Тобол. Мало избранных

То ли эта книга просто пришлась на непростое время в моей жизни, то ли еще по какой-то неведомой причине, но судьбы основных героев мне были совершенно неинтересны, даже в той части, которая перекликается с реальными историческими событиями. В целом, конечно, читать было интересно, но даже какая-нибудь историческая монография про этот период пришлась бы больше по душе, чем "Тобол", особенно вторая часть. Любовные линии вообще раздражали до крайности, мешали сосредоточиться на сюжете.
А может, дело было в завышенных ожиданиях и некотором волнении из-за экранизации. Одним словом - книга мне была интересна, а читать, в процессе, было неинтересно. Такой вот парадокс.

Вторая книга романа "Тобол", в которой разворачивается, как мне кажется, основное действие. В первой нас больше знакомили с героями, с исторической и географической ситуацией, выплеталась потихоньку сюжетная канва, которая даже во второй книге поначалу вилась исподволь. Кое-что, что писала я о первой книге, прослеживается и во второй, но здесь еще начинает раскручиваться и пружина интриги, жестоко и неумолимо.

Сибирь - край неизведанных возможностей, а в 18-ом веке это было более чем. Еще скачут кочевники по степи, воюют, строят альянсы то с Россией, то с Китаем, попутно захватывая русских в плен. Этот узел из джунгар, китайцев и бухарцев, разматываясь, сможет указать на тайну губернатора. Но не она явится кульминационной. А его отъезд в Петербург за собой потянет цепочку событий, которых он как раз совсем не приветствовал бы.

Сюжетные линии, которые поначалу - в первой книге - мы не увязывали в одно: и сестер-остячек, у каждой - своя линия, и старика Ремезова с его конфликтом с самим собой и с детьми, да и с князем завяжут все в одну стройную и страшную историю. Страшную - потому что не обойдется без жертв и без крови. В которой пострадает и семья Ремезовых, и Григорий Новицкий, который сделает неожиданный выбор в угаре, и близняшки, и хитрый купец Касым, которого хитрость заведет дальше его собственного носа. И конечно, Гагарин. В этой части истории я увидела Петра, который мне совсем не понравился. И понимая мотивацию царя, все равно нельзя не содрогнуться от того, какими отталкивающими выглядят поступки царя.

А про Табберта мне особо хотелось бы сказать. Если в первой книге роль его достаточно неблаговидна, практически шпионская деятельность прослеживается в одном моменте, то во второй книге он показывает себя с другой стороны. Человеком, который видит, что происходит в России, только вчера еще бывшей звериным царством, и ему безумно интересны все происходящие процессы, и главное - люди. Конечно, Филипп Табберт фон Сталенберг напишет книгу о России, и мы даже сможем прочесть, хоть иногда то, что он напишет, будет выглядеть... ну что сказать, немец - он и есть немец. Да хотя бы и швед.

И еще про одного героя не хотелось бы умолчать. Про лес. Потому что лес остяков и вогулов - он как заповедный лес, порой непроходимый, с буреломами и своими тайнами. Это скорее живое существо, да и Алексей Иванов слишком хорошо определил его в нишу шаманских верований, мифов и сказок, страхов и да - волжбы и мистического волшебства, в котором даже русским в сопровождении Филофея, митрополита Тобольского, мерещились - а только ли мерещились? - исчезающие и появляющиеся деревья и двигающиеся силуэты. И поневоле - по тому, как Иванов ставит вопрос о вере, вере остяков и том, как все им привычное выдернули и выкинули - перед нами тоже встает этот вопрос - справедливо ли было уничтожать исконную веру этого народа.

И как всегда, исторический роман побуждал, несмотря на то, что вроде столько написано о временах Петра, к тому, чтобы познакомиться с тем, что происходило на окраинах России, да и с предпосылками кое-каких событий, и мне было очень интересно не только в романе почитать, но и на стороне. Вот кстати

Вторая часть романа показалась одновременно более интересной в плане раскрытия героев, но вместе с тем и более мелкой. Честно говоря, не увидела я в нем романа-пеплума. Не хватило масштабности. Хотя автор упоминает множество стран, мелких народностей... вообще поднимает много различных вопросов. Но какой-то центральной линии сюжета, общего направления действия я не увидела. Да, это неплохое жизнеописание различных людей.
Также немного напрягает мистическая составляющая романа. Если в первой книге еще можно было найти какие-то относительно логические объяснения, то тут автор "ушел в отрыв". Вместо исторического романа приходится читать фантастико-псевдоисторическое произведение. Когда это понимаешь, то воспринимать книгу становится легче. Все-таки к фантастике относишься несколько по другому, чем к другой литературе.
Резюме: прочитать можно, но перечитывать точно не буду.

