Цитаты из книги Öine vahetus

... пусть всё идёт своим чередом, он сам разберется с этим. Но именно так начинают портиться дети. Вначале вы им всё разрешаете, поощряете их. Затем они разбивают ваши надежды.

Но нельзя быть сверхзаботливым, так можно испортить ребенка.

Заворожить, заставить забыть обо всем, увести в мир, которого нет и быть не может. Всю свою жизнь я как писатель был убежден в том, что самое главное в прозе - это история. Что именно она доминирует над всеми аспектами литературного мастерства, что тема, настроение, образы - все это не работает, если история скучна. Но если она захватила вас, все остальное начинает работать.

Он не приехал проводить ее в маленький аэропорт Огаста, и она огорчилась. Ожидая приглашения на посадку, Элизабет размышляла о том, как незаметно можно привязаться к человеку. Наверное, так и у наркоманов постепенно вырабатывается зависимость. Они обманывают себя надеждой, что могут «завязать» в любой момент, однако..

Искусство - это индивидуальное заболевание, страшно заразное, но далеко не всегда смертельное. Ведь и с настоящим ножом тоже надо обращаться умело, сами знаете. Иначе можно порезаться. И если вы достаточно мудры, то обращаетесь с частицами, засевшими в подсознание, достаточно осторожно - тогда поразившая вас болезнь не приведёт к смерти.

Хорошо быть молодым, раскатывать весь день на лыжах или этих чертовых жужжалках-снегокатах, но когда тебе перевалило за семьдесят и мотор изрядно поизносился, этот жгучий северо-восточный ветер леденит не только конечности, но и сердце и душу.

Весна- единственное времягода, когда ностальгия не оборачивается горечью, и ее радовало, что она обратилась к нему, а он ответил на ее комплимент улыбкой и взмахом руки. (персонаж книги)

Зубрежка- просто механическое запоминание, все знания после экзамена тут же улетучиваются из головы, и к системному освоению предмета это неимеет никакого отношения. (Элизабет)

"Мы спасаем наш брак, подумал он про себя, как спасали свиньи вьетконговские деревни."

У них в психотерапевтической группе был один человек, который однажды сравнил нервный срыв с разбитой вазой. Конечно, её можно склеить, но она будет уже ненадёжной и в общем-то бесполезной. Например, в эту вазу больше не поставишь цветы. Потому что цветам нужна вода, а вода может растворить клей.

Имейте в виду, вы судите книгу, а книга судит вас.

Тот, кто является истинным приверженцем любого из видов искусств, будет заниматься им, даже если не получит за свои труды и старания ни гроша; даже если наградой за все его усилия будет лишь суровая критика и брань; даже под угрозой страданий, лишений, тюрьмы и смерти.

только имейте в виду: ты судишь книгу, а книга судит тебя.

Он просто ненавидит жену - вот и все.

Не стоит думать о зиме в августе. ("Ночной прибой")

Я спрятал, лицо в ладонях и начал крепко сжимать их, ощущая прикосновение кожи, плотную и неровную ее поверхность. Вот так же и все вокруг сжималось, сокращалось с непостижимой быстротой... В этом-то и заключалась основная подлость, и лично я не видел в смерти никакого достоинства. ("Ночной прибой")

Я откинулся на спинку стула, испытывая облегчение и разочарование. От человека с такими именем и фамилией можно ожидать всякого. Преступление на почве страсти со смертельным исходом. ("Земляничная весна")

Лестница всегда выдерживала нас, и нам казалось, что она никогда не подведёт. Надо заметить, подобная философия постоянно ввергает в неприятности многих людей и даже целые нации. ("Последняя перекладина")

— Я знала, что ты сделаешь что-нибудь, чтобы помочь мне. Ты же мой старший брат. Я знала, что ты меня спасешь. ("Последняя перекладина")

Так что я знаю: нельзя чересчур опекать детей. И себя жалеть тоже не надо. ("Бука")