Чемодан

Восемь вещей в потрёпанном чемодане. Восемь осколков прошлого: других работ, других людей, другой страны. Прошлого, в котором рассказчику довелось побыть фарцовщиком и камнерезом, фактурным Петром Первым и конвоиром. Его одаривали богемной курткой и трофейной шапкой, гоняли шестьсот ступеней за водкой, у него не принимали статьи. Он составлял речь для зека, возражал против эмиграции, не желал голосовать, вытирал пыль финскими носками и получал ботинком в глаз. Восемь предметов гардероба – и кадрами из кинохроники пронеслась целая жизнь.

Я думала, что нет ничего хуже Солженицына. Что ж, я просто не читала Довлатова.

Это шлак чистейшей воды. Отвратительный язык. Словно Довлатов сидит за бутылкой-другой в компании бомжей дяди Коли и дяди Миши и то ли вспоминает прошлое, покрытое алкогольным угаром, то ли выдумывает байки. Юмором здесь и не пахнет. Сатирой, впрочем, тоже. Отвратительная общая идея - тонна раздражения и ненависти к Советскому союзу и людям, живущим в той стране. Если ты сам добровольно выбрал для себя круг общения из пивной на углу, это твои проблемы. У него был пример перед глазами (вспомним рассказ про ровесника Андрея) интеллигентной успешной семьи, так ведь Довлатов говорит о них с истинной батрацкой ненавистью и презрением.

Подавляющая часть нашей «интеллигентствующей» эмиграций (особенно той, которая с гордостью считает себя политической) – политические проститутки. Довлатов – яркий пример. Ну, ненавидишь ты страну, в которой родился и живешь, так вали. Документы справить всего лишь дело времени. Нет, лучше мы будем изобличать явные и мнимые пороки гниющего тоталитарного строя, нарываться на запрет на печать, прогибаться под западное, бить себя в грудь «меня преследуют власти, меня боятся, я глас народа!», нарываться, как следствие, на эмиграцию, а уж там, за границей, резать всю правду-матку о сраной Рашке и загребать бонусы за подобную идеологическую антипропаганду. Или таки свалив из проклинаемого государства, сидя в каком-нибудь кабаке в полуподвале, потягивая французское вино, философски и с грустью рассуждать, что "Нет больше нашей прекрасной страны, господа! Похерили Россию-матушку чертовы коммунисты!"

У Солженицына было как: сто миллионов сидело, остальные пятьдесят – надзирали. У Довлатова слегка по-другому: сидели почти все, кто не сидел – обязательно пил. На завтрак, на обед, на ужин и вместо полдника. Нет нормальных людей, есть алкаши, воры, проститутки, идиоты и покойники.

Если это действительно его воспоминания, то мне его даже жаль: насколько же скуден духовно и эмоционально человек, если ему плевать на собственную мать, жену, а при упоминании развода не было сказано ни слова о ребенке. Насколько паршивый из него работник: заливает за воротник как последний алкоголик, не может выполнить с толком простейшее журналистское задание. И не надо говорить, что за охраной даже туалетной бумаги в госучреждениях стояла кровавая гэбня. Насколько же он ограничен, если считает, что только он один видит правду, а все остальные идиоты не только не видят ее, но и к нему не прислушиваются. И давайте уж на чистоту: какой нормальный человек будет перевозить за собой из страны в страну целый чемодан всякого мусора (добытого, кстати, незаконными путями).

Это такая морально-нравственная, литературная и историческая гадость. Это ни разу не Советский Союз. За воспоминаниями о советском детстве - к родителям. Здесь же - мужик, который никак не может успокоится и перестать исходить желчью по стране даже тогда, когда он ее благополучно покинул, двинувшись на любимый правильный Запад.

В результате у меня два вопроса. Во-первых, каким таким неведомым образом на это творение столько положительных отзывов? Во-вторых, какой неисповедимой логикой Минобра это и еще три текста Довлатова попали в список 100 книг, рекомендованных для внеклассного чтения школьникам?

