The Winter Soldier

Внезапно очень мощно. Ожидала по аннотации чего-то вроде "Записок юного врача" Булгакова, а получила взамен целый психологический триллер. Про судьбы человеческие, любовь непростую, разбитые надежды и пустые иллюзии.

Молодой доктор-идеалист из приличной семьи, вчерашний студент-недоучка, оказывается в самой гуще сражений первой Мировой войны. Тех времён, когда в воздухе свистят тяжёлые снаряды, а большую половину ран и переломов лечат ампутацией. Он ни разу в жизни ничего медицинского, кроме учебника, в руках не держал. А тут — кровь, грязь, ужас и смерть. На помощь ему приходит монашка Маргарета, в отсутствии предыдущего беглого доктора научившаяся всему. Она резковата на язык, не прочь хлебнуть горилки "для храбрости" перед сложной операцией, у неё умелые руки и волосы цвета расплавленного золота. И Люциуш, обмирая от тщательно скрываемого стыда незнания, начинает наблюдать за юной медсестрой в работе. И постепенно его руки становятся ловчее, ум опытней, а сердце — обмирает уже от простого присутствия Маргареты в комнате, бьётся мягче и тревожней рядом с ней. Он понимает, что любит её, когда едва не теряет. Но сказать прямо заветных три слова так и не решается. Зато неловко зовёт в жёны. А затем... Случается война, на цыпочках подкравшаяся совсем близко. И разбрасывает их в неизвестности далеко друг от друга.
Да, конечно же это история о любви. И о войне. И о жизни. И о зимнем солдате, что перевернул и скомкал их судьбы и ожидания.

Очень много внимания уделяется аутентичности повествования и соответствию временному периоду. Книга действительно кажется исторически реальной, а от описания препаратов для лечения волосы просто начинают шевелиться!

Но несмотря на скудные терапевтические знания тех времён Люциуш показывает себя пытливым и заботливым доктором. И пытается целить не только тело раненых солдат, но и душу — материю тогда совершенно неизведанную. Во времена Первой Мировой понятия не имели о том, что такое за зверь такой ПТСР и почему с виду здоровый солдат — безо всяких ранений! — при звуке выстрела может ни с того ни с сего рухнуть на землю в паническом ступоре и описаться. Пытливый же доктор Люциуш был действительно хорошим врачом. И хотел понять, что же за невидимый недуг ломает мозги несчастных солдат, запирая их на веки вечные в "своей нескончаемой зиме". Но, как и в жизни, благие намерения мостят дорогу в ад... Личный ад Люциуша, преследуемый его по жизни из-за одного лишь желания помочь пациенту больше, чем он мог бы помочь.

Книга прочиталась на одном дыхании. И я до сих пор не знаю, чем она меня так очаровала. Слог вроде кажется обычным, без изящных троп, метафор и авторских приёмчиков. Сюжет — кажется простым только до поры до времени. Но столько в этой небольшой книге зашито жизненной горькой мудрости, столько тонкой наблюдательности! Так занимателен путь, пройденный идеалистом Лющиушем от зелёного боязливого мамкиного студентика до настоящего врача и мужчины, готового идти до конца. В этой книги нет ни грамма лишнего. Всё на своём месте, все слова нужны, все встречи неслучайны. Через них автор ненавязчиво говорит с нами, намекая на продолжение свои мыслей и суждений, заложенных в тексте. И мне так нравится этот тихий диалог! Так нравится это тихое приглашение подумать о таинстве любви, долга и милосердии вместе с автором. Разозлиться на эту жизнь, обвинить сгоряча, неторопливо обдумать, оправдать с горьковатой тоской... Походить с этой книгой на сердце, выносить её внутри себя.
И со вздохом отпустить, со словами "не мы такие — жизнь такая".

В последнее время я старалась избегать книг на военную тематику, поэтому браться за "Зимнего солдата" в ближайшей перспективе не планировала. Но, обсуждение романа, случайно подслушанное на книжной выставке и его сравнения в разговоре с булгаковскими "Записками юного врача", подтолкнули меня пересмотреть планы.

