A Prayer for Owen Meany

Это было очень долгое чтение, причём даже перечитывание, но о первом опыте прочтения я не помнила вообще ничего, кроме концовки. Книга, к которой у меня больше вопросов, чем ответов.
Зачем было писать именно так? Так долго, подробно, с бесконечным количеством повторов, с забеганием вперёд, возвращением назад, зачем так много сексуализированного подтекста, при том что потом выясняется, что персонаж девственник (может, это и ответ?), почему главный герой такой никакой... О чём эта книга, о религии, об Америке, о рефлексии над тем временем, о литературе вообще? Ну, тут я полагаю, всё в совокупности.
Главный герой, чьё имя постоянно забываю, но, кажется, Джонни — насколько я понимаю, прям одно из максимально стандартных американских имён. Он потомок такой небедной, зажиточной, почти аристократичной, если так можно выразиться по отношению к американцам, семьи, которая проживает спокойно в тихом маленьком городке. У Джонни есть друг — Оуэн Мини, необычный мальчик с необычным голосом. Джонни не знает, кто его отец, но у него есть прекрасная мать. Мальчики растут бок о бок друг с другом, происходят разные СОБЫТИЯ, Оуэн становится всё более и более особенным, он знает, что у него есть особое предназначение. Оуэн основное действующее лицо, он всё время пытается помочь Джонни узнать его тайны, вообще постоянно помогает со всем, сам Джонни просто... есть. И вся книга — это в некоторым смысле мемуары Джонни. Но даже я, зная о Библии только достаточно общеизвестные факты, сама я до Нового Завета так ни разу и не добралась, в общем, всё равно я улавливаю намёк на то, что Джонни, как апостол Оуэна, описывает его жизнь. Мальчики вырастают, происходит Вьетнам, и вот политическая часть с обсуждением Америки это ещё одна важная часть текста помимо религиозной составляющей. И наконец в настоящее время наш главный герой является учителем литературы, и это ещё одна звучащая тема.
С одной стороны, думаю да, эта книга во многом именно рефлексия поколения. Я не знаю, насколько главный герой является автором, и как вообще сам автор относится к своему персонажу. С одной стороны как будто бы это несчастный потерянный молодой человек, который ничего толком не сделал со своей жизнью, он будто всё время шёл по тропе, проложенной для него Оуэном, а потом самостоятельно не смог сделать уже ничего. Зато он постоянно критикует и обесценивает всё, что пытались сделать другие, те же акции протеста против войны во Вьетнаме Джонни называет бесполезным потаканием своему Эго, необходимостью почувствовать себя значимым, хотя на самом деле никакого смысла и результата в этом не было. И я понимаю его взгляд, провожу невольные параллели, так сказать. Но в то же время звучит как зависть человека, который никогда не мог чем-то настолько возгореться, чтобы делать что-то вне зависимости от того, насколько это имеет практический смысл. Впрочем, не то чтобы я последнее считаю слишком уж положительным. Увлечённый человек может и всякое дерьмо творить, не думая о том, что именно он делает.
Короче, а с другой стороны Джонни обычный нормальный чел. Не так уж он и несчастен. Ну да, у него так и не склеилось с женщинами. Но он живёт там, где ему нравится, любит свою работу, у него есть церковь, есть близкие люди, хоть их и немного. Но да, он всё ещё полон гнева, не простил, не отпустил. Я не уверена, что именно он не простил и не отпустил, но я думаю, своё вот это одиночество. Без Оуэна, и без своей страны, которую он так ненавидит, но принять свою новую страну, как свою, тоже не может. Так что да, скорее всё же несчастен, чем нет.
И про сомнения в религии. Книга всю дорогу ведёт двойственно. Мы можем верить, что Оуэн особенный и избранный Богом, а можем, что нет. Но конечно всё похоже на чудо. Мы ещё готовы поверить в чудо, которое имело место много столетий назад, но поверить в чудеса современный рациональный человек не то что не может, но ему трудно. Даже если это священник. Много про сомнения в вере. А ещё меня повеселило)) Там есть эпизод, когда Оуэн и Джонни сидят вечером в сумерках и обсуждают, мол, Джонни, как ты думаешь, статуя сейчас стоит там же, где обычно. Ну, конечно да, стоит, она же там была днём. Но откуда ты знаешь, ты же её сейчас не видишь? Это мне очень напомнило незабвенное ДМБ "Ты суслика видишь? — Нет. — А он есть"))) Про сомнения в вере и веру.
В общем, подводя итог, я думаю, книга правда глубокая и хорошая, но я думаю что она гораздо более интересна и понятна будет американцам, чем нам, но на самом деле много, много чего знакомого и общечеловеческого, просто форма подачи очень американская, про их историю, их символы. И читать таки тяжеловато.

