I Know Why the Caged Bird Sings

При всей своей жизнерадостности Вивиан Бакстер не ведала милосердия. В Окленде тогда ходило присловье порой она его употребляла сама, а если и нет, оно ее пре-
красно описывало. Присловье такое: «Добродетель в словаре рядом с дерьмом, а я и читать-то не умею».

Бейли говорил так торопливо, что даже не успевал заикаться, не успевал чесать в затылке и чистить ногти зубами. Он погрузился в тайну, погряз в загадке, которую чернокожие мальчишки Юга начинают разгадывать — пытаются разгадать — с семилетнего возраста и до самой смерти. Безрадостную головоломку неравенства и ненависти. Это происшествие заставило его задуматься о ценности и достоинстве, об агрессивной приниженности и агрессивном высокомерии.

Зная Мамулю, я знала, что Мамулю совсем не знаю. Ее скрытность и подозрительность африканки из буша отточились историей рабства и нашли себе обоснование в обещаниях, которые давали и нарушали по ходу многих веков у чернокожих американцев есть поговорка — она описывает осторожность Мамули. «Спроси негра, где он был, — он тебе скажет, куда собрался». Чтобы понять эту важную мысль, нужно помнить, кто прибегает к такой тактике и на кого она рассчитана.

Я - сорвавшийся с бечевки воздушный змей, плывущий на мягком ветру, у меня единственный якорь - моя собственная воля.

"Любые знания - это валюта, ее стоимость зависит от состояния рынка".

Я знала, что не стану тосковать по миссис Флауэрс, поскольку она поделилась со мной волшебным словом, с помощью которого я вызвала джинна, - он потом служил мне всю оставшуюся жизнь, а имя ему было книги.

Еще когда мы были маленькими, он объяснил, что, когда ему совсем плохо, душа заползает куда-то за сердце, сворачивается в клубочек и засыпает.

Присловье, что люди, которым нечем заняться, начинают совать свой нос в чужие дела, — не единственная правда. Возбуждение — своего рода наркотик, и люди, в жизни которых много насилия, вечно гадают, где бы им заполучить очередную «дозу».

Если какая из учительниц принимала гостей, или не получала писем, или плакала ночью у себя в комнате, к концу недели даже дети — и те обсуждали ее нравственность, ее одиночество и прочие очевидные недостатки. В маленьком городке с его пристальным вниманием к чужой жизни держаться официально просто не получалось.

Чтобы проявить глубинную двуличность, человек должен обладать одним из двух качеств: либо беспардонным тщеславием, либо непрошибаемым эгоцентризмом. Он должен верить в то, что все в этом мире вращается вокруг него, что людьми можно помыкать как вздумается, а также, что сам он - пуп не только собственного мира, но и всех миров, населенных другими.

В нежном возрасте чернокожие женщины подвергаются нападению всех этих извечных сил природы и одновременно попадают под тройной перекрестный огонь мужских предрассудков, лишенной логики ненависти белых и отсутствия власти у Черных.

Люди, чья история и будущее ежедневно находятся под угрозой уничтожения, считают, что вообще еще живы одной лишь силой божественного вмешательства. Меня всегда занимало, что самая скудная жизнь, самое нищенское существование приписывается воле Господа, но стоит человеку хоть чуть-чуть вырваться из бедности, приобрести первые незамысловатые материальные блага - и степень ответственности Бога начинает уменьшаться с сопоставимой скоростью.

Как и большинство людей, склонных жалеть себя, я плохо умела жалеть родных.

Любое отклонение от привычного течения жизни может стать предвестником страшных новостей. Именно поэтому, до прихода нынешнего поколения, чернокожие южане оставались в Америке едва ли не самыми несгибаемыми консерваторами.

У чернокожей южанки, воспитавший сыновей, внуков и племянников, нити сердца всегда были привязаны к петле на виселице. Любое отклонение от привычного течения жизни может стать предвестником страшных новостей. Именно поэтому, до прихода нынешнего поколения, чернокожие южане оставались в Америке едва ли не самыми несгибаемыми консерваторами.

В будущем я с таким неистовством возмущалась стереотипной картинкой — счастливые сборщики хлопка поют бодрую песню, — что даже собратья-чернокожие мне часто говорили: да ну тебя с твоей паранойей. Но я видела пальцы, изрезанные колючими хлопковыми коробочками, видела спины, плечи, руки и ноги, изнуренные до предела.