История, рассказанная в "Зимнем солдате", переносит нас в Вену - столицу Австро-Венгерской империи, в которой была сосредотена светская, интеллектуальная и художественная жизнь Европы. Здесь мы и познакомимся с главным героем - Люциушем, застенчивым молодым человеком из состоятельной семьи, который нашёл своё призвание не в семейном бизнесе, а в медицинской науке. Он был блестящим студентом академии и страстно желал от учебной теории скорее перейти к врачебной практике. И, такая возможность ему вскоре представилась, поскольку Европу постепенно охватывал разгорающийся пожар первой мировой войны и Люциуш, уверенный в своих знаниях, решил отправиться врачом на фронт, ожидая наработать первый опыт в оборудованном прифронтовом госпитале, под руководством опытного наставника и квалифицированного медперсонал. Но, после нескольких месяцев перераспределений, он оказался в перевалочном медицинском пункте, затерянном в Карпатских горах.

В этой глухой деревушке все его надежды разбились о жестокую реальность. Вместо укомплектованного госпиталя - церковь в которой не было
ни рентген-аппарата, ни настоящего операционного стола. А в качестве медперсонала -  пара санитаров и молоденькая медсестра из монашеского ордена, которая несколько месяцев заменяет бесследно исчезнувшего врача. Она самостоятельно проводит операции, выхаживает больных, следит за распорядком питания, борется с антисанитарией.

Вчерашний студент под надзором строгой и требовательной сестры Маргареты приступает к работе, часто забывая про отдых и сон. С каждым новым днем его навыки улучшаются. Он все уверенней вычищает абсцессы, залечивает и зашивает раны, проводит ампутации и выхаживает больных, превращаясь из мальчика-ботаника, проводившего свои дни в библиотеках и учебных классах, в настоящего врача, готового самостоятельно бороться за жизнь каждого пациента.

Но, однажды в госпиталь привозят необычного пациента - "зимнего" солдата, чьи душевные раны оказываются намного тяжелей физических недугов. И, страстное желание Люциуша всеми силами исцелить этого больного перерастает в настоящую одержимость. Его слепая уверенность в собственной правоте и отказ прислушиваться к советам окружающих, оборачиваются трагедией, которая оставляет глубокую незаживающую рану в его душе.

Есть в романе и любовная сюжетная линия, но рассказывать о ней я не хочу, чтобы избежать спойлеров. Скажу лишь то, что она написана просто прекрасно.

Подводя итог, хочу сказать, что даже не ожидала, что книга мне не только зайдет, но и настолько понравится. С ней у меня случилась любовь с первых строк, а оторваться от неё я смогла лишь тогда, когда перевернула последнюю страницу.

Автор смог передать атмосферу времени и событий. Показал спокойную жизнь в столице, войну и
её последствия. На этом фоне мы увидим становление главного героя, прошедшего тяжелые испытания и пытающегося вернуться к нормальной жизни и излечиться от чувства вины. Его путь к примерению с собой будет долгим и тернистым, но он выдержит и это испытание.

Что мне еще понравилось? Было интересно наблюдать за изменениями, которые происходили в мире вокруг Люциуша. Какое отношение в обществе аристократов и фабрикантов из Вены складывалось к войне (увы, она и раньше была для многих способом приумножить капитал). Как рушилась некогда могучая Австро-Венгерская империя, а на её руинах начали возникать новые страны с новыми границами. Как Вена из центра огромной державы в один момент превратилась в столицу маленького государства, чье общество теперь будет жить по новым законам. Признаюсь, эту часть мне было особенно любопытно читать с исторической точки зрения, так как автор бережно восстановил название мест, особенности диалекта, которые
добавляли атмосферности.

Для меня эта книга стала одной из лучших среди прочитанных в этом году. Мне всё понравилось - история, персонажи, которым я сопереживала с первой до последней страницы и, конечно же, прекрасный язык повествования, за который стоит благодарить не только автора, но и переводчика. Я испытала настоящее удовольствие, погрузившись в чтение.

P.s. Если вас не пугают описания боевых ран и медицинских манипуляций, то смело берите эту книгу себе на заметку.

