I Know Why the Caged Bird Sings

До последнего времени каждое поколение со все большей готовностью признавало себя виновным в юности и невежестве, все с большей готовностью принимало наказание, которое накладывало на него старшее поколение (которое совсем недавно само признавалось в том же преступлении). Требование немедленно повзрослеть казалось более переносимым, чем безликий ужас неустоявшихся целей, без которого не обходится ни одна юность

Мы, как вид, омерзительны. Все без исключения.

Я решила, что, если сердце её будет гореть огнём, я на неё не пописаю - не дождётся.

"Не будь грязнулей" и "Не дерзи" - таковы были две заповеди бабули Хендерсон, от которых зависело наше спасение на небесах.

Значение слов не ограничивается тем, что написано на бумаге. Для того чтобы в них зазвучали глубинные оттенки смысла, их должен произнести человеческий голос.

Людьми были жители моей части города. Не все они мне нравились — по сути, не нравились почти все, однако же они были людьми. А эти другие странные белесые существа жили своей потусторонней нежизнью и людьми не считались. Были просто белыми.

Сегрегация в Стэмпсе была настолько безоговорочной, что большинство чернокожих ребятишек вообще, абсолютно не представляли себе, как выглядят белые. Знали лишь, что они другие, страшные — и в этот страх включалась враждебность угнетенных к угнетателям, бедных к богатым, работников к работодателям, оборванцев к хорошо одетым.

Несколько семейств «белой швали» жили на принадлежавшей Мамуле земле за школой. Случилось, что белошвальники ватагой вваливались в Лавку, заполняли всё пространство, замещали собой воздух и даже меняли привычные запахи... В моей Лавке они позволяли себе то, чего я никогда не позволила бы себе никогда.

Манеры у нее были столь утончённые, как у белых в кино и книгах, только она была красивее, потому что любой из белых, приблизившихся к её тёплому свечению, показался бы безбожно серым.

Тут я очень пожалела, что Габриель Проссер и Нат Тернер не поубивали всех белых прямо в постелях, что Аврам Линкольн не был убит ещё до подписания Прокламации об освобождении, что Гарриет Табмен не окочурилась от того удара по голове, а Христофор Колумб не прошёл ко дну вместе со «Святой Марией