Вот и прочитана вторая книга "Тобол. Мало избранных" из дилогии А. Иванова. Читая эту дилогию понимаешь, что ее автор безгранично влюблен в свою землю, в Россию.
События второй книги развиваются более динамично, становится больше событий. Очень интересно описывается жизнь местных народов - джунгаров, остяков. Через двух сестер - близняшек - Айкони и Хомуни - автор показывает мистическую веру остяков, с затаенным вздохом читается о том, как они чувствовали друг друга. Тут одновременно и мистика языческих богов, и мистическая связь самых близких друг другу людей.
Как и у Черкасова в его трилогии, Иванов очень подробно описывает старообрядцев, которые готовы сжечь самих себя, но не отринуть старую веру.
Очень много вплетений различных легенд, как например легенда о кольчугах Ермака. Одна из которых, якобы, была у остяков, а другая закопана в степи. И каждая из этих кольчуг дала возможность автору создать еще пару линий сюжета.
Очень большое количество персонажей, сюжетных линий, событий. Но в центре произведения все так же семья Ремезовых. Именно через главу семьи, старика Ремезова, автор показывает свою любовь к земле, к природе сибирской. И вроде бы вредный старик, резкий, неуживчивый, принципиальный, но жители Тобольска его любят. И это доказывает тот момент, когда его на руках, передавая друг другу, поднимают по заледеневшей горе, чтоб успеть к доктору, чтоб не умер от горя, чтоб спасти.
Немного показан и царь Петр. Царь, который мог поднять тебя из грязи до невиданных высот. И с тех же высот отдать тебя на казнь, если ты провинился. Первая часть начиналась с того, как Петр пинает окоченелый труп казненного, в конце второй части мы узнаем, что этот труп - один из всесильных людей "дней Петровых".
"Тобол" - очень масштабное произведение, исторические события и судьбы каждого отдельного человека. И, возможно, кому - то не понравится мистический налет, но разве можно без мистики представить язычество? Иванов показал колоритный и интересный мир XVIII века, полностью воссоздав дух того времени.
Если вы любите историю, то вы не имеете права пройти мимо этой дилогии.

Самое масштабное и захватывающее из прочитанного мною в последнее время (а может быть и за весь год). Я откровенно завидую тем, кто еще не прочитала этот роман, ибо впереди у них бесчисленное множество потрясающих приключений. Начиная с первой части, писатель завязывает массу сюжетных линий, умело заплетая на каждой из них узлы и узелочки, а как они развяжутся в финале, практически не удается предугадать.
Рассматривать вторую часть как отдельное произведение – бессмысленная затея, так как это единый текст, просто для удобства поделенный автором на два тома. И рецензию, по идее, надо бы писать ко всему роману целиком, а не каждой отдельной его части.
В первой половине второго тома очень много батальных сцен. Казалось, автор совсем забросил развитие линий, связанных с отношениями. Солдаты, пушки, шпаги, сабли, джунгары, кровь, скорбут, язвенная болезнь… Горы трупов. Нелепые и героические смерти.
Оборона купеческого обоза на Иртыше, когда наученные немалым жизненным опытом люди быстро соорудили «гуляй-город» - оборонное кольцо из обозных телег.
Раскольники по-прежнему стремятся вознести свой огненный корабль на тысячу душ на небо и им это почти удается. Они не собираются не перед чем останавливаться и отрезают для себя все связи с миром и пути к отступлению. Ведь бренная плоть, лишь оболочка для бессмертной души. Поэтому целыми деревнями они шьют себе одежды на смертный час и готовятся к сожжению.
Смерть в этой части случается так часто, что к ней даже как-то привыкаешь и начинаешь думать, кто же будет следующим. Иногда, когда смерть забирала самое ценное, герои переживали свое горе каждый по-своему глубоко. И невозможно было не переживать это же горе с каждым из них, с той же тяжестью в сердце, комком в горле и слезами на глазах. А потом вместе с ними продолжать жить дальше, но уже с застрявшей в сердце льдинкой.
Автору удалось создать совершенно аутентичный текст, чему я не переставала удивляться на протяжении всего изложения. Правда, зачастую было трудно продираться через дебри непонятных для современного уха слов, но это лишь добавило ценности написанному. Каждый из героев не похож на другого, каждому присуща самобытность и некая уникальность. Благодаря всем этим деталям в голове складывается настолько яркая картинка, словно не книгу прочитала, а посмотрела фильм, остросюжетный и занимательный. Героев, кстати, довольно таки много,но путаницы никакой не возникает, как это часто бывает в иных произведения, где они описаны весьма расплывчато.
А тут столько запоминающихся типажей. Один Семен Ремезов чего стоит (Семульча, как его назвала остячка Айкони). А Филофей, а Гагарин, Ваня Демарин, Ходжа Касым, Григорий Новицкий, Айкони, Епифания… Да еще множество других лиц в удивительном переплетении судеб. Как много еще скрывается тайн в сибирской тайге…
Впечатлившись Тоболом я пересмотрела также и некоторые интервью с Алексеем Ивановым и убедилась, что это писатель высокоинтеллектуальный, всесторонне развитый, любящий свое дело. Рада, что познакомилась с его творчеством и продолжу знакомство с его произведениями и дальше, чего рекомендую и вам.