К книгам тоже бывает любовь условная и безусловная. Иногда ты можешь логично разложить по полочкам свои впечатления, а иногда это просто один неразрывный комок мыслей и эмоций. Я очень ждала перевод этого романа, я была уверена, что смогу найти с ним общий язык. Время, сеттинг, тематика – всё это ярким неоном светилось в ответ на мои читательские вкусы. И как же я рада, что реальность превзошла все мои читательские ожидания.

Война у Мейсона лишена всякой бравады, она страшна, бессмысленна и беспощадна. Ни в большой Первой мировой, ни в локальных национальных конфликтах после распада Австро-Венгрии нет никакого величия. Это холод и обморожения Восточного фронта, это вши и крысы в маленьком затерянном госпитале в заснеженных Карпатах, это бесконечные потоки раненых, ПТСР и инвалидности, это сумятица и неразбериха, жестокость и отупление, нехватка продовольствия и медикаментов. Это самодурство людей, обличённых властью, это швыряние в горнило любого, способного держать в руках оружие, это языковое и культурное многоцветие в одном отряде, это беженцы, в чьи родные места пришла война. Это отступления и наступления, это "половина континента ищет другую половину", чёрный рынок, тиф, бесконечные ампутации и перевязки.

Австро-Венгрия была одной из стран, развязавших эту войну, она жестоко за это поплатилась, и не только поражением и распадом, но авторский фокус даже не на этом. Как и многие хорошие художественные романы, "Зимний солдат" – о людях на полотне истории. О личности внутри большого конфликта, о тёмных временах и вечных гуманистических ценностях.

Я открыла «Зимнего солдата» в половине второго ночи и с первой же строчки поняла: это моё! – это я хочу и буду читать! и прямо сейчас! Мне трудно передать то ощущение восторга, которое вспыхивает от осознания, что ты наткнулся на близкую тебе по духу книгу и, открывая ее, угадываешь предстоящую со-в-местность, и предвкушаешь со-звучие, но это было то самое чувство. Роман смутно мне что-то напоминал, отсылая поток мыслей то ли к «Цитадели» А.Д. Кронина, то ли к «Триумфальной арке» Э.-М.Ремарка, то ли к «Дому алфавита» Ю. Адлер-Ольсена, то ли вообще к «Доктору Живаго» Б. Пастернака или к «И пели птицы» С. Фолкса, а может, вообще к чему-то другому или всему вместе, но это было и не так уж важно на фоне моего «хочу».

Книга во мне стала отзываться сразу, она как-то очень мощно и зримо била по моим чувствам: я легко представляла себе тип личности, к которому относится главный герой Люциус, у меня быстро сконструировался его облик, мне было не трудно вообразить ту смятенную ситуацию, в которой он оказался, мне было понятно его столкновение с неизвестностью психического заболевания Хорвата и возникшее после «набега» чувство вины, я сочувствовала его робости с Маргаретой и зависимости от собственных чувств к ней. Все это получалось без труда, потому что книга хорошо написана, с «правильным порядком слов», с точной расстановкой символических меток, с интуитивным пониманием того, о чем рассказывается. Она, как тайный код, была полна психологических нюансов, словно бы оживляющих всю эту печальную историю, но не дающих читателю утонуть в чувственном и ассоциативном, все время подталкивая к когнитивному. И эти детали, пожалуй, открывали реалии первой мировой войны лучше, чем это сделали бы сто точных документов, и заставили прожить этот крошечный эпизод истории острее, преломив ее через военное возмужание героя. Мне было интересно следить, как из робкого замкнутого юноши, сосредоточенного лишь на познании, Люциус, накапливая профессиональный, социальный, эротический опыт, превращался в представителя тогдашнего послевоенного поколения – более умудренного, толерантного, аскетического, чем даже старики, и, несомненно, стократно более экзистенциального. Жаль, что конец этой истории был предсказуем для всех, кроме него, а, может, и для него тоже, только его надежда должна была обязательно умереть, хоть и последней.

Собственно, истории здесь две: обретение и скорая утрата любви и поиск и возвращение к ней. Вместе они образуют своеобразное паломничество памяти: фигуры из прошлого долго блуждают по нашему настоящему, и повзрослевший Люциуш бредет по дорогам своей памяти, избавляясь от своих фантомных болей и стараясь закрыть гештальты войны-в-себе и себя-в-войне, чтобы перестать искать покаяния и снова начать жить. А вот получится ли у него… но это будет уже совсем другая история.

