Собор Парижской Богоматери. Том первый

Будь проклят тот день, когда издательства решили оплачивать автору гонорар за количество слов в книге. А то, как бы мы иначе, получили в художественной книге выписки из википедии за 170 лет до появления этой самой Википедии. Идёт динамичное повествование, а потом оп! и текст прыгает к крайне интересному(нет) описанию появления собора. Единственное что из этого я запомнил, это часть про то как погрузилась в землю лестница по прошествии лет. Эти части можно смело пропускать.
В остальном читать интересно, особенно тем кому нравятся трагикомедии. Суд глухого над немым, это просто лучшая часть, как по мне. Ну и в остальном, неожиданные повороты сюжета и поступки персонажей заставляют тебя смеяться или грустить над тем, как непредсказуема порой бывает жизнь, и о том, какими люди бывают идиотами и эгоистами в своих поступках.

Любовь мужчины граничащая с одержимостью, любовь девушки граничащая с поклонением, любовь калеки сильнее и чище чем у прекраснейших людей. Я не читала ещё книги где любовь такая разная.

Клод Фролло любил неправильно. Даже не любил, а желал, был жесток и страшен в своей любви. Ни на секунду нельзя было оправдать его действий, но в глубине души к нему всегда таилась жалость. Человек впервые почувствовал любовь, но просто не знал, что с ней делать. Он мог обуздать плотское желание если не любил,но когда полюбил, оно стало невыносимым. Он не мог обладать предметом своей любви, но и уступить девушку другому не мог.

Эсмеральда любила даже слишком сильно, но любила не того. Иногда злость на девушку затмевала другие чувства, но ведь она в сущности ещё ребёнок. Ребёнок встретивший прекрасного принца спавшего её, сама судьба велела ей отдаться этому чувству.

Квазимодо, вот кто любил поистине прекрасно. Ужасное тело и чистая душа. Казалось перед людьми не человек, а зверь, но кто сделал его таким? Сами же люди. Несмотря на уродство своего тела и неполноту восприятия действительности, несмотря на глухоту, несмотря на всё и всех Квазимодо любил. Любил так, как не снилось Фебу или Гренгуару, любил всей своей душой. И в конце он нашёл покой рядом с любимой.

Гюго прекрасно пишет, ты можешь в одну секунду смеяться, а в другую плакать и это будет естественно и просто. Даже огромные описания архитектуры заставят задерживать дыхание от красоты слога и непринуждённости повествования. Однозначно любовь.

P.S. Но за кого моё сердце спокойно, так это за Джали и Гренгуара. Вот уж поистине странная привязанность, но для мужчины она стала пожалуй самой сильной за всю его жизнь.

Роман-колосс. Роман-храм. По другому и не скажешь.
Я не назвала бы себя большой поклонницей творчества Гюго, - какие-то его книги мне нравятся, какие-то нет, хотя вклад автора в литературу невозможно отрицать. Но вот этот роман для меня стоит особняком. И всегда стоял.
Я признаюсь, что я необъективна, - я влюблена во Францию, я влюблена во французских авторов того периода, я влюблена в сам собор Нотр-Дам-де Пари и я влюблена в эту историю. С детских лет. Я посмотрела все существующие экранизации данного романа, включая мультипликационные (кстати, ни одна из них для меня так и не сравнилась с романом), прослушала все версии мюзикла, которые только удалось найти, - на разных языках и не только в официальной версии перевода. У меня на полке несколько книг разных лет изданий, включая адаптированную французскую версию.
Я одержима этим романом, как Фролло - Эсмеральдой.
А потому это не рецензия, а признание в любви. И никакого литературного разбора, разумеется, тут не будет. Любовь нельзя разобрать на составляющие. Я не знаю, да и знать не хочу, в чем заключается мистически притягательная сила истории маленькой цыганки, несчастного горбуна, противоречивого священника и величественного собора, - я просто ею наслаждаюсь. Каждый раз.

Что же касается именно этого зеленого издания, то я вообще люблю эту серию классики с точки зрения оформления. В данной конкретной книге есть несколько потрясающих иллюстраций, они завораживают.

