Двор

Особенность этого романа в том, что сам автор не дает ровно никаких оценок, он просто рассказывает, беспристрастно и непредвзято. Читатель сам может делать выводы, и не исключено, что кто-то прослезится над сентиментальными эпизодами, а кто-то будет весело хихикать…

Это история об одном одесском дворе… И читатель начинает улыбаться. Потому что Одесса обладает какой-то особенной магией, а одесский юмор нравится всем, даже тем, кто высокомерно поглядывает на этот суржик.

Но мне совсем не хотелось улыбаться, читая эту книгу. Хотя и Одесса там есть, и говор есть, и хохмочки одесские есть. Но только не смеяться впору, а плакать. Потому что Одесса - это только большая капля, в которой отражается вся страна, это просто обыкновенная жизнь обыкновенной страны, и мы видим, как постепенно простые мирные граждане попадают под магическое влияние партийных демагогов и здравый смысл уступает демагогическим лозунгам, и вот уже весь двор голосует за выселение напившегося тачечника Ионы Чеперухи

Какой там смех, грустно от этого. Умный ехидный инженер Лапидис не мог не попасть в поле зрения бдительных органов и жители двора, добрые соседи противореча себе, наперебой жалуются молодому симпатичному мужчине в фуражке с малиновым околышем, какой был вредный этот Лапидис, припоминая мелкие дворовые обиды и обидки. Можно только догадываться о судьбе «вредного инженера». Исподволь, незаметно жители двора теряют право на какую-либо независимость и индивидуальность, все регламентируется бдительным оком «правильного» Ионы Овсеича Дегтяря, вполне овладевшего партийной риторикой. Хотела написать "из разных личностей формируются штампованные солдатики", но пожалуй, это не так. В том то и изюминка романа, что нет в нем однозначных персонажей. А еще в том, что в романе почти нет вышестоящей власти. Все идет снизу. Сами доносят друг на друга, сами каются и просят прощения. Не румынские оккупанты расстреляли семью Сони Граник с детьми, сами жильцы донесли на еврейку. И сами же спрятали третью дочку, Лизоньку. Сами благородно выбили многодетной семье общественное помещение и сами же писали доносы ради квадратных метров.

Так мелкие историйки приобретают силу исторического обобщения. И вопрос «Как сформировалось наше общество?» уже не стоит. Книгу полезно почитать как … нет, не учебник. Как хрестоматию нашей жизни. Книга завершается мартом 1953 года, но впереди еще третий том...

«Двор» очень мил, говорит языком моего детства.
(«Купишь себе корову — построим для нее гараж на чердаке»)
Но как же я рада, что выбралась оттуда!
Нет, не в смысле эмиграции. Я тут скучаю по Одессе, куда мы ездили каждое лето и жили на Заславского угол Чкалова (кажется, обе улицы переименованы), ходили пешком в порт, гостили у тёток на Большом Фонтане, объедали у них вишни и как-то обнаружили на чердаке сундук с книжками. Там был Жюль Верн!
А обрадовалась я тому, что покинула тот мир стукачества и лозунгов, веры в победу коммунизма, отсутствия личного пространства, цитирования речей вождей, внимательности к каждому слову, своему и чужому, кухонных шепотков и беззакония. «Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне», - прочла я как-то у Друниной (моё любимое стихотворение на эту тему). Перефразируя её: тот, кто сегодня говорит, что в СССР человек был свободен, тот ничего не знает о свободе.
Тема «особенного состояния бдительности» человека конца тридцатых-начала сороковых годов — всё-таки не главное, а, скорее, фон замечательной книги Львова. В центре внимания автора находятся человеческие отношения, семья, воспитание детей, вопросы совести и морали, например, не позволяющей человеку, отработавшему смену, взять подработку на дом, чтобы не прослыть кустарём и... кем там ещё? Ох, как сложно снова вложить себе в голову этот странный склад мыслей, целиком состоящий из трудов теоретиков социализма!
И когда умного, уважаемого соседа забирают, всем становится грустно: и как это коллектив давно уже не разглядел в нём шпиона?
Как наши деды выкрутились - не пойму. Неужто я, как и многие, потомок приспособленцев и стукачей? У других ведь шансов не было.
Зато юмор у автора замечательный. Как у Бабеля, я считаю, даже почти как у Жванецкого. Смеешься и сердце разрывается от горя.