Погода всё ещё не летняя, холодные вечера держат в заложниках, и тянет читать соответствующее. В этот раз — «Зимний солдат» Даниэля Мейсона.

Вообще, его творчество стало для меня настоящим открытием 2025 года, а любовь началась с «Северного леса» — камерного, атмосферного, сказочного.

Но эта книга — совсем другая. Более сдержанная, взрослая, холодная. И при этом по-своему оголяющая.

О чём книга

Люциуш Кшелевский, юный польский аристократ, неожиданно для семьи выбирает не карьеру дипломата, политика или наследника приличного капитала, а медицину — «профессию для бедняков». Но Люциуш не мятежник, он просто хочет понимать человека. Видеть, как он думает.

На волне идеализма и романтических порывов Люциуш записывается добровольцем и попадает на фронт. Правда, никакого настоящего госпиталя там не оказывается — вместо этого его встречает заброшенная церквушка в горах, одна монахиня по имени Маргарета, отсутствие всего, включая опыт. Ну, и армейская гонорея в качестве первого пациента — для контраста с мечтами о великих хирургических прорывах.

А потом в их импровизированный госпиталь приносят того самого «зимнего солдата» — безмолвного, обмороженного, психически сломленного. С этого момента роман начинает говорить не о войне, а о воскрешении. О том, как люди спасают друг друга, не называя это любовью.

Для меня это стало переломным моментом всей книги. В этом эпизоде — вся суть романа. Люциуш не просто спасает тело — он впервые лечит душу. И свою — тоже.
Потому что в Хорвате он видит не пациента, а образ искупления. Через него он учится быть врачом — и человеком. Это момент воскрешения. И он нужен не только Хорвату — он нужен самому Люциушу.

Чем прекрасна книга

Никакой патетики. Мейсон не расставляет триумфальные марши, не сочиняет оду фронтовому братству, не строит анатомию «героизма». Он пишет о боли просто. И от этого — в десять раз сильнее.

Никакой слащавости. История любви между Люциушем и Маргаретой — сдержанная, скупая, тихая. Без лишних слов, без сцены под дождём. И в этом — её настоящая глубина. Когда любовь — это забота, внимание и совместная тишина.

Язык. Стиль почти аскетичный, но внутри него — столько тепла, сострадания и точности, что дыхание перехватывает. Каждая фраза — как будто снята со льда: хрупкая, прозрачная и в ней отражается небо.

Человечность. В романе Мейсона жестокость войны — не цель, а контрастный фон. Чтобы ярче показать, что такое человечность. Как выглядит забота, когда она не обязательна. Как проявляется доброта, когда проще отвернуться. Как в мраке можно быть свечой, даже если тебя никто не просил.

«Зимний солдат» — книга о взрослении. О служении. О тишине, в которой растёт любовь. И о человечности, которая выживает даже в аду.
А ещё — это книга об ответственности. О той, которая не вписывается в протоколы и не отменяется приказами. Люциуш до дрожи честен перед собой. Он не оправдывает ошибок даже собственным идеализмом. Он знает, что сделал всё, что мог — но это не облегчает боль. Потому что одно дело — лечить, другое — покалечить, даже ненамеренно. Эта внутренняя вина, чувство несмываемого следа — одно из самых сильных переживаний книги.

Отдельное спасибо Мейсону за финал. Признаюсь, я до последнего боялась сиропно-ванильного исхода. Но вместо этого — тихий, честный и очень человечный конец. Без фальши, без подарочного бантика.

Она такая, сестра Маргарета. В обаянии, яркости, пассионарности ее образа львиная доля притяжения романа. Я боялась брать "Зимнего солдата" из-за названия, даже зная, что между нами и событиями книги сто лет. Это Первая Мировая, а если я сейчас скажу, что роман не страшный, по большому счету не про войну и вынесенного в заглавие солдата, а про медицину и любовь - вы ведь не поверите?

