Сто лет одиночества

Урсула сбила замок с сундука и нашла на дне шестнадцать надушенных писем, перевязанных розовой ленточкой, и сухие скелетики листьев и цветов, хранившихся в старых книгах, а также останки бабочек, тут же распавшихся в прах.

Она носила землю в карманах и незаметно ела ее по крупинке со смешанным чувством счастья и злости, обучая своих  подруг тонкостям вышивания и рассуждая о мужчинах, которые не заслуживают того, чтобы ради них есть еще и известку со стен.

«Лежа, она слышала … глубокую тишину, пахнувшую растоптанными цветами»

Он действительно побывал на том свете, но не смог вынести одиночества и возвратился назад.

... человек умирает не тогда, когда должен, а тогда, когда может.

Единственно действенный способ борьбы — это насилие.

Был наконец найден покой в этом доме, где воспоминания вызываемые безжалостной памятью, обретали плоть и кровь и разгуливали, как живые существа, по глухим темным комнатам.

Единственное различие между либералами и консерваторами заключается сейчас в том, что либералы посещают раннюю мессу, а консерваторы — позднюю.

А по вине Амаранты едва не возникла самая настоящая паника: когда Амаранта солила суп, в кухню вошла одна из монашек и ничего другого не придумала, как спросить, что это за белый порошок бросают в котел.

• Мышьяк,- ответила ей Амаранта.

«Он объяснил, не видит смысла в борьбе между двумя противниками, которые в важнейших вопросах согласны между собой.»

Ее связывали с мужем узы более прочные, чем любовь: общие угрызения совести.

Несколько часов спустя, измученный бессонницей, он вошел в лабораторию Аурелиано и спросил: «Какой сегодня день?» Аурелиано ответил, что вторник. «Я тоже так думал, — сказал Хосе Аркадио Буэндия. — Но вдруг понял, что продолжается вчерашний понедельник. Посмотри на небо, посмотри на стены, посмотри на бегонии. Сегодня тоже понедельник».

«Для науки нет расстояний, — вещал Мелькиадес. — Скоро человек, не выходя из дому, увидит все, что творится в любом уголке земли».

Любовное пекло становится раем только в постели.

Полковник Аурелиано Буэндия едва ли понимал, что секрет спокойной страрости состоит в том, чтобы войти в достойный сговор с одиночеством.

... той пьянящей жестокости, которую его товарищи называли отвагой.

Ему отвечали, что много лет прекрасно обходятся без священника и улаживают все вопросы спасения души непосредственно с самим Богом.

"В мире происходят невероятные вещи, - жаловался он Урсуле. - У нас под боком на том берегу реки, множество разных аппаратов, а мы тут все продолжаем жить как скоты."

Отец поднес к его глазам сухую желтоватую массу сросил:"Что это, а?" Хосе Аркадио чистосердечно ответил:

• Дерьмо. Собачье.