За последние годы я несколько раз собирала чемодан. Да, совсем не так, как Довлатов, но это чувство «Что нужно взять в новую, совсем незнакомую жизнь?» мне более чем понятно. Потому что в такие моменты находишь себя посреди куч одежды, книг, приятных сердцу мелочей, и хочется запихнуть в чемодан все, чтобы ничего не забыть. Но хочется и не брать ничего, чтобы начать что-то новое.

В результате после долгих перелетов открываешь чемодан, и сам себе поражаешься, зачем взял именно эти вещи. И добрая треть чемодана так и лежит месяцами, больше не тронутая. А самые нужные, важные, памятные вещи остались за тысячи километров.

И ведь важен не сам чемодан или его странное содержимое. Важно то, что в этот чемодан ни за что не упихнешь. То, что невидимо, то, что всегда в твоем мысленном «чемодане»: опыт, любовь, тоска, желание не потерять себя.

«Чемодан» Довлатова — крошечный сборник рассказов о том, что оказалось в чемодане. Лирический герой собрал этот чемодан в эмиграцию, единственный из трех разрешенных. Чемодан был с ним с детства, был потерт, побит жизнью и перевязан бельевой веревкой. Его собрали, перевезли в другую страну и... не открывали несколько лет. А когда все-таки открыли, то в чемодане лежали: приличный двубортный костюм, креповые финские носки, номенклатурные полуботинки, офицерский ремень, поплиновая рубашка, зимняя шапка и шоферские перчатки.

И за каждой из этих вещей стояла своя история. Собственно, сборник именно об этих историях.

Как и всегда у Довлатова, это одновременно и смешные, и грустные истории про обычную, в сущности жизнь. Абсурдную? Да. Но в этой абсурдности и есть смысл. Пьянство, фарцовщики, служба в лагере, документальные фильмы — этой жизни бы с лихвой хватило бы на несколько человек, но вся она тут, в одном чемодане, между портретами Маркса и Бродского.

Довлатов-персонаж мне часто бывает не близок, но Довлатова-писателя я люблю. За его язвительность, за его честность перед собой, за те чувства, которые мне понятны и близки, но я не всегда умею их выразить. За то, что даже странность жизни смешна, важна и искренна. За это чувство тихой, светлой печали после прочтения.

"Дорогой Игорь! Если по каким угодно, эстетическим или коммерческим,
причинам Вам не захочется такую книжку издавать, то ни в малейшем
степени не чувствуйте себя связанным обещаниями и договорённостями"
(Из письма Довлатова издателю, 18 декабря 1985 года)
Книга прочитана еще полтора года назад, но вдруг сейчас поняла, что оценка "4" для неё недостаточна. Возможно, в те времена у меня была выбрана пятибалльная система без половинок, так как "Чемодан" Довлатова точно заслуживает большего. До сих пор прекрасно помню составляющее этого чемодана: костюм, носки, полуботинки, ремень, рубашку, зимнюю шапку и другие вещи. Главное, конечно, не сами предметы, а памятные рассказы о каждом из них. И что удивительно (время это подтвердило), эти истории дороги как автору, так и читателю - бывшему гражданину Советского Союза. Для Сергея Довлатова чемодан явился не просто вещевой частичкой оставленной страны, но и психологической. Каждый предмет одежды - это и частичка советской эпохи. Кто не помнит такое неотъемлемое понятие того времени, как дефицит? Но вещи "доставали" самыми разными способами. Вот такими неисповедимыми путями собралась и эта чемоданная коллекция.
"Креповые финские носки" - результат неудачной спекуляции, когда герой чуть ли не стал фарцовщиком, да прогорел быстрее, чем успел сбыть дефицитный товар, так как неожиданно этот продукт выпустила и лёгенькая советская промышленность.
Что-то можно было стянуть (если плохо лежит). Именно так достались "Номенклатурные полуботинки" - прямо из-под банкетного стола - высокопоставленный чиновник решил на время снять обувь, чем и воспользовался шустрый на руку герой.
Иногда работникам доставалась материальная премия, особенно, если это нужно было для самой работы или выполнения внештатных заданий (присутствие на похоронах, поход в театр с основной целью слежки, а никак не для любования игрой артистов на сцене). Это история "Приличного двубортного костюма".
Конечно, это мог быть и обычный подарок, как "Поплиновая рубашка" или необычный подарок, как "Куртка Фернана Леже".
У каждой вещи своя история, читая которые, можно вспоминать и собственные приобретения, пакуя личный чемодан.

