Слепой случай – явиться на свет со здоровыми органами на правильных местах, у любящих, а не жестоких родителей, и по географической или социальной случайности избежать несчастья войны или нищеты.

Конец. Это произойдет - с ее согласия или без.
- Ответ: нет. - Она произнесла это с повышением голоса, как строгая учительница. И добавила: - Какого еще ответа ты ожидал?

И она, как обычно, погрузилась в работу, чтобы проживать - день прошёл, и слава богу - приглушённую драму своей полужизни с Джеком.

... Не столько ли утрата любви её гнетёт, сколько потеря респектабельности в современном понимании; не столько ли презрение и остракизм страшат, как в романах Флобера и Толстого, сколько чужая жалость. Стать предметом общей жалости - это род смерти в обществе. Девятнадцатый век ближе, чем кажется большинству женщин. Выступать перед людьми в трафаретной роли - признак не морального прегрешения, а плохого вкуса.

Всем знакомо это побуждение уйти от мира, но решились немногие.

Женщина пятидесяти девяти лет покинута в младенчестве преклонного возраста и только учится ползать.

Может быть, каждому надо верить в чудеса.

Я - это я, а родители - это родители. каковы бы ни были их убеждения, я решаю сам за себя.

Он стоял поодаль, расставив ноги, скрестив руки, и его все еще красивое и обычно добродушное лицо застыло от гнева. Из расстегнутого ворота рубашки выбивался клочок седых волос. Ей случалось видеть, как он взбадривает его расческой. Внезапное осознание, что жизнь полна таких мелочей, ничтожных проявлений человеческой слабости, обрушилась на нее, и она отвела взгляд.

Но ощущение было такое, что сама она сжалась в геометрическую точку тревоги из за неоконченного дела.

Микроскопическая яйцеклетка не разделилась вовремя из за какого то сбоя в последовательности химических событий, крохотного непорядка в структуре белковой цепи. Молекулярный дефект разросся как взорвавшаяся вселенная, приняв масштабы человеческой беды. Ни жестокости, ни отмщения, никакого духа с неисповедимыми путями. Только ошибка, записанная в гене, неправильная формула энзима, разрыв химической связи.

Не столько ли утрата любви ее гнетет, сколько потеря респектабельности в современном понимании; не столько ли презрение и остракизм страшат, как в романах Флобера и Толстого, сколько чужая жалость.

Видела она страдания и страхи в семье и у друзей, но они не могли вытеснить невероятной ассоциации больниц с добротой, с тем, что ты там выделена как особенная и укрыта от самого худшего.

Здесь, наконец, запахло больницей – давно унесенной едой, антисептиком и, совсем слабо, чем то сладковатым.

В школе на религиозных занятиях они прочли стихотворение, где говорилось, что будущее, настоящее и прошлое – это одно, и в Библии так же сказано. Его учитель химии сказал, что относительность доказала, что время – это иллюзия. И если Бог, поэзия и наука говорят одно и то же, значит, так оно и есть, ей не кажется?

В резком свете он весь был перед ней: нечесаные черные волосы спадали на расстегнутый ворот пижамы, большие темные глаза беспокойно бегали по ее лицу – нет ли тут подвоха, фальши. Она уловила запах талька или мыла, исходивший от простыней, и тонкий металлический запах его дыхания. Лекарств.

Я чувствую, что вы подвели меня к чему то другому, к чему то очень прекрасному и важному, но еще не понимаю, к чему.

У вас, наверное, были десятки дел после меня, и все время надо было принимать решения о других людях. Я ревную!