Звезды - холодные игрушки. Звездная тень

Мы пленники совей судьбы.

В мирах несвободы, в мирах жестко ограниченных прав, в мирах вольной анархии -- всегда и всюду люди обречены страдать. Терять, искать, ошибаться. Причинять боль и терпеть муки. Мне нужно то, чего никто не в силах дать. Мне нужен рай, а рая просто нет.

– Петр, почему ты плачешь? Папа, почему он плачет?
– Он нашел больше, чем хотел, Дари. Это всегда больно.

Неужто там, на донце души, всего-то и есть, что страх одиночества и бесприютности, боязнь показаться таким, каков есть, готовность переступить через себя - и убить? Неужели я - такой?

Слишком далеко и слишком быстро мы прыгнули. Отправились искать других, еще не найдя себя. Нам ведь не место под чужим солнцем было нужно, не железный рудник на Луне, или урановые копи на Венере. Мы искали ответ. Искали путь. Константу, рядом с которой меркнут наши беды и проблемы.

А нельзя было уходить с Земли с этим грузом.

Власть даёт право принимать и жертвовать, но не избавляет от боли. Конечно, если это власть, а не тирания.

– Нет, Наставник. Точка выбора судьбы – это день, когда мир что-то теряет.
– Но ведь что-то и приобретает?
– Приобретает он только один путь. А теряет – тысячи. Как шар, помещенный на вершину холма. Шар там долго не устоит, он покатится. Его надо только чуть-чуть подтолкнуть. Зато, когда он начал катиться вниз, его так просто не повернешь.

Но мы не свободны, мальчик мой. Мы рабы. Мы слуги своей любви.

Курицу, несущую золотые яйца, не режут на бульон. Даже если она клюнет хозяина в руку.

Нечасто так бывает, что в чужом, совершенно незнакомом доме мгновенно начинаешь чувствовать себя уютно. Это и от хозяев зависит, и от самого дома… впрочем, дом – это лишь отражение хозяев. Более яркое и честное. Никакие слова и улыбки не помогут ощутить тепло, если вещи хранят холод.

Ну невозможно унифицировать человека! Ни в сторону дьявола, ни в сторону ангела!

Тот ли из нас человек, кто с рождения оставался в своем теле? Или тот, кто пытался быть человеком?

Ошибка – рассматривать человека только как тело, – говорил дед. Он умный. Он понимает… – Еще большая ошибка – рассматривать человека как память, как сумму знаний, как набор байтов информации. Если мы сделаем шаг и скажем, что личность определяется языком, – то будем во многом правы.

Все мы чего-то ждем. Устаем от ожиданий, проклинаем их и не можем, не можем отказаться от обольстительного дурмана. Звезды впереди, звезды над нами, целое небо звезд, полная река молока, всеобщая любовь, Великое Кольцо… оно же Кольцо Всевластья…

Очень легко доказать себе все… все что захочется.

Если бы люди умели вот так же притворяться! Если бы не превращали проступок в преступление, делали первый шаг навстречу!

Потому что поступать именно так, как хочется, и есть подлинное рабство. Рабство в самом себе.