Я никогда не была в Париже нашего времени, но я только что вернулась из Парижа XV века..Кажется, что я сама видела его улочки и площади, на которых бурлит жизнь и на которых она же и прерывается, красоты его архитектуры и ужасы его правосудия.
Париж воистину город любви.. Любви такой разной и фатальной..Любви легкомысленной и плотской, даже не любви, а скорее развлечения.. Любви сумасшедшей, готовой предать не только принципы, идеалы, веру, родную кровь, но и душу..Любви искренней и самоотверженной, но безответной.. И наконец любви слепой,глухой и глупой..
Есть два сосуда с цветами - красивая хрустальная ваза, но с трещиной, из которой вытекает вся вода и цветы гибнут; и грубый глиняный горшок, полон воды, в котором цветы свежи и ярки... Так и среди людей... Только с цветами все просто...
Ощущения от книги тяжело передать словами. Бывали моменты, когда пробирала злость, бывали моменты, когда щемило сердце. Книга правда стоящая, книга настоящая...

Одним словом… ТЯЖЕЛО. И не потому что там описание собора, а потому что это очень печальная история. И для меня было большим шоком то, что песню «Белль» из мюзикла адаптировали плохо на русский язык. И весь смысл куплета Феба канул в лету.

Все начинается не с Эсмеральды, не с Фролло, не с Феба, а с народа, с Парижа. На первый план выдвигается город и его составляющие. Для меня это плюс, потому что мне интересно узнавать элементы эпохи. Самое удивительное — это то, что Виктор Гюго пишет с ироническими высказываниями и это мы видим при описании Собора:

Что для меня было ноткой юмора среди мрака, так это Гренгуар — средневековый поэт, который ставил моралите в честь заключения брака между дофином и Маргаритой Фландрской. По совместительству это был день дурака, символично, не правда ли? Но перейдем дальше к Гренгуару: флегматичный, одновременно и приятный и нет.. Он же повлиял на конец истории. Постоянно рассказывающий о философии и как нужно помогать, но при этом бездействующий. А также не упускаем без внимания его любовь к козочке Джали, про это можно расписать отдельно целую рецензию.

Пройдемся по основным персонажам:

Клод Фролло — священнослужитель Собора Парижской Богоматери(архидьякон). Противоречивый персонаж, он сам взял на себя опекунство над Квазимодой, когда от того хотели избавиться. Пытался воспитывать своего брата. Сюжета книги бы не было, если бы не его одержимость, как в науках, так и в любви.

Эсмеральда — «цыганка», наивная 16-летняя девушка, которая без памяти влюблена в Феба. С трагичной судьбой она до конца придерживалась своих принципов.

Феб - начальник королевских стрелков, щегол и бабник, который помолвлен с Флер-де-Лис.

Квазимодо — звонарь в Соборе Парижской Богоматери, приемный сын Фролло. Он больше похож на верную собачку, чем на человека. Можно сказать, что он любил Эсмеральду, как щенок, но в нем не было ни похоти, ни какого-то злого умысла.

Цыгане — большая часть криминального мира Парижа. Здесь уделяется внимание традициям и вере, но у меня свое мнение насчет этого народа, которое нет смысла здесь озвучивать. Но упоминание в тексте показало нам то, что они не последние люди той эпохи.

В итоге эта книга имеет большую историческую и психологическую ценность. Советую прочитать тем, кто любит исторические романы, где рассказывается не только о событиях тех лет, но и об искусстве и мелочах той эпохи.

Я очень рада, что мое знакомство с гением французской и мировой литературы началось именно с "Собора Парижской Богоматери". Роман проливает свет на вопрос о нравственных ценностях, актуальный, как в момент написания книги для автора, так и для читателей в нынешнее время. Я не припомню такого произведения, в котором автор настолько часто обращается напрямую к читателю, так ярко и точно передавая свое миросозерцание, выражая реальный исторический дух эпохи и свое сострадание к ней. Автор ведет с тобой диалог на тему, которая чрезвычайно его волнует, а именно, что люди перестали быть верны духу прошедшего времени, что они готовы разрушать исторические памятники или переделывать их, не задумываясь о том, какое значение они имели для народа, усилиями которого они были созданы. Французы 17, 18, 19 веков считали здание Собора Парижской Богоматери нелепым и уродующим город. Виктор Гюго очень переживал за снос этого великого памятника, который хотели осуществить в момент написания им книги. Благодаря роману Собор не тронули, а движение за реставрацию памятников объединило миллионы добровольцев.

