострадание. К этим несчастным, которые не умеют и не знают ничего, кроме разрушения, из-за своего невежества, ослепляющего страха, зависти, жадности и других человеческих пороков. Тех самых пороков, которые присущи каждому из нас. Потому что это человеческое. А потому обыденное, а потому пугающее. Но, как показывает жизнь, и к этому можно привыкнуть, и с этим можно жить.
Не увидела я тут злости, не увидела мизантропии. Жалость и понимание человеков, уж какие они есть, эти несчастные создания.
Что до яда в сторону недругов автора... Скажите, кто здесь без греха?... Ну не было в те времена ни социальных сетей, ни твиттеров, в которых наши современные деятели могут пускать яд и прочие телесные жидкости в сторону своих оппонентов! И это тоже человеческое. Давайте прощать. Нам этого не хватает.