Ваша оценкаРецензии
laonov9 октября 2016 г.Читать далее- Ты что ж, существуешь?
- А что ж мне больше делать то ?
С̶а̶р̶т̶р̶ Платонов.
Словно во сне, откроешь дверь в квартиру, а на тебя полыхнёт синевой неба и пустыней, по которой перекати-полем скучно катится луна.
Открыл книгу Платонова, словно дверь, а там - мир Кафки.
"Бледные от печали глаза, и темнеющие от счастья глаза". Бледное, и словно уже уставшее утро, словно догорающий костёр, вокруг которого дотлевают, кружась, искорки лёгких звёзд. И вот, в это холодное пространство восточной земли, входит инженер, в поисках ̶з̶а̶м̶к̶а̶ счастья и судьбы, обнимая своё одинокое, озябшее тело, переполненное такой безысходною жизнью и нерастраченной любовью, что увидев человека, он мог полюбить его сразу, целиком.
В странное, словно бы потерянное во времени и стыдящееся себя место он забрёл.
У Достоевского есть рассказ, в котором "маленький человек", затравленный службой и жизнью, умер, и не заметил этого, и ещё долгое время ходил на работу, делал что-то привычно-ненужное, и его, привычно не замечали.
Вот так и в повести есть свои призрачные, неприкаянные судьбы, называемые "невыясненными", которых, в кафкианском бюрократизме строящегося социализма, не знали куда пристроить.
В самом начале повести, задана космогоническая тональность : несущаяся в мировом и одиноком пространстве, планета, на движение которой, тайно влияет целый космос. Человек - часть этого космоса, и он тоже влияет на планету.
Смутный образ у Платонова : люди, электронами вращаются вокруг атома-планеты, порой сталкиваясь друг с другом и с планетой.
Так, в этом печальном и пустом, словно безжизненный космос, мире, герой встретил её - Надежду.
Но есть ли надежда на счастье у этого мира ? Иногда герою кажется, что мир срочно нужно переделать, ибо даже животные чувствуют нависшую над ними безысходность пространств и мировую тоску, их мышление похоже на бред, и их нужно спасти, пока они окончательно не сошли с ума. Быть может и зло в человеке и мире, есть эта почти животная, забредившая немота сердца?
Какой же зачарованный сюр создал Платонов! Люди живут ( местами) в огромных выскобленных тыквах, словно безумные золушки в мире, который бесконечно далёк от райского бала ангелов.
Чуткого Високовского, любящего животных и жизнь, назначают на скотобойню, и ему, одинокому, не на что тратить деньги, и он их заботливо тратит на обречённых и грустных животных.
Девушка кончает с собой, не вынеся и̶з̶н̶а̶с̶и̶л̶о̶в̶а̶н̶и̶я̶ ̶и̶ ̶б̶е̶з̶ы̶с̶х̶о̶д̶н̶о̶с̶т̶и̶ ̶ж̶и̶з̶н̶и̶ жаркой тяжести бесконечно приближающегося, но всё никак не сбывающегося счастья социализма.
А герой... как это невыносимо жить в мире, события которого не совпадают с мыслями об этом мире! Это похоже на самую подлую степень безумия.
От избытка нежности, захотелось обнять девушку. В мыслях обнимаешь, а в жизни? И какое же счастье, словно мир в тебе, и внешний мир, сливаются в одно, и та светло изогнутая в пространстве трещинка, которая называется телом, сладко исчезает, тает, когда герой берёт в ладони лицо Надежды, обнимает, прижимает к себе, и она ему отвечает тем же.
А при чём тут "Ювенильное море" ? В самом сердце Земли, словно в хрустальном гробу, покоится древнее, девственное, юное море, которым хотят оживить восточные пустыни, мечту о социализме. Но ведь и Земля в ночи космоса кажется голубым озерком, окружённом кристаллами звёзд, и в душе ведь есть, есть эта юная, древняя, живая вода - любовь!
И герои книги искренне верят, что можно поцелуем нежности и воли, пробудить природу от вековечного сна, и то, что манило и мучило в социализме, мечтах и религиях - сбудется, но как-то иначе, проще, светлее, и даже самая немота природы и косматых зверей, преобразится, да и самые звери, словно падшие ангелы, преобразятся, все вспомнят о чём-то самом главном, и снова на земле воцарится Эдем.