Вторым томом «Тобола» Алексей Викторович Иванов завершает земную жизнь князя Матвея Петровича Гагарина, труп которого Пётр пинал в начале первой книги. Сцена казни позволяет немного выдохнуть и отложить в сторону книгу, которую так сильно ждали целый год и которая так оправдала возложенные на неё ожидания, предзаказ бумажной версии вперёд первых электронных книг и чтение до пяти утра.

Кажется мне, что Иванов пишет не только для российского писателя, и в этом, возможно, его главная заслуга — демонстрация того, откуда на Урале и за Уралом появились русские, чего им это стоило и почему это их земля. Само понятие Сибири у Иванова распадается на отменно выписанные составляющие. Это не просто страна зимы где-то севернее Небесной империи, это реки, озёра, тайга и степь, курганы и дикие звери, снега и дожди, духи, боги, предания, рыбы с бивнями и, конечно, миллионы человеческих судеб, великое горнило, пережигающее остяков и русских, джунгар и китайцев, эвенков, казахов, тунгусов, якутов и ещё бог его знает кого.

Обе части «Тобола» - это ещё и энциклопедия человеческих страстей, в которых каждый найдёт отсылки к собственным переживаниям. И, самое главное, - это великолепный исторический роман про Сибирь, пришествие русских в которую отлично описала уходящая в тайгу Айкони: «Земля очень, очень большая, везде разные реки, везде разные боги, и солнце везде светит по-разному… Но повсюду, повсюду — русские. Их убивают, они погибают от голода и холода, но всё равно идут, идут, идут».

Я не знаю, как там, а тут — в Чите - Иванов читается запоем ещё и потому, что это хоть и Тобольск с Тоболом, но князь Гагарин, Бухгольц, Семён Ульянович Ремезов и даже Даниэль Мессершмидт — без всех этих людей не было бы российского Забайкалья, и кажется, что ходили они вот по тем сопкам, которые видно из окна.