Эти главы с размышлениями автора на темы зодчества, историю архитектурного стиля в Париже, и о символе эпохи — появлении первых ростков свободомыслия с момента развития книгопечатания: "Книга убьет здание", являются как бы спасительным островком посреди океана боли и тоски, в который погружает тебя сюжет, научно-популярной книгой внутри книги художественной. Но, учитывая то, какая сейчас пошла мода на сухой и скучный нон-фикшн, это определение подходит плохо. Мысли же Гюго удерживали мое внимание с самого начала и до конца, они поражали меня своей оригинальностью!, глубиной и красочностью подачи, и тем, как плавно автор переходит с темы на тему, подводя итоги, повторно разжевывая все вышесказанное, чтобы даже "читательницы", пришедшие за сюжетом, поняли и закрепили. Если что, это выражение самого Гюго, за которое зацепился мой взгляд. Вероятно, раньше считалась, что романы в большинстве своем читали женщины, а мужчины интересовались чем-то "более сложным для восприятия".

Сюжет "Собора Парижской Богоматери" описывает изнанку исторических событий, внутреннюю сторону жизни Парижа. Это необычный вид исторического романа, потому что здесь вы не найдете переписи исторической хроники 15 века. Здесь чувства героев выражают время, являются двигателем эпохи, а всякие министры, послы, герцоги и король лишь фон — они там о чем-то интригуют, но нам будет лишнее это знать. Первые страницы романа, встретившие читателя политическим событием, которое подняло шумиху во всем Париже, связанное с прибытием фламандских послов, чтобы заключить брак между королевскими наследниками, совсем не стало развиваться в дальнейшем. Признаюсь, что самая сложная литература для меня это та, которая описывает королевские семьи, и я благодарна Гюго, что он предпочел трагедию героев и рассказы о "черни" общества этой запутанной и скучной политической жизни.

Был бы Париж настолько романтичным без танцев нимфы, богини или же просто цыганки Эсмеральды и фокусов ее прелестной козочки; без звукового вихря колоколов Собора Богоматери, который исполняла душа этого храма — глухой горбун Квазимодо; без страсти священника Клода к науке и алхимическим опытам по рецептам Николаса Фламеля; изысканной и глубокой по смыслу пьесы поэта Гренгуара, и живописных экскурсий по городу с высоты птичьего полета?
К сожалению, в средневековом Париже 15 века больше грязи, чем романтики, и Гюго превосходно это иллюстрирует. Танцующая Эсмеральда своей тупостью и наивностью обречет себя на рок несчастий, интерес Клода к наукам превратится в безумство и умственное помешательство, Квазимодо еще покажет свой "уродливый" дух, "столь несовершенный, как и его тело", а Пьер Гренгуар окажется еще тем эгоистом. Неспроста я упоминаю именно этих героев, которые, казалось бы, должны быть невинны и чисты, и вы поймете меня, если тоже заметите, как и на них распространилось парижское уродство, совершенно непонятно откуда распространяющееся.

Такой вывод был сделан Пьером Гренгуаром, который тщательно изучил общество Парижа: жестокое, корыстное, глупое. Но главное, что объединяло и бродяг, и простолюдинов, и дворянство — это равнодушие к искусству, к зодчеству. Дворянам лишь бы дать поглазеть на государственные церемонии, толпа простолюдинов занимает первые ряды, чтобы насладиться "кровавым спектаклем" — смертными казнями, бродяги со Двора чудес готовы осквернить и разграбить любой храм, дай только повод.

Но все же, несмотря на то, что несправедливая эпоха исковеркала внутренний мир главных героев, вырастила и выбросила в мир такими жалкими и противоречивыми, мне хотелось им сочувствовать, ведь каждый из них в своем прошлом был жертвой обстоятельств, или же рока. Под роком в романе я понимаю само непростое время, в котором жили эти люди, "стигмат преступлений и несчастья". Они все мухи в лапах паука. Более всего меня поразила история затворницы, которая всю жизнь оплакивала своего ребенка, которого у нее украли. Мое сердце разрывалось при описании того, как она на протяжении всего дня разговаривала с маленьким расшитым башмачком, молилась на него — единственное, что у нее осталось от малютки.