Юмор Кэрролла, Достоевского, Набокова, Хармса, похож на нежные крылья бабочек, по сравнению с мощными, грозными крыльями трагического юмора абсурда Платонова, крыльями, смеющихся во всю свою исполинскую ширь, каким-то тёмным смехом, оттеняющим экзистенциальный трагизм ̶н̶а̶с̶и̶л̶у̶е̶м̶о̶й̶ планеты, словно голубого оазиса, затерявшегося в звёздных песках.
Улыбка - душа поцелуя, которой дух целует воздух мира.
"Поцелуй" Климта, мотыльковые следы от поцелуев поклонниц на могиле Сартра...
Если бы мы могли видеть души, то увидели бы, как могила Платонова овеяна поцелуями от крыльев мрачных ангелов и тихих душ животных.
Вслед за Бодлером, Платонов увидел, как
" в животном сонном, злом, вдруг ангел пробуждён"увидел и показал вечно-юное море жизни в радужной пене цветов.
272,2K
feny27 января 2013 г.Читать далееО такой любви я еще ни у кого не читала. Платонов особенный автор.
Это печально, безрадостно, пронзительно и жестоко.Он, красноармеец, вернувшийся после гражданской войны с измененной душой, с постоянно опечаленным лицом. Победитель?
Она, хрупкая и слабая девушка, страстно и ненасытно постигающая основы медицины.
Взаимоотношения двух молодых людей, точно охарактеризованные фоном реки Потудань, скованной льдом.
Нет никаких признаков жадности к жизни. Есть лишь измученное человеческое сердце, ищущее питание для наслаждения (этого самого) сердца.Их взаимоотношения как тягучая песня, как рыдание – тягостное, горькое, болезненное. И нет в этой любви, в этой жизни надежды.
271,5K
Suharewskaya8 августа 2022 г.Джан, богатство бедных.
Читать далееДжаннн... Как гул колокола в пустыне.. . В легендарном маркесовском Макондо во время эпидемии бессонницы на центральной площади был установлен плакат, гласивший "Бог есть". Здесь же жизнь так жалка и выморочена, что народ джан, населяющий берега Амударьи, словно существует под плакатом "Где смерть наша?"
Душа и тело слиты в одно бренное бедное единство. Палящий зной днем, звёздная стужа ночью, вода - жуй мокрый песок, еда...лучше промолчать. Спать, спать, ведь во сне легче жить." Ад всего мира" - так называют свою родину народ джан.
— Мы - джан, - ответил старик, и по его словам оказалось, что все мелкие племена, семейства и просто группы постепенно умирающих людей, живущие в нелюдимых местах пустыни, Амударьи и Усть-Урта, называют себя одинаково - джан. Это их общее прозвище, данное им когда-то богатыми баями, потому что джан есть душа, а у погибающих бедняков ничего нет, кроме души, то есть способности чувствовать и мучиться. Следовательно, слово <джан> означает насмешку богатых над бедными. Баи думали, что душа лишь отчаяние, но сами они от джана и погибли, - своего джана, своей способности чувствовать, мучиться, мыслить и бороться у них было мало, это - богатство бедных...Назар Чагатаев сын своего народа джан, ушедший от ослабевшей матери к горизонту, где поднимается багровое солнце социализма. Он получил в Москве силу и знания и теперь его миссия- вывести иссохший свой народ из ада всего мира. Он справится, хотя и не получил подробных инструкций . В этих еле ходячих мертвецов вернётся жизнь. Такой вот среднеазиатский Моисей. И что интересно-у него есть оппонент, Нур Мухаммед, который собирает остатки народа джан и ведёт в уютные объятья смерти. И это тоже своего рода милосердие. Так в жизнь или в смерть?
Необычное ощущение от книги. Вполне реалистичная историческая ситуация (да, советская власть выводила Среднюю Азию из средневековья) перетекает в своеобразный "пограничный" реализм благодаря предельному истончению естественных физических потребностей людей-персонажей Платонова. ( Кстати, Андрей Платонов написал "Джан"после поездки в Туркмению в 1934 г.) И можно воспринимать " Джан" как романтическую легенду о победе социализма на отдельно взятой территории, но... нет. Для меня это скорее "Сто лет одиночества", но со счастливым концом.
И эту ассоциацию очень ёмко отражает фраза, которую можно считать в повести ключевой :
Ты тоже скоро уйдешь, кто тогда меня помнить будет?Что есть самое страшное для живой души? Когда ты не существуешь ни в чьих - то мыслях, ни в чьей-либо памяти. Это смерть смертей, квинтэссенция одиночества... И это интуитивно понимает Айдым, маленькая полудикая девочка народа джан.
