Цитаты из книги Das Lied der Krähen

– Это ты продал нас Пекке Роллинсу. – Сказал Каз обвиняющим тоном и ткнул пальцем в земенца. – Ты – причина, по которой нам устроили засаду, когда мы пытались отплыть из Кеттердама. Из-за тебя мы все чуть не погибли!
– Я ничего не рассказывал Пекке Роллинсу. Я бы никогда…
– Ты сказал одному из Грошовых Львов, что уезжаешь из Керчии, но скоро вернешься с большими деньгами, не так ли?
Джеспер сглотнул.
– Мне пришлось. Они начали давить на меня. Ферма моего отца…
– Я приказал никому не рассказывать, что мы покидаем страну! Я предупреждал тебя держать рот на замке!
– У меня не было выбора! Ты запер меня в «Клубе Воронов». Если бы ты позволил мне…
Каз обернулся.
– Позволил тебе что? Сыграть пару партий в «Ежевику на троих»? Закопаться еще глубже в могилу, раскопанную всеми боссами Бочки, которым хватило тупости одолжить тебе денег? Ты рассказал члену банды Пекки, что скоро будешь купаться в деньгах!
– Я не думал, что он пойдет к Пекке. Или что Роллинс знает о пареме. Я просто пытался выторговать себе немного времени.
– Святые, Джеспер, ты действительно ничему не научился в банде, не так ли? Ты все тот же глупый фермерский мальчик, сошедший с лодки.
Джеспер накинулся на него, и Каз почувствовал, как нарастающая в нем злоба перетекает в звериную жестокость. Наконец-то битва, которую он может выиграть!

Джеспер рассматривал Уайлена, изучая его черные волосы, золотистые глаза.
– Зачем? – наконец поинтересовался он. – Зачем ты это сделал?
Парень пожал плечами.
– Нам необходим был рычаг.
– Это голос Каза.
– Я не мог допустить, чтобы вы пошли на обмен заложников, думая, что я могу послужить какой-то страховкой.
– Нина перекроила тебя?
– В ночь, когда мы отплыли от Джерхольма.
– Вот почему ты исчез на время путешествия! – воскликнул стрелок. – Ты не помогал Матиасу ухаживать за Ниной. Ты прятался.
– Вовсе нет.
– Ты… Сколько раз ты стоял со мной на палубе ночью, когда я думал, что это Кювей?
– Каждую ночь.
– Знаешь, возможно, у Нины не получится вернуть тебе прежний вид. По крайней мере, без дозы парема. Ты можешь навсегда застрять в этом теле.
– Какая разница?
– Не знаю! – рассердился Джеспер. – Может, мне нравилось твое дурацкое лицо!

Рядом сидел Матиас. Он пытался взять ее за руку, но боль была слишком сильной. Когда его и ее кожа соприкасались, Нине казалось, что плоть саднит...
– Матиас, – ласково произнесла она, проводя пальцами по его коротким волосам. Больно. Мир делал ей больно. Прикасаться к нему было больно, но она все равно это сделала. Кто знает, представится ли ей когда-нибудь еще такая возможность. – Я ни о чем не жалею.
Фьерданец взял ее за руку и нежно поцеловал костяшки пальцев. Нина скривилась, но когда он попытался отодвинуться, то лишь крепче вцепилась в него.
– Останься, – попросила девушка. Из ее глаз покатились слезы. – Останься со мной до конца.
– И даже после, – ответил он. – Навсегда.
– Я хочу снова почувствовать себя в безопасности. Хочу вернуться домой, в Равку.
– Значит, я отвезу тебя туда. Будем поджигать изюм, или что вы там, безбожники, делаете забавы ради.
– Фанатик, – слабо выдавила она.
– Ведьма.
– Варвар.
– Нина, – прошептал Матиас, – моя маленькая красная птичка. Не улетай...
Матиас не отходил от Нины и попросил Уайлена помочь ухаживать за ней. Хотя тот и не любил химию, о настойках и смесях он знал больше, чем кто-либо на корабле, за исключением Кювея...

Джеспер не виделся с Уайленом с тех пор, как они покинули джерхольмскую гавань, и должен был признать, что соскучился по их перепалкам с маленьким купцом.

– Нина, – ласково позвал Матиас, – он же просто ребенок. Один из нас.
Один из нас. Мальчишка, немногим младше ее, попавший на войну, которую сам не выбирал. Он умел выживать.
– Как тебя зовут? – спросила она.
– Кювей.
– Кювей Юл-Бо...Как быстро ты сможешь уничтожить эту лабораторию?
– Быстро, – ответил он. Затем рассек рукой воздух, и пламя под одной из мензурок выстрелило синей аркой.
Нина уставилась на него.
– Ты гриш! Инферн.
Кювей кивнул.
– Юрда-парем – это ошибка. Отец пытался найти способ, как скрыть мои силы. Он был фабрикатором. Гриш, как и я.

Нина держала на коленях ступни Инеж.
– Я не могу отодрать всю резину от пяток, – сказала она при их приближении.
– Помоги ей, – скомандовал Каз.
– Я?! – воскликнул Джеспер. – Ты же не хочешь…
– Приступай.
Стрелок подполз ближе, чтобы лучше видеть покрытые волдырями ноги Инеж, чувствуя затылком, что Каз следит за каждым его шагом. Последний раз, когда сулийку ранили, реакция Бреккера была более чем настораживающей. Но ее нынешняя травма далеко не так опасна, как ножевое ранение. Да и на этот раз Каз не мог винить Черных Пик. Джеспер сосредоточился на кусочках резины, пытаясь достать их из плоти девушки, как доставал руду из прутьев.
Инеж знала его секрет, а вот Нина удивленно уставилась на парня.
– Ты – фабрикатор?
– Ты поверишь, если я скажу «нет»?