Bullshit Jobs

Чем дальше заходит автоматизация, тем более очевидным должно быть, что настоящую ценность работе приносит элемент заботы.

Джон Холлоуэй — должно быть, самый поэтичный из марксистов нашего времени — как-то решил написать книгу под названием "Хватит создавать капитализм". В конце концов, писал он, даже если мы действуем так, словно капитализм — это что-то вроде исполина, который возвышается над нами, на самом деле мы производим его сами. Каждое утро мы просыпаемся и воссоздаем капитализм. Если однажды мы проснемся и решим создать что-то другое, то капитализма больше не будет. Будет что-то другое.

Неглупые вообще-то интеллектуалы из среднего класса постоянно заявляют, что со спадом промышленного производства рабочий класс в таких странах, как Великобритания или Америка, исчез, — как будто это гениально сконструированные андроиды возят их на автобусах, стригут им газоны, устанавливают провода и меняют утки их бабушкам и дедушкам.

Теперь когда кто-то говорит о "производителях богатства", то люди сразу решают, что речь идет о капиталистах, а не о рабочих.

"Евангелие труда" (работа является единственным реальным производителем ценности и в то же время ценностью сама по себе) заменили на "Евангелие богатства" (богатство и процветание возникают благодаря капиталу).

США играют в нашей истории ключевую роль. Ни в одной другой стране принцип, согласно которому всё богатство производится трудом, не стал для всех до такой степени самоочевидным. И одновременно с этим нигде атака на этот принцип не была столь рассчитанной, столь последовательной и не оказалась в итоге столь успешной.

Facebook, Youtube, Instagram, Twitter — это формы электронных медиа, которые предназначаются для производства и потребления контента в то самое время, когда делаешь вид, что занимаешься чем-то еще. Я убежден, что это и есть главная причина взлета социальных сетей, особенно если учитывать, что происходит не только распространение бредовой работы, но и бредовизация уже существующей реальной работы.

Возможно, самое худшее — это бесполезная работа, коварно притворяющаяся служением обществу. Но вообще почти все виды [бредовой] работы могут считаться по-своему разъедающими душу. Бредовая работа обычно вызывает ощущение безнадежности, депрессии и ненависти к себе. Это форма духовного насилия, направленная против самой сущности человека.

И так же, как в свите феодала могли находиться слуги, чьей единственной задачей было полировать доспехи или выщипывать его усы перед турнирами, так и современные руководители держат работников, чья единственная работа - готовить презентации в Power Point [...] Многие из этих отчетов — всего лишь декорации в корпоративном театре кабуки: никто на самом деле не читает их до конца.

... если товар или услуга удовлетворяют спрос или иным образом улучшают жизнь людей, то их можно считать действительно ценными; если же они служат для создания спроса, заставляя людей чувствовать себя толстыми и уродливыми или загоняя их в долги и затем взимая проценты, то тогда их нельзя считать ценными.

Мало что угнетает больше, чем принудительное веселье.

Бредовая работа - это не просто работа, которая бесполезна или вредна; обычно она также включает в себя некий элемент притворства или обмана.

Жить без страдания — это примерно как жить без домашнего адреса: в его отсутствие у вас нет права чего-то требовать.