Поэтому единственно верное решение- жить, и жить вместе. А смерть - она и так придёт, к каждому в свой срок.
Никакой народ, даже джан, не может жить врозь: люди питаются друг от друга не только хлебом, но и душой, чувствуя и воображая один другого; иначе, что им думать, где истратить нежную, доверчивую силу жизни, где узнать рассеяние своей грусти и утешиться, где незаметно умереть... Питаясь лишь воображением самого себя, всякий человек скоро поедает свою душу, истощается в худшей бедности и погибает в безумном унынии.261,1K- Kinnie24 июля 2019 г.
Гениальный рассказ. Платонов велик и вечен. Каждый раз читаю и рыдаю. Литература с большой буквы. Чтобы потрясти читателя необязательно писать кирпичи на подобие "Войны и мира". Пять. Пять. Пять. Миллиард раз.
243,4K 
AleksejSvyatovtsev21 апреля 2025 г.Заблудившийся в вихре времён
Читать далееПовесть написана в 1926 году. Революция и война уже не гремят, а догорают, оставляя после себя пепелища, ржавые рельсы, разбитые паровозы и людей — таких же изломанных, как и время, в которое они попали. Андрей Платонов пишет «Сокровенного человека» — повесть не о героях, не о триумфах, а о тех, кого история перемолола, но не смогла до конца уничтожить. О тех, кто бредёт по жизни, как Фома Пухов, «безродный, заблудившийся по жизни человек», монтёр паровозов, потерявший жену и не нашедший себя в новом мире.
Платоновский мир — это мир, где «паровоз не поедет без машиниста, катер не поплывёт без командира», но где сами машины ломаются, а чинить их нечем. Где «чугуна готового земля не рождает», а к руде никто не прикасается, потому что все либо воюют, либо уже умерли. Революция требовала энтузиастов, но энтузиазм — плохое топливо для паровоза. Нужны руки, знающие дело, а не только горячие головы.
Фома Пухов — не герой. Он не воюет за идеалы, не стремится к светлому будущему. Он просто живёт, как умеет, в мире, где всё пошло наперекосяк. Он скитается меж Новороссийском, Баку, Царицыном, как душа, ищущая пристанища в бурю. Он чинит то, что ещё можно починить, но чувствует, что сам он — такая же сломанная вещь, как и эти механизмы.
Платонов пишет так, как уже никто не пишет. Его язык — это «сгондобил, оковалок, буераки» — слова, вырванные из самой гущи народной речи, грубые, но живые, как сама земля. Его фразы корявы, как неотёсанные брёвна, но в этой корявости — правда. Он не украшает, не приглаживает. Его проза — это голый нерв эпохи, где боль и абсурд переплетены так тесно, что не разорвать.
«Сокровенный человек» — это не история о революции. Это история о том, что происходит с человеком, когда революция кончилась, а жизнь так и не стала лучше. Фома Пухов — не бунтарь, не строитель нового мира. Он — скиталец, «заблудший человек», который ищет не правду, а просто место, где можно было бы переждать бурю.
Но в этом скитальчестве — его глубочайшая человечность. Он не предаёт, не лицемерит, не притворяется тем, кем не является. Он просто есть. И в этом «просто есть» — больше подлинности, чем во всех революционных лозунгах вместе взятых.
Вывод.
«Сокровенный человек» — книга не для тех, кто ищет ясных ответов. Она для тех, кто готов погрузиться в хаос послереволюционной России, в её грязь, её боль, её абсурд. Для тех, кто готов услышать голос самого Платонова — голос человека, который видел, как рушится мир, и пытался понять, что остаётся после этого крушения.22169
nikserg8 февраля 2022 г.Джан есть душа
Читать далееПервое, что бросается в глаза после "Котлована" - заметно поутихший язык. Как будто автор вдоволь наигрался со своими суперсилами по скульптурированию текста самыми замысловатыми способами, и на смену лингвистическому буйству пришли просто отточенные предложения и сверхъемкие фразочки. Это ни в коем случае не делает язык "Джана" хуже или беднее, только спокойнее.
Сама история про то, как условный таджик (автор называет его просто "нерусским") пытается обхватить своей душой (джаном) весь мир. Сперва подбирает и выхаживает какую-то мутную РСПшку в Москве, затем решает спасти весь народ, из которого он происходит родом, попутно помогая, сочувствуя, спасая и давая приют в своей душе каждому встречному-поперечному.