И будете правы. Можно не показывать сражений, не расписывать диспозиций и маневров, но если про военную медицину и про любовь во время войны, про ампутации оторванных снарядами и обмороженных конечностей,  про голод, беженцев, эпидемии, последствия глубоких контузий, известные теперь как ПТСР - это все равно про войну.

Дэниел Мейсон профессор клинической психиатрии Стэнфордского университета, и понятно, почему он оказался хорош с медицинским романом. Неясно, каким образом ему удается такой кинематографичный текст. Пока слушала, все время ловила себя на том, что каждая сцена зримо, в мельчайших подробностях встает перед глазами в IMAX-разрешении. При том, что это ни разу не описательная проза. Как-то ему одной-двумя деталями удается точечными уколами или инжекторным впрыском (если вам ближе механические ассоциации), запустить машину воображения и  сгенерировать читателю "свое кино".

Вот анатомический театр, студент с закрытыми глазами, на ощупь должен определить кости скелета руки; вот тот же студент и профессор похищают из кунсткамеры "русалку", чтобы исследовать в лучах рентгеновского аппарата, а вот встреча с Мари Кюри, и ты видишь ее, смеешься над забавной сценкой. А вот вы с отцом обряжаетесь в обмундирование крылатых гусар, и ты чуть не падаешь - до того тяжелыми оказались эти парадные плюмажи из  перьев. Ты уже, незаметно для себя, стала им, героем, Люциушем.

У лучших книг есть это свойство, превращать читателя в персонажа. Все, что будет происходить со шляхтичем из старинного аристократического рода, который стал врачом и пошел на войну - все это будет происходить с тобой. Уровень иммерсивности (погружения с эффектом присутствия) у книги высочайший. За то, что на русском эта сопричастность и соучастие  так великолепно работают, огромная благодарность переводчикам, Александре Борисенко и Виктору Сонькину. И конечно, любимому Фантому за возможность прочесть.

Роман продолжает традицию прозы, проникнутой гуманизмом и пафосом служения, целительства, спасения, герои которой врачи. Чехов и Булгаков, Кронин и Вергезе. Не вся она написана медиками - Пастернак врачом не был, "Доктора Живаго"  вспомнила не случайно, "Зимний солдат" во-многом оммаж великому предшественнику, может быть, не очевидный, но сюжет, образы, тема поиска и "романа невстреч" удивительно совпадают. Неудивительно, если вспомнить, что в мире, в отличие от России, "Живаго" понимают и любят.

Сильный, глубокий роман с немыслимым эффектом погружения.

Don't try to fight the storm, you'll tumble overboard
Tides will bring me back to you
Bring Me the Horizon - Deathbeds

Это глоток свежего воздуха в современной американской литературе среди неубывающего тренда на фаст фудные произведения. Работа, проделанная автором, по изучению исторического материала, врачебной практике - колоссальная. Написано красивым, искусственно состаренным языком, где надо. В этом с трудом угадывается современная проза.

Речь в романе идёт о жизни студента-врача Люциуаша, который с началом первой мировой войны, решает стать военным хирургом. Хорошо передан контраст ожиданий главного героя и всей молодёжи с тем, что по факту их ждёт. Романтизм войны умирает уже в первые её дни после первых сражений, у Люциуша - после размещения в импровизированном госпитале где-то в Карпатах. Где и врачей-то, кроме него - ещё студента, ни разу не державшего скальпель в руках - нет.

Автор читает курсы по медицине при университете, поэтому описания ранений и лечения, хирургического вмешательства, симптоматика и эксцессы прописаны реалистично до жути. Поднимается тема военного невроза.

И вместе с физическими и психическими травмами - страшный оскал войны, жадной до крови и хмельной от неё, вращающей жернова в мясорубке расчеловечивания человека. Где госпиталь - это место для подлатать, зашить и отправить обратно, а клятва Гиппократа - всего лишь слова. О том, что за милосердие дорого платят - и пациенты, и врачи.

Во всём этом кошмаре из перевязок, ампутирования, сне, подобном обмороку на три часа по ночам, рождается любовь. Маленький, робкий цветок под гусеничными движителями танка.

Книга эта о том, что человек, переживший столько утрат, каким-то образом ещё может дышать, идти, тело его функционирует и сердце - непостижимо - всё ещё бьётся.

