Цитаты из книги Das Lied der Krähen

Никто не осмелился на большее, чем просто похлопать Каза по спине – за лишнюю вольность можно было поплатиться рукой.

Я уничтожу тебя, кирпичик за кирпичиком

— Особенно я ненавижу, когда вечностями швыряются. Братья навек. Вечная дружба. Навеки вместе. Вечная слава… Откуда они все это берут? Что они видят вечного?

Ни траура, ни похорон. Еще один способ пожелать друг другу «ни пуха ни пера». Но это и нечто большее. Мрачное подмигивание тому факту, что для таких людей, как они, не будет дорогих захоронений или мемориальных досок, чтобы запомнить их имена, не будет миртовых венков или роз.

- Мужчине не нужна кровать для дурных мыслей.

Так она представляла себе города в детстве – все в конфетных оттенках и полном порядке.

– То, что ты обманываешь невинных людей, – не повод для гордости.

– Повод, если умеешь это делать. 

Для смертельного удара нужны решимость, четкая цель. Исцеление же было плавным, ритмичным действием, которое требовало тщательного обдумывания малейшего движения.

У судьбы на всех есть планы.

– Я слышу тело каждого на корабле, слышу, как кровь течет по их жилам. Слышу, как меняется дыхание Каза, когда он смотрит на тебя.
– Ты… ты слышишь?
– Он замирает каждый раз, словно видит тебя впервые.

(Матиас):Больше никогда не хочу видеть тебя в этом.
(Нина):Ты о платье или о камере?

Карточный игрок, каторжник, блудный сын, потерявшаяся девушка-гриш, сулийка, ставшая убийцей, и парень из Бочки, превратившийся в монстра

– Это то, чего он хочет, а не то, что ему нужно, – ответил он. – Рычаг у того, кто знает разницу.

– Долгой тебе дороги вниз, – пожелала она, а затем прыгнула на перила и заскользила по ним, как масло по сковороде.

Каждое утро Матиас жаловался, что ее невозможно разбудить.
- Будто мертвяка пытаюсь воскресить!
- Мертвяку нужно ещё пять минут.

Если справедливость существует. Но мы все знаем, что это маловероятно.

– Мы живы, – наконец сказал он. – Похоже, ты молился правильному богу. – Или отправился на дело с правильными людьми. Инеж пожала плечами. – Кто выбирает наши пути? – Каз ничего не ответил, и она не сдержала улыбки. – Никаких остроумных реплик? Никаких насмешек над моими сулийскими пословицами? Парень провел пальцем в перчатке по перилам. – Нет.

В тюрьме всем наплевать, кто взодит внутрь, главное -кто пытается выйти

"Я хочу домой". Тоска по родине накрыла ее так внезапно, что стало физически больно.