А сирых и убогих Чагатаеву встречается более чем достаточно. Его народ - это жалкое сборище полусгнивших ходячих трупов, каким-то чудом балансирующих на грани жизни в богом забытой канаве где-то на просторах среднеазиатских пустынь. Не умеющие и не желающие жить (привет, землекопы Котлована), эти гули послушно следуют за светлым коммунистом Чагатаевым, потому что а что еще делать. И Чагатаев выхаживает, выкармливает их всех и каждого своей душой и иногда плотью.
Прочитал где-то сравнение "Джана" с "Маленьким принцем". Есть в этом правда. Та же пронзительная лиричность, однако, в отличие от, густо замешанная с экзистенциализмом.
211,3K- feny16 июля 2013 г.В каждом человеке есть обольщение собственной жизнью, и поэтому каждый день для него – сотворение мира. Этим люди и держатся.Читать далее
Платоновский сокровенный человек это тот, -
кто согласен кровь лить, но только не зря и не дуриком;
кто привык украшать жизнь геройскими рассказами;
для кого мастерство трудового человека важнее и ценнее умения воевать;
для кого родина – сердечное дело:
кто считает, что всю агитпропаганду написал дурак или бывший дьячок;
кто не понимает, почему командарм должен ехать один в целом поезде:
– Дрезину бы ему дать – и ладно! – сообразил Пухов. – Тратят зря американский паровоз!На счету Фомы Пухова, платоновского сокровенного человека немало и других высказываний. И все это прикрывая беспристрастными выпадами в собственный адрес. Называя себя природным дураком и человеком облегченного типа, Пухов лукавит, все это лишь ширма, природная хитрость, позволяющая выжить, открыто критикуя существующую власть. Он не враг, он смутный человек, ветер, дующий мимо паруса революции.
Сколько их было таких, не нашедших своего места в новых реалиях, на волне собственного горя отправляющихся на поиски чего-то, зачастую и не знающих где и что искать. Как тот поезд, неизвестного маршрута и назначения:
– Куда он едет? – спросил Пухов людей, когда уже влез в вагон.
– А мы знаем – куда? – сомнительно произнес кроткий голос невидного человека. – Едет, и мы с ним.201,5K - feny4 декабря 2012 г.Читать далее
Шокирована и поражена мощью, энергетикой и глубиной этого произведения.
Какая же это фантастика – иносказание да, притча да. Или это в эпоху соцреализма был прицеплен подобный ярлык, чтобы вопросов было меньше?Джан, небольшой народ, где собрались люди без определенной национальности, не имеющие никакого имущества, кроме сердца в груди, это рабы, беглецы, преступники – иначе говоря, изгои общества.
Это люди, приученные умирать, ум их давно стал глуп, счастье им чувствовать нечем, лучшее для них – возможность получить покой, забвение. Они оставили себе самое малое, не нужное никому, чтобы не вызвать зависти. У них нет в жизни никакой цели, никакого интереса, потому что их желание никогда, ни в какой мере не осуществлялось, народ жил только благодаря механическому действию.Этот народ, этих людей советская власть призвана сделать счастливыми. Как помочь этим людям, ведь воскресить мертвых невозможно?!
Чагатаев, представитель это народа, а проще говоря, нерусский человек, полукровка, внебрачный ребенок. На него возложена миссия построения социализма. И хоть видит он всю бессмысленность своих шагов, но приказ получен и надо действовать.Кажется, ему что-то удается. Люди прозрели, проснулись к новой жизни, ноги ходят. И здесь же: у ишаков тоже ноги ходят.
Если все же принять, что Чагатаев добился цели, что же это за социалистическое общество такое убогое?
В чем заключается новая счастливая жизнь? В переселении в несколько вновь построенных глиняных домов, напоминающих бараки-общежития?Или здесь вновь надо вспомнить о подзаголовке произведения – фантастическая повесть? И все попытки построить оазис социализм в пустыне есть всего лишь фантастика и утопия.
И не надо пытаться осчастливить народ против его воли. Какая мудрость в словах Суфьяна: Он сам себе выдумает жизнь, какая ему нужна <…> счастье у него не отымешь…20632 
inna_160722 сентября 2025 г.Жизнь всегда возможна, и счастье доступно немедленно (с)
Читать далееТрудная книга (как будто у Платонова есть простые), про которую не знаю, что сказать. Ученическое "понравилось" будет нелепо, восторженное "великолепно" будет неуместно. Наверное, про такие книги и говорить особо не надо, ибо если зацепили и запали в душу, то там и останутся навсегда:
чем-то надо человеку наполнять свою душу, и если нет ничего, то сердце алчно жуёт собственную кровь.Странные особые люди, существующие в странной пустоте, абсолютно свободные люди, которым осталось потерять последнее - жизнь. И они к этому всегда готовы. Представляете, этот народ, обходится даже без страданий и жалости к себе!