А вот и долгожданное (ну, не очень долго, но все же) продолжение. Я все еще ожидала подвоха от автора. А ну как сейчас кинет повествование во времени лет эдак на сто вперед и лишит меня встречи с уже полюбившимися героями? Но, слава богу, книга продолжилась там же, где и остановилась. И закрутилось все еще  сильнее, и понеслось вскачь. Разные люди, разные поступки, разная мораль, прощаемые и непрощаемые грехи.
Надо сказать, что в этом романе автор начал мне напоминать Клавелла. Конечно, размах чуть поменьше, но интриг и происков тоже хватает. Взять хотя бы крупную фигуру сибирского губернатора Матвея Гагарина. Ведь многое в нем соединилось, и привычка властвовать, и забота о своем кармане, и отчаянные попытки спасти свою шкуру, ради которых он уже не щадил никого, особливо мелкий люд в расчет не принимал, но были у него и царские замашки по постройкам в его городе Тобольске, по налаживанию торговых путей, по вспомоществованию при крещении язычников, по обживанию в Сибири пленных шведов. Слишком боясь за свою жизнь, а царь Петр был непримирим к воровству, он пошел на такие грехи, которые слишком сложно если не отмолить, то хотя бы простить человеческим судом. Конечно, на его фоне какой-нибудь правдолюбец в мундире, несгибаемый и неподкупный, смотрелся куда эффектнее, вот, кто действительно за отечество радеет! Но в том беда, что выдвини такого служаку на высокий пост губернатора, и, быть может, многого он бы не смог сделать. Ведь ему не только с солдатами пришлось бы иметь дело, а окунуться в самый центр смешения рас и вероисповеданий. Попробуй откинуть бухарцев, магометан всяких, и уже не будет хода к торговле, не будет мира со степняками. Вот и возникают подобные ситуации, для высокой должности надо иметь гибкий, хитрый, изворотливый ум, а не рубить напролом. А такой ум завсегда всякие лазейки и для себя усмотрит. Либо по своим интересам соблазнится, либо ради высокой цели на кривду пойдет.
Но не только на фигуре губернатора сосредотачивается роман. Описаны тут несколько шведов: каждый из них со своим характером, с разными устремлениями. Есть те, кто идет на предательство ради своей выгоды, есть тот, кто и в плену старается узнать как можно больше о чужой стране и этим принести пользу своему королю хотя бы в дальнейшем. Есть темные язычники, крепко держащиеся за своих богов и не желающих принять крест. А Феофил, хоть и мягко стелет, да жестко спать, готов гоняться за демонами по всей тайге, чтобы лишить племена их тотемов и оставить беззащитными, обречь на христианство. Есть вероломные джунгары с гордыми нойонами, они не прочь ввязаться в любую драку с превосходящими силами, чтобы захватить в плен русских или просто перебить их. Правда, крепости им брать куда как тяжелее, они привыкли сражаться в степи, на просторе, сминая массой, а, в случае неудачи, исчезая вдали на быстроногих скакунах. Что до неудачного похода, кроме подкупа, мыслилось мне, что неплохо было бы попытаться перенять опыт и у степняков. Ведь они не мерзли в своих юртах, не нуждались в дереве для отопления жилищ, им не досаждали вши, скорбут и язва. Так ли уж стоило поглядывать на них свысока и продолжать гордо вышагивать в красивых мундирах. Ведь немало людей побывало в плену у степняков, они тоже многое могли бы порассказать об их обычаях.
Интересна и фигура Семена Ремезова, кстати, тоже реальная. Человек, увлеченный книгами, старавшийся как можно больше историй собрать и записать о своем таком холодном и неприютном крае, составлявшем его карты, а дело это было непростое, опрашивались свидетели, показания их сильно разнились, и карты были весьма приблизительные. Это позже уже юные геодезисты проводили более точные измерения. А если учесть, что далеко не все в Сибири жили верой и правдой, были там каторжане, были раскольники, которые предпочитали таиться от властей, то и с карт, и из ведомственных бумаг частенько исчезали целые деревеньки, которые вроде как и были, а вроде как и не было их. Большое количество книг Ремезов собрал у себя в доме, часть сам переписал (или написал), переплел. Но это считалось его хобби. Работой же своей он почитал архитектуру, возведение соборов и мечтал о построении Кремля. Не было у него на то особого образования, но упорством и упрямством своим он двигал любимое дело и украшал свой город.

Во многом данное произведение походит на продолжение другого романа Алексея Иванова «Сердце пармы» — если отстраниться от конкретных персонажей, происходит все то же самое: шаманы камлают, православные священники крестят язычников, религиозные фанатики жгут себя, степняки нападают... Реальные факты (в фактологию тут можно нырнуть и не вернуться) переплетаются с умело вставленными элементами мистики, и все вместе это погружено в какую-то особую кровавую реальность. Но самое важное — что главным героем здесь являются не люди, а сама Сибирь.