Роман про строительство коммунизма в одном отдельно взятом одесском дворе и роль коммунальной кухни в этом вопросе. Книга перенасыщена бытовыми подробностями, но при этом довольно условна. Скорее притча, чем реалистичное полотно. Прочла (прослушала) только две части (оканчивающиеся смертью Сталина и написанные еще до эмиграции автора), но к концу, мне показалось, жанр сдвигается. Главный герой угасает вместе с вождем и в нем явственно проступают демонические черты. Окружающий мир как бы предчувствует оттепель и выталкивает из себя героя. И это разочаровывает. Потому что основное достоинство книги, на мой взгляд, как раз в том, что демонов-то никаких и нет. Обычные люди. А самые страшные из них как раз самые человеколюбивые и самые увлеченные. Если где и проходит черта, то скорее не по доброте, и даже не по убеждениям, а по индивидуализму и коллективизму. Регулярно проигрывают пытающиеся жить своей, отдельной от коллектива жизнью, желающие уединиться в своей квартире, в своих мыслях. То, чего коллектив не понимает, не имеет права на жизнь.

Очень жалко, что во второй части герой откровенно закладывает своих соседей органам. Особая прелесть для меня была как раз в том, что хороший человек ни на кого никуда не стучит, он просто борется за свои убеждения, делает мир лучше, а несогласные с ним исчезают один за другим как бы сами собой (повествование в романе начинается 36-м годом). Но главное, конечно, "народ": евреи и русские, пролетарии и кустари, пьяницы и инженеры. И даже раскаявшаяся проститутка. Все они описаны довольно лубочно, но наглядно показывают, "как такое было возможно" и как будет не раз еще возможно вновь.

Прослушала в исполнении Николая Козия.

О чём этот роман?
Об Одессе? О коммунизме? О советской идеологии?
В первую очередь, это роман о психологии людей, живущих в особом, новом для всех времени, которое перевернуло всё с ног на голову. Однако люди остались теми же.
В начале романа перед нами предстаёт несколько семей, два десятка героев, которые проживут (не все, но большинство) вместе с читателем около 15 лет, повзрослеют, постареют, пройдут войну, НКВД, выборы, бытовые дрязги, смерти и предательства.
Постепенно на главный план выходит один из центральных героев. Это человек, отлично умеющий манипулировать людьми, который как паук плетет свою паутину и встревает в каждый вопрос не ради выгоды, но ради ощущения власти. Только ради этого чувства он создаёт преграды там, где ему, на самом деле, нет никакого интереса. Просто потому что он не может позволить, чтобы кто-то осмелился поступить по собственной воле. И всё это под личиной советской идеологии, которую выворачивают и так и эдак в угоду сложившейся ситуации. Люди, в большинстве своем, безропотно ведутся и идут за этим лидером. Те немногие, кто осмеливаются противостоять, хотя бы в мелких вопросах, скоро исчезают ночью после приезда воронка. Кто-то пытается покончить жизнь самоубийством, но и это не вызывает сочувствия, а становится причиной насмешки и новых интриг, так как такой человек никогда не признается в том, что он стал причиной чужого несчастья.
Также в книге отлично представлена психология людей, которые вначале страдали от пагубной деятельности человека-паука, а затем сами стали на его сторону и стали действовать в его стиле, терроризируя, доводя людей. Делается это ради желания угодить, выслужиться, завоевать доверие, и в конце, сами верят во всё сказанное.
Это роман о людях, сломленных, покалеченных физически и морально, прошедших тяжелое испытание войны, лагерей, плена. Но даже после этого ужасного военного ада они вынуждены жить в чистилище мелкого манипулятора и диктатора. После увиденного на войне люди прозревают и начинают понимать всю несправедливость ситуации, но деваться им некуда, и это самое страшное. Возможно, во двор придут изменения после смерти главного героя, которая так неслучайно совпадает со смертью главного диктатора страны.
При чтении бросалось в глаза особенно то, как из людей выжимали всё, что было возможно выжать, во имя новой идеологии. Встаёшь в пять утра, чтобы идти на завод на смену? Выкладываться на 100% мало, работай на 150, на 200%! После работы иди домой, работай на стройке нового форпоста, который в угоду местным райсполкомам, комитетам и т.д. решил сделать местный актив. После стройки иди на изучение "гениальной работы Сталина по экономической ситуации". Затем выдержи пару собраний, где, если ты скажешь что-то против, тебя будут высмеивать, а потом строить козни. Домой идешь под пристальным взором всего двора, который знает о тебе всё и вся. Дома не вздумай пользоваться электроприборами, так как на следующем собрании тебя обвинят в том, что ты как барин на собственной усадьбе. Есть свободное время? Ах ты лентяй и лежебока! Лишь бы на диване лежать! Иди сажать деревья!
Зарабатываешь деньги? Дай заём государству. Дал на заводе? Дай заем во дворе. Работа -это же одно, а во дворе ты вон сколько времени проводишь. Дал? Мало! Подпишись на еще заем. Платишь за коммунальные услуги и уборщицу? А вот и нет, сам убирай подъезд и сам делай ремонт. Государству надо помогать. И ведь никуда от этого не было деться. Поколения, родившиеся гораздо позже, это понимают с трудом.
Замечательный роман, который будет вспоминаться и в нашей современной жизни.