...весёлых трудно наказывать, потому что они не понимают зла.
...они не имели ничего, кроме любви друг к другу, потому что у них не было ни хорошей пищи, ни надежды на будущее, ни прочего счастья, развлекающего людей, и их сердце ослабело настолько, что могло содержать в себе лишь любовь и привязанность к мужу или жене, - самое беспомощное, бедное и вечное чувство.Можно было бы принять книгу как упрёк современным потребляшкам, но это будет слишком мелко для такого многогранного произведения, исполненного простой идеей: счастье для всех даром и пусть никто не уйдёт обиженным.
...будто он снова, как в детстве, находился перед будущей великой жизнью, готовый на мучительный, терпеливый труд, имея в сердце неясное, робкое предчувствие неизбежной победы.По существу, сказать мне нечего, кроме одного: читать Платонова - привилегия, которая даётся трудом.
...так часто живёт рядом с нами незаметное блаженство.19183- feny27 декабря 2012 г.Читать далее
Необычно, неординарно, своеобразно. Все это применимо к творчеству Андрея Платонова. А в сочетании с талантом – экстракт невероятного.
Читая Платонова, не знаешь, как относиться к прочитанному. Как понять смысл, как назвать то, о чем он пишет.
Драматические, даже трагические события соседствуют с гротеском изображения советской действительности.
Жилищный кризис решается приспособлением под жилье огромных выращенных тыкв!
Отдельного слова заслуживает лирическое отступление автора о «невыясненных» советских служащих.«Ювенильное море» - о коллективизации в системе мясосовхозов.
С одной стороны есть вредители, уводящие к кулакам племенных быков и тучных коров, есть погибшая доярка Айна, пытающаяся их разоблачить.
Есть и пафос, присутствующий в советских произведениях, рассказывающих о построении социализма и людях, активных строителях новой жизни.Но есть и другое.
Наверное, отсутствие бань, горячего питания и недосыпание колхозников, как и выделение на весь район аж целого ящика гвоздей, можно объяснить нищетой и трудностями первых лет советской власти, но как объяснить остальное.
Как работники не стараются (выкладываются до пота), а на гурту не только не становится лучше, а все хуже и хуже.
А мужики мои аж скачут от ударничества, под ними волы бегом бегут, а куда – неизвестно, кликнешь – они назад вернутся, прикажешь – тужатся, проверишь – проку нету.Добывать необходимые стройматериалы в советских учреждениях Надежде Босталоевой (руководителю мясосовхоза) приходится весьма недвусмысленными методами: собственным телом и это ей не впервой:
«Прошлый год я достала кровельное железо, мне пришлось за это сделать аборт. Но вы, наверно, не такая сволочь…»А в соседнем колхозе, который возглавляет бездельник и бюрократ Умрищев – молочная продукция жирнее и качественнее совхозной.
Да и сам колхоз у Умрищева – весьма интересен. В нем состоят только зажиточные крестьяне, да и скот не обобществлен. По сути, колхоз есть только на бумагах и в голове Умрищева. Потому и жизнь там лучше, чем в совхозе.
– Колхоз держится только во мне, – сообщил Умрищев. – Вот здесь, – Умрищев прислонил ладонь к своему лбу, – вот здесь соединяются все противоречия и превращаются силой моей мысли в ничто. Колхоз – это философское понятие, старушка, а философ здесь я.И этими странностями не ограничиваются прелести новой жизни. Их можно перечислять еще и еще.
Финал не менее двусмысленный.
Умрищева снимают с должности, но он теперь живет с бабушкой Федератовной (еще один сочный образ) - ярой поборницей новой жизни. Странный союз.
Бесталоева с инженером Вермо уплывают в Америку, якобы учиться. Но что будет потом?
«…когда Николай Эдвардович и Надежда Михайловна начнут делать из дневного света свое электричество, – что, Мавруш, не настанет ли на земле тогда сумрак?.. Ведь свет то, Мавруш, весь в проводе скроется, а провода, Мавруш, темные, они же чугунные, Мавруш!..»191,2K