Автор сплетает свой сюжет из множества отдельных нитей, создавая грандиозный узор сибирской жизни. Но и его постепенно скрывают под собой потоки крови. И если в первой части Иванов по большей мере развешивает и заряжает ружья, то во второй оные оглушительно выстреливают, и нарратив начинает напоминать уже не цветистый ковер, а сильно поредевшую колоду карт. В какой-то момент начало казаться, будто на руках у Иванова осталось уже слишком мало козырей, чтобы он сумел еще чем-то удивить, однако он умудряется даже в таких условиях несколько раз составить неожиданный расклад, попутно вытаскивая пару тузов, которые будто бы уже давно ушли в отбой.

Порадовали живые и в массе своей неоднозначные действующие лица, почти все вызывающие эмоциональный отклик, ну или хотя бы желание, чтобы этого гада поскорее придушили где-нибудь в темном уголку. Большой объем сочинения позволяет выстраивать длинные многоходовочки и долгоиграющие интриги. Да, иногда автору приходится вручную сводить концы с концами, сталкивая двух персонажей лбами на необъятных просторах Сибири и своего текста, а взаимоотношения героев порой начинают ощутимо отдавать санта-барбарой, а однажды даже вылезают чисто хоррорные клише, однако в целом книга не перестает быть увлекательной. Особо хочется выделить вкрапления не то мистики, не то магического реализма: различные загадочные и необъяснимые события органично вплетены как в ткань повествования, так и в мировоззрение персонажей, дополняя и оттеняя общее мироощущение. Разве что окончание линий судьбы отдельных действующих лиц могут показаться обрубленными в рамках романа, но ведь описание одной жизни невозможно закончить, если только вечным покоем, можно лишь вдруг уметь расстаться с ним. Да и история всего региона, как уже было отмечено выше, здесь важнее бытия отдельно взятых людей.

Так же радует отличный язык и разнообразные пейзажно-описательные вкусности. Кроме того, чтобы придать веса тексту и дать читателю почувствовать, что он не просто так тратит время на развлекательное чтиво, автор периодически вставляет многообразные не самые тривиальные размышлизмы и философствования. Мне, например, очень понравилась отсылка к одной из известнейших библейских цитат, тем, что хоть ссылаются на нее очень часто, не припомню, чтобы хоть раз встречала ее в таком или близком истолковании:

Кроме того маленьким бонусом лично для меня стал онлайн-курс по истории и культуре Сибири, совершенно случайно просмотренный аккурат перед чтением этой книги, т.к. тут нередко упоминаются различные географические места и архитектурные памятники, которые оказались уже мне знакомы, и в голове сразу возникало изображение конкретных местности или здания.

Подводя итог, «Тобол» — это высококачественная профессионально написанная беллетристика, за чтением которой можно приятно провести время, если не предъявлять неоправданно завышенных требований к психологизму, историзму etc., а просто получать удовольствие, внимательно рассматривая это щедрое на детали масштабное полотно о жизни России XVII века.

Знакомилась с данным сочинением в аудиоварианте в великолепнейшем исполнении Ивана Литвинова. Чтение мастерское, но особенно меня покорил Семен Ремезов, и без того самый яркий и колоритный персонаж, костерящий всех вокруг, получился еще более живым и обворожительным. Отчаянно рекомендую!