Литературная эпопея о том, что в любой социальной группе всегда есть субъекты, которые с абсолютной уверенностью в правоте собственных действий отравляют и разрушают жизни других, не понимая низости совершаемого и ничуть не раскаиваясь в содеянном.

Другие пытаются лавировать, адаптироваться, "как-то крутиться" в стремлении жить тихо, мирно, спокойно, по возможности помогая нуждающимся в том же.
Попытки эти не всегда удачны, ибо облечённые хотя бы мизерной властью делают всё возможное для её демонстрации.

Самоутверждение на тех, кто слабее, кто зависим, всегда было любимой игрой амбициозных самовлюблённых нелюдей, мнящих себя неоспоримыми хозяевами не только своих, но и чужих жизней независимо от исторического периода, места и персонажей, правящих этим пространством.

Можно, конечно, спустя десятилетия пенять на порядки там и тогда, на политику "верхов", на потакание подлости "оттуда", сверху.
Но суть-то в другом: всегда, везде, при любом режиме, при любых условиях жизни были и есть те, кто вредит остальным, находя поддержку у "самих", занятых тем же, но в гораздо более крупных масштабах.

Если смотреть не столь глубоко, книга об одесском дворе, о том, как умудряются жить рядом люди разные по многим критериям.
Некоторые вызывают сочувствие. Особенно Анна Котляр.
Другие - другое.
Атмосфера вынужденного сосуществования передана очень хорошо. Как и атмосфера прекрасного города у моря.

Качественная трилогия, надо читать.
Или слушать.
Николай Козий озвучил текст прекрасно. Интонации, дыхание, паузы - всё уместно и своевременно.

Не пошло и не зашло. Вспомнился в связи с этим похожий по впечатлениям случай: приезжает в Одессу один из наших, эмигрировавший ещё в 90-е. Лет 15 не был на родине. Ведут его в модный одесский ресторан, стилизованный под дачу 60-х, здание историческое, все аутентично. Персонал с гордостью все показывает и рассказывает, а посетитель слушает это все с лёгким недоумением и в итоге резюмирует: "И чем тут восторгаться? Была у меня такая дача. Наружная проводка, сортир во дворе, все просто и примитивно, ничего хорошего в этом не было, только что молодые были. А так даже вспоминать не хочется. Жили очень плохо." Чем восторгались, так и не понял.
Так и с Двором этим. Те же эмоции.