В зале было пусто. Только у дверей сидел орденоносец Решетов, читая книгу. По тому, как он увлекся, было видно, что это его собственный роман.

Что вы можете рассказать о тех туфлях, что сегодня обули? Что они куплены в торговом центре неподалеку от дома с 50% скидкой? Или вот джинсы…добротный такой деним – привет с турецкого курорта?

У Довлатова же носки, ботинки, черный костюм, ремень, куртка, рубашка, шапка – это не просто набор вещей в старом чемодане, это яркие лоскуты воспоминаний в шкатулке памяти. Веселые и лиричные, добрые и грустные – какими бы ни были его истории, они очевидно хороши тем, что не несут ни злобы, ни зависти, ни страха. Бесконечная ирония, грусть, но такая, что проносится в сознании тривиальное, но такое обнадеживающее «ааааа где наша не пропадала!»)

Россию можно описывать разными словами, можно пытаться подбирать эпитеты о сложности русской души и жизни, о непостижимости характера, но все это будет не то, не передадут все эти иносказания образ нашего народа так, как это сделал Довлатов в своем рассказе .
Здесь просто на лицо психологический портрет.
Лица с изобретательным умом, ленивым телом и обреченностью в душе касательного того, что происходит в его жизни.
История жизни, которая укладывается в один чемодан и передает все, что вам нужно, чтобы понять хоть немного русского человека. Или же самому русскому человеку понять самого себя и ответить наконец себе на вопрос, почему же так хреново живется то в нашей стране?
Может ответ вас и не обрадует и не вселит веру в лучшее будущее, зато хоть что-то, да прояснит.
< - Что же ты, интересно, похитил?
Зек смущенно отмахивался:

• Да ничего особенного... Трактор...
• Цельный трактор?!
• Ну.
• И как же ты его похитил?
• Очень просто. С комбината железобетонных изделий. Я действовал на психологию.
• Как это?
• Зашел на комбинат. Сел в трактор. Сзади привязал железную бочку из-под тавота. Еду на вахту. Бочка грохочет. Появляется охранник: "Куда везешь бочку?" Отвечаю: "По личной надобности". - "Документы есть?" - "Нет". - "Отвязывай к едрене фене..." Я бочку отвязал и дальше поехал. В общем, психология сработала >

Разве можно было представить, что под конец года я успею открыть для себя не просто нового автора, а нового любимого автора?! Довлатов всегда проходил мимо меня, как, кстати и Буковски до этого года. Я видел его на книжных полках, но не имел ни малейшего представления о чем он пишет. Оказалось, что он просто великолепен. Вот только чем?

Самый популярный отзыв на эту книгу содержит в себе одну фразу, что в автора легко влюбиться. Я очень сложно себе представляю романтического героя из Довлатова. Смотрите, он неопрятный, огромный, неряшливый, бородатый, достаточно лишенный интереса к жизни журналист. В этой самой жизни было много прекрасных и интересных приключений, но из текста видно, что это скорее они его находили, а не он их. Поэтому, зная вкусы современных девушек, такой медведь скорее всего бы им не понравился. А вот как пишет и сами эти истории настолько хороши, что я на днях поеду на Крупскую и куплю себе его собрание сочинений в 4 томах. Так он мне в душу запал, что я просто не желаю читать его в электронке, так-то.