Большая не только по объёму книга. Я пишу о двух томах, как о единой книге. Она как огромная панорама: много людей, много природы, много событий, много архитектуры, много политики. Это история жизней тобольского главного архитектора и его семьи, тобольского губернатора, пленных шведских солдат и коренных жителей Сибири, во время правления Петра Первого.
Неожиданна для современного большого романа такая тематика. Всё-таки писатель пишет, а издательство издаёт в расчёте, что книга будет покупаться и коммерчески оправдается. Я не купил бы её, если бы не услышал восторженных отзывов. И теперь верю, что книга будет успешна и с коммеческой точки зрения тоже. А уж как художественное произведение это однозначно достижение и культурная ценность.
Меня увлекли события, я восхищался речью людей, всеми оборотиками и остроумными хохмами, иностранными заимствованиями и архаизмами.
Пожалуй многовато мистики. Но ведь люди так и жили. Для них это была субъективная реальность, и мне понравилось, как аккуратно автор ходит по грани, отделяющей «много» от «чересчур». И он показывает очень выпукло такую идею, что каждое религиозное переживание субъективно реально, хотя религиозные пепеживания одного человека могут отрицать или осуждать религиозные пепеживания другого. Борьба между точками зрения и самими религиями возможна, и даже неизбежна, потому что обусловлена противоречиями между ними. А побеждает не самая удобная. И не самая чудодейная. И побеждает не всегда.
Борьба Христианства и язычества, легитимного Православия и Старообрядчества, борьба за выживание в Сибири Ислама показана как-то честно. И национальные характеры (опасная в наше агрессивно толерантное время тема) изображены смело и ярко.
Может показаться, что одной из основных тем этой книги является коррупция. Но это скорее одна из национальных, и как выясняется, межнациональных, да просто человеческих черт.
Для меня эта книга про терпение. Возможно, для кого-то эта книга окажется про любовь, или про патриотизм, или про веру, или про ту же коррупцию. Но мой лейтмотив в этой книге - терпение. Терпение во взаимоотношениях, и в невзгодах, конечно, но прежде всего, всё-таки, именно во взаимоотношениях. Способность принимать причуды и боль от любимого человека в надежде когда-нибудь, может быть помочь ему. Просто ждать, понимать, принимать и любить, даже когда тебя отталкивают. Если любишь. И то, что сейчас называется токсичными отношениями тоже показано, во всей красе.
Пожалуй, для меня многовато восточной геополитики. Вся эта дипломатия и борьба между Китаем, Тибетом, монголами, джунгарами и другими народами, и конечно русскими, разобраться в которой, со всеми именами, званиями и сложными родственными отношениями совершенно нереально - всё это проносится сквозь сознание сокрушительным вихрем. Хотелось бы эту историю немножко упростить, а весь «технический материал» вынести в примечания. Но как-то я одолел и это, и общего положительного впечатления не утратил.
И ещё. Конечно, «Тобол» - это про Россию. Про наше российское барство и хамство, про широту души, про мистицизм, фанатизм, и снова, и во всём про терпение.
В-общем, «Тобол» большая книга для любителей больших книг, современная, увлекательная, умная и, как любая талантливая книга - долго не отпускающая. Спасибо Автору. И да, маркировку 16+ я бы поставил.

Честно говоря, никогда не понимала, как можно писать рецензии на вторые и третьи части книг: либо уж про все сразу в конце, либо про самую первую, а дальше все и так понятно. Но для "Тобола" сделаю исключение, потому что он действительно исключителен. Я уже писала раньше, как удивилась, узнав, что "Географ глобус пропил" это тоже книга, написанная Ивановым, потому что это не просто разная стилистика, это как будто две книги писали два разных человека. Примерно то же самое ощущение оставляет и вторая часть "Тобола". Если первая была настоящим романом-пеплумом, охватывающим широкие пространства и описывающим исторические события, то вторая уже ближе к классическому определению исторического романа, где даты и эпохи - только антураж. Здесь все сфокусировано на людях, эмоциях, чувствах и фикшн занимает гораздо большую частью, за что, вероятно, Иванов и был порицаем теми, кто называет его книги "лубком". Как бы то ни было - мне обвинить его не в чем, "Тобол"- прекрасен, Сибирь, описанная рукой Иванова, пленяет своей мощью, а когда я летом отправилась в отпуск в современную Сибирь, то мне еще раз довелось вспомнить про эту книгу и ее героев.

В поселке Листвянка, расположившемся на берегу озера Байкал, есть одна популярная достопримечательность. Это Музей Иркутского научного центра Сибирского отделения Российской академии наук. Он посвящен эволюции и развитию озера, то есть в каком то смысле сугубо биологии и геологии, но Байкал никогда не существовал отдельно от людей, а потому есть там и история его освоения вместе с освоением Сибири. Вот там, среди копий старых карт нашла я и такую:

В этот момент С. У. Ремезов перестал быть для меня одним из сонмища неведомых картографов, чей труд, несомненно, важен, но которые от этого не перестают быть безличными комбинациями букв. Спасибо за это стоит сказать именно Алексею Иванову, потому что свои карты Семен Ульянович рисовал у меня "на глазах" на протяжении всех двух книг, он мне хорошим знакомым стал за это время. Я не знаю, насколько велик вклад Иванова в историю как таковую (склоняюсь к мнению, что его нет вовсе), но такие книги нужны хотя бы для того, чтобы эта история перестала быть просто намалеванной на фанере картинкой и превратилась в нечто более осязаемое.