В романе поднимается множество проблем.

Ожидания родителей от своих детей.
Порой книга навевала мне воспоминания о Марш Радецкого . Подумать только, твой ребёнок рискует своей жизнью, спасая солдат в тысячах километров от тебя, а отец шлёт ему карту сражений битвы между Речью Посполитой, казаками и татарскими ордами, которой больше 250 лет.

Роль случайности в жизни человека, совершенно независящих от человека событий, меняющих вектор всей жизни.

Война в книжках и в реальности, которая редко совпадает.

Существование, предшествующее сущности, где выбор человека запускает последствия, а те запускают новые витки в жизни героя, которые и создают из человека человека.

Медицинская этика vs запросы вышестоящих.
Любовь и долг.
Проблемы адаптации к жизни после войны.
И другое.

Книга сильная. О любви, о войне, о полевых госпиталях, о самоотверженном труде военного врача.
Главный герой - Люциуш Кшелевский - совсем не геройский студент-медик отправляется в отдаленный госпиталь в Карпатах. Имея только теоретические знания о медицине, он сразу же оказывается в самой гуще событий: много раненых, ампутации, ранения, а он- единственный врач.

Сестра милосердия Маргарета становится наставником Люциуша. Понимая, что перед ней студент, не имеющий никакого медицинского опыта, она учит Люциуша всему на месте. При этом в госпитале минимальный набор лекарств, нехватка санитаров.

Два человека, объединенных желанием помочь раненым, преданных медицине, спасают многих. И, конечно же, их настигла любовь. Испытанием для их любви становится раненый Хорват.

Для современного американского автора книга получилась очень пронзительной, эмоциональной. В ней совсем нет того налета ванильности, которым грешат многие авторы, пишущие о войне.
Медицинская тема раскрыта с пугающей реалистичностью, со знанием предмета.
Финал для меня оказался непредсказуемым, но от этого не менее завораживающим.
Чувство вины, преследующее Люциуша отступило. Да, в романе нет хеппи-энда, но есть трудный путь молодого человека, пережившего ужасы Первой мировой войны, несчастную любовь и, надеюсь, посвятившего себя в будущем медицине.

Впечатления от романа только положительные. Для меня микс из медицины, войны и любви является самым любимым в литературе. И найти нечто подобное в современной американской прозе сравнимо с литературным бриллиантом. В аудиокниге, которую я слушала, высказывались о работе с романом русские переводчики. Своими словами они ещё больше убедили меня, что книга очень достойная, сильная и удивительная. Потому как браться за описание событий первой мировой войны, полевой медицины и любви между врачом и "католической монахиней" не под стать каждому писателю из Америки. Впечатлена. Глубоко копнул автор и сумел держать внимание на протяжение всей книги.

В данном случае я поставила оценку не потому, что книга мне не понравилась, а потому, что в данный момент времени мне просто было тяжело подобное воспринимать из-за стиля написания. В данном случае книга действительно сильная, глубокая, беспощадная и подавляющая, поэтому если вы такое не любите, то читать не стоит.

Расскажу кратко о сюжете. Наш главный герой, молодой человек из знаменитого рода, богатой семьи, однако, когда надвигается война, он не хочет принимать во всём этом участие, как впрочем, и гордиться своим положением и статусом. Поэтому он просит просто отправить его военным врачом по распределению, куда есть потребность. А потребность есть в прифронтовой зоне, ну как сказать прифронтовой, снаряды туда долететь в случае чего могут. И сразу читателю становится понятно, что это вообще ни капли ни курорт.

Сцена на самом деле жуткая, потому что ты в прямом смысле борешься за существование и выживание, наравне со своими пациентами, а помощи тебе ждать неоткуда и бросить ты всё это не можешь, потому что ты ещё человек и ты не можешь оставить людей на произвол судьбы. Ты это всё читаешь и тебе становится страшно, потому что ты вообще не понимаешь, каким образом эти люди выжили, вот вообще как? Тут пример героя, персонажа, а в реальных условиях было точно так же, если не хуже.

Поэтому сама история для меня до мурашек и высший балл, а вот то как именно это написано (стиль повествования) тут мы увы не сошлись.