White Teeth

Generally, women can’t do this, but men retain the ancient ability to leave a family and a past. They just unhook themselves, like removing a fake beard, and skulk discreetly back into society, changed men. Unrecognizable.

If someone asked her just then what memory was, what the purest definition of memory was, she would say this: the street you were on when you first jumped in a pile of dead leaves.

No, Joyce, Love's not the fucking reason. It's a four-letter word that sells life insurance and hair conditioner.

Якщо людина не має нічого, чим може пишатися, окрім своєї крові, то кожна краплина цієї крові важить, важить як правда; її треба ревно пильнувати. ЇЇ треба захищати від ворогів і наклепників. За неї треба боротися.

Где его борода? Где его хамиза? Где его покорность?

- Мне кажется, - наконец сказал Маджид, когда луну стало видно лучше, чем солнце, - что ты пыталась любить мужчину так, будто он остров, а ты - потерпевший кораблекрушение и можешь считать эту землю своей.

Чёрт бы побрал вечную оглядку на прошлое, думал Арчи. Здесь у всех идеальное зрение.
Но через два дня после этого разговора в новогоднее утро боль стала такой сильной, что Арчи уже не мог цепляться за спасительный совет Самада. Он решил убить своё тело, забрать свою жизнь, уйти с дороги, которая протащила его по множеству неверных поворотов, завела его в глушь и наконец исчезла совсем, а хлебные крошки, показывавшие дорогу назад, съели птицы.

“Но, конечно, ни черта больше не было; британская система образования с легким смешком поставила ему подножку много лет назад.”

Но умереть не так просто. Самоубийство нельзя внести в список дел между «помыть сковородку» и «подпереть сломанную ножку дивана кирпичом». Это решение не сделать, раз-делать; поцелуй в забвение. Что ни говори, а самоубийство требует мужества. Оно для героев и мучеников, по-настоящему тщеславных.

Английское образование — штука опасная.

болезнь — это логический сбой в работе генов, точно так же как капитализм — не более чем логический сбой в функционировании организма общества

Лучшие люди моей страны — это мои сверстники и мои единомышленники.

Корни — это спасительные веревки, которые бросают тонущим, чтобы спасти их души.

За кремацию жаба душит деньгу выложить, вот и живы пока.

Умереть — дело хитрое.

" - Разве мое кафе хоть чем-то отличается от здешнего заведения? Не смеши меня! — продолжает Микки полнозвучным, но все-таки шепотом.
— В итоге это одно и то же. Все для посетителей.
Exempli, мать твою, gratia: зачем совать в меню утку a l’orange, если ее не едят? Между нами, ни к чему тратить уйму денег на завиральные идеи, от которых никому никакой пользы.»

Я всегда говорил, что в самое короткое время можно превратить жалкого гуманитария в сильного технаря.