Истории его очень простые: как он пытался спекулировать финскими носками, как он актером пытался быть, как он делал скульптуру Ломоносова для открытия станции метро Ломоносовская, на которой я живу(!!!), как он заключенного перевозил, ну и как с женой разошелся.

Фраза в какой-то рецензии промелькнула, что Довлатов - русский Буковски. И она укрепилась у меня в мозгу до прочтения, а оказалось, что это совсем не так. Единственное, что их связывает, это безразличие лирического героя ко всему происходящему. Но Бук пишет о маргинальных слоях общества, в чем максимально хорош, а Довлатов о совке с другой, менее ура патриотичной стороны. Потому что он все таки мигрировал в Америку, с СССР у него не сложилось. Но вот по его историям, по его языку видно, что он скучал.

А со мной произошло странное: меня начала мучить ностальгия по совку! Хотя я там даже не жил! И родился уже в России, и какое мне дело до тех времен? А я не знаю. Вот она - писательская мощь!

Я советую прочитать книгу "Чемодан" всем людям, которым уже есть 18 или которые наслушались историй как я от родителей про 70-е и 80-е и понимают как там жили. Сам же я прочитаю все. Неважно что это будет. Если тексты его похожи по стилю, я не могу отказать себе в таком удовольствии.

«...Идеальное начало рецензии на «Чемодан» я представляю так: «Кучка эмигрантского барахла вырастает в книге Довлатова до символа бедной, великой, многострадальной России...» © Сергей Довлатов.

Итак, кучка эмигрантского барахла вырастает...

Довлатов, по собственному признанию, не писатель. Он даже точную формулировку вывел, согласно которой «рассказчик говорит о том, как живут люди, прозаик говорит о том, как должны жить люди, а писатель — о том, ради чего живут люди». Довлатов обладал несомненным талантом рассказчика с собственным стилем и умением ловко подмечать смешное.

«Чемодан» — сборник коротких рассказов, каждый из которых посвящен одной вещи из чемодана писателя, с которым он отправился в эмиграцию. Вспоминая о том, как попала к нему каждая из этих вещей, Довлатов рассказывает не только свою историю, историю не слишком удачливого советского писателя и журналиста (читай ленинградского оболтуса и алкоголика), но и рисует, как бы напыщенно это не звучало, портрет советской эпохи.

Читать Довлатова одновременно очень смешно и очень грустно. И грустно не только от самих историй, но и от этого, что успел Сергей Донатович крайне мало.

Случайная цитата:

Четыре страницы рецензий, и ни одной отрицательной. Пора значит написать первую)) Отсутствие критики не удивительно, потому что во-первых это сборник баек, а здесь главный принцип: "Не любо - не слушай, а врать не мешай", а во-вторых написано действительно отлично. Стиль, язык - на высоте, выстроено произведение красиво да и юмор присутствует: если не поржать, так усмехнуться можно в каждой главе, много узнаваемых деталей советского быта.
Но вот общий смысл, что в "этой стране" всё и все вокруг просто УГ, меня как-то не вдохновил. Ни одного нормального человека за всю книгу - только алкаши, неадекваты, а то и вовсе психи. Автор просто не хочет и не может увидеть ничего другого. Вот пример:
Дали ему задание написать статью про мать-героиню. Конечно, данные о них хранятся в самом глубоком подвале КГБ и охраняются призраком Железного Феликса, поэтому нельзя просто пойти с какой-нибудь собес и получить всю информацию: имя, адрес, достижения, моральный облик и т. д. А потом написать не про ненавистную систему, не "социально-значимое", а просто хорошую статью про хорошего человека. Наверное, таких не было. Автор проверил: опросил всех родственников и знакомых, и оказалось, что единственная мать-героиня в "этой стране" - пьющая дворничиха с кучей детишек от разных мужиков.
И тут же обратный пример - вот приятнейшая дама, просто современная Мэри Поппинс, организовала у себя на дому до того замечательный частный садик, что даже дети там никогда не болеют, но все хорошие начинания в "этой стране" разумеется под запретом.
Пойду-ка я мимо.