Я считаю, что этот роман должен прочитать каждый. Его идеи повлияли на многих последующих авторов, распростанились даже за пределы литературы, оказав влияние на историков. Его экранизировали более пяти раз, поставлены спектакли, балеты, а его герои стали любимцами многих поколений и стран. Я буду обязательно перечитывать, и очень хочу посмотреть диснеевский мультфильм.

тгк:@iwantbooksandtea

«Собор Парижской Богоматери», Виктор Гюго

Портрет великой эпохи, насмешка над глупостью вышестоящих, невероятное мастерство пера. Всё это — всего в одном 600-страничном томике.

Сюжет знаком и узнаваем каждым: история юной цыганки, мушки, выброшенной в огромную паутину, под названием жизнь. Три мужчины в ее жизни и одно монументальное здание… Да на самом деле нечего говорить: несмотря на то, что сюжет увлекает и заманивает читателя своим темпом, он здесь не значит ровным счетом ничего. По крайней мере для меня точно. 

Что важнее — влияние случайностей на нашу жизнь, дьявол, обитающий в деталях, совпадениях. Имя ему рок. И тут естественно возникает вопрос: кто мы в нашей жизни? Кто действительно управляет нами — мы сами, судьба или и это совокупность наших решений, и воля чего-то высшего? 

Ребенку, обожавшему диснеевскую интерпретацию, пришлось здорово удариться оземь, потому что все образы, существующие в моей голове благодаря этому мультфильму оказались ложными. Фролло не такой уж и злой, более человечный, Феб — отнюдь не герой моих детских грез, он ужасно примитивный человек, в нем нет ничего цепляющего, это тот человек, который вызывал отвращение с самого момента своего появления. Эсмеральда тоже отнюдь не та огненная плясунья — она потерянный ребенок, не умеющий жить: никто не объяснил ей, что плохо, а что хорошо; она не знает, что такое истинная любовь, некому было дать ей это. Один лишь Квазимодо как восхищал меня в детстве своим великодушием и самоотверженностью, так и сохранил подобное мнение о себе во время прочтения романа. 

И несмотря на то, что детские образы были разрушены, персонажи из оригинального романа оказались даже лучше, живее, правдоподобнее, чем их смогла изобразить студия на экранах. Буквы стали явью — и вот ты уже сочувствуешь им, переживаешь, не можешь выбросить из головы.

Отдельная составляющая и, пожалуй, самая важная в том числе и для автора — это собор и внесюжетные элементы.

Лично мне не удалось одолеть ту самую двадцатистраничную главу о «Париже с высоты птичьего полета», но я улетела и обещала вернуться. Именно она, к слову, не дает мне посоветовать роман всем и каждому: что касается сюжетной части — он очень легкий, но вас могут здорово застопорить все лирические отступления автора. 

Как и любой исторический роман (я пока их прочла около двух, но неважно ), «Собор Парижской Богоматери» показался мне немного наивным, и это, пожалуй, его главный минус. Точнее, мои завышенные ожидания от сюжета, который, увы-увы, на контрасте с описаниями и психологизмом здорово проигрывал. Тем не менее, концовка задела меня за живое, это было настолько ужасно и потрясающе одновременно. Гюго на протяжении всего романа препарировал вневременные пороки общества и подвел меня к выводу о том, что не бывает справедливости. И мы все убеждаемся в этом, когда книга заканчивается. Заслуживают ли некоторые герои участи, уготованной им автором? Вовсе нет, с точки зрения морали.

Не все меня поймут, но я, все-таки, выскажу свое мнение. "Собор Парижской Богоматери" - история об ограниченных идиотах, изнывающих от любовной лихорадки и прочей чуши, так как мозгов на другое у них, видимо, нет.  И если с горбуном все более или менее понятно, то молоденькая цыганочка явно недалекая по множеству причин. Единственный нормальный герой романа - это белая козочка.

Читать книгу полезно только для того, чтобы побольше узнать о знаменитом соборе, так как исторические зарисовки о нем занимают чуть ли не большую часть произведения.