Короли и капуста. Рассказы

"Из чего можно сделать вполне однозначный вывод,что жизнь состоит из рыданий,всхлипов и улыбок,причём всхлипы преобладают."

Она достала щипцы для завивки, зажгла газ и принялась исправлять разрушения, причиненные великодушием в сочетании с любовью. А это всегда тягчайший труд, друзья мои, исполинский труд.

Джентльмен не может шантажировать человека, с которым он пьет за одним столом.

Крошечные опереточные народы забавляются игрою в правительства, покуда в один прекрасный день в их водах не появляется молчаливый военный корабль и говорит им: не ломайте игрушек!

Что подталкивает нас к философскому выводу: жизнь состоит из рыданий,шмыганья носом и улыбок, причём шмыганье явно преобладает. 

... иной судьбы на ладошке не прочтешь, кроме той, какую отпечатала тебе рукоятка кирки.

По законам арифметики один плюс один - два, но по законам романа один плюс один - один.

— Скорее! — крикнул Кьоу. — В городе и так уж восстание из-за телеграммы, которая пришла на ваше имя. Не шутите такими вещами, мой милый. Надо же считаться с народными чувствами. В один прекрасный день вы получите надушенную фиалками розовую записочку, а в стране из-за этого произойдет революция.

— Как это хорошо в наше время, — сказал полушутя капитан, — иметь возможность низвергать президентов и сажать на их место других по собственному своему выбору.
— О, это чистый бизнес, заметил Винченти, остановившись и предлагая окурок сигары обезьяне, которая качалась на ветках лимонного дерева. — Нынче бизнес управляет всем миром. Нужно же было как-нибудь понизить цену бананов, уничтожить этот лишний реал. Мы и решили, что это будет самый быстрый способ.

Политическая интрига была для него коммерческим делом. Благодаря своему большому уму он оказывал влияние на главарей-заговорщиков; благодаря своим деньгам он держал в руках мелкоту — второстепенных чиновников. В стране всегда существовала революционная партия, и Гудвин всегда готов был служить ей, ибо после всякой революции ее приверженцы получали большую награду.

Всякому ясно, что курс нравственности не обязателен в программе аристократического образования.

Не будем поднимать занавес над живой картиной — соединившиеся любовники на фоне наказанного порока и для контраста — целующиеся комики, горничная и лакей, введенные как подачка церберам с пятидесятицентовых мест.

Какое удовольствие служить государству, которое довольствуется столь малой службой!

Шантаж — нехорошее слово, но шантаж есть ближайшая станция на той дороге, по которой я теперь путешествую.

Во всем виноваты тропики. Они выжимают из человека все соки. Это такая страна, где, как сказал поэт, вечно послеобеденный час. Я делаю мою работу, курю мою трубку и сплю. Ведь в жизни ничего другого и нет.

Я был не то, что другие флибустьеры: флибустьерил не ради еды и штанов.

Когда стихии бушевали и заставляли всех людей дрожать, тогда слабоумие Фелипе не служило ему помехой. Он был несовершенный человек, но морское дело знал в совершенстве.

Это был банановый король, каучуковый принц, герцог кубовой краски и красного дерева, барон тропических лекарственных трав.

Надо вам сказать, что у четы Джеймс. Диллингхем Юнг было два сокровища, составлявших предмет их гордости. Одно золотые часы Джима, принадлежавшие его отцу и деду, другое волосы Деллы