По-моему, невозможно не встрескаться по уши в гипнотизирующую, остроумную, чуточку непоследовательную манеру повествования Джона Ирвинга, сколь бы часто он ни отвлекался на излишне детализированные лирические отступления. Биографический водоворот по кличке "Оуэн Мини" засасывает с головой и вырваться не дает до самой последней из этих семисот страниц. Уймища разномастных, отлично проработанных и запоминающихся персонажей передает читателя из рук в руки и дружно притворяется, что это вовсе не театр одного актера - того самого вынесенного в название харизматичного карлика с ПРОТИВНЫМ ГОЛОСОМ, который всегда звучит, как будто ему поперек горла встал капслок. Случайная смерть матери рассказчика по воле бейсбольного мяча, отбитого Оуэном (это не спойлер, это первое же предложение; а еще - привет, Робертсон Дэвис), ничуть не мешает им оставаться лучшими друзьями, и, повествуя о своей жизни в местечке с дивным названием Грэйвсенд, Джонни не перестает оглядываться на своего товарища - человека уникального во всех смыслах слова. Ну, или не очень-то и человека, если посмотреть на все эти прозрачные сравнения Оуэна с Иисусом нашим Христом. Божественные темы тут вообще завязаны сложным клубком метафорических комментариев о вере, сомнении, религии, свободной воле и предначертании, и концовка не то чтобы проливает свет на некую однозначную позицию автора, поскольку, при всей своей безусловно мистической начинке, она все-таки состоит в прямой зависимости от раскрученных винтиков в кое-чьей голове (а для того, чтобы в одиннадцать лет прийти к выводу, что ты инструмент Бога, винтики должны едва ли не вываливаться наружу). Впрочем, это роман с того рода христианской подоплекой, которая встанет поперек горла разве что совсем воинственным атеистам (мне вот не встала): другие местные темы и мотивы, структура, герои, язык и отдельно взятые безупречные фрагменты вроде школьной рождественской постановки, которую Оуэн подминает под себя, способны более чем скомпенсировать потенциальную неудобоваримость одного из элементов. В особенности же после этой книжки я хочу чучело броненосца и чтобы было с кем практиковать БРОСОК за четыре и менее секунды - слишком уж дразняще-живописно тут изображена картина истинной крепкой дружбы, которая в галерее моей жизни пока что-то так и не появилась.

Не знаю, что меня дернуло выбрать именно эту книгу, название и аннотация которой содержали не просто прозрачные намеки, а конкретные предупреждения о религии, к которой я имею достаточно настороженное отношение, а, в следствие этого, скудные познания (или наоборот).

Я понимаю, что хотел показать автор, и не понимаю. Я понимаю, каким образом Оуэн стал героем. Но не понимаю, каким образом он им был.

В конце книги все действительно складывается в картинку. «Предназначение» объясняет символы, события, объясняет самого главного героя.
Но отбросим эти последние 5% книги. Заберем или изменим финал и что мы получим? Обычного парня с необычной физиологией, который из-за невежества и глупости родителей возомнил себя кем-то, кем на самом деле не был (по крайней мере, по моему скромному агностическому мнению). Критикан с дурным характером, который ставит себя выше других только потому, что они ниже других. Голос, который так привык привлекать к себе внимание вслух, что ДАЖЕ ПИШЕТ ТОЛЬКО ЗАГЛАВНЫМИ БУКВАМИ.

«Финал был таким, его нельзя отбросить» - возразит кто-то. Но здесь возникает другой вопрос. Можно ли давать оценку прошлому по тому, к чему оно в итоге привело? Возможно. Но можно ли давать оценку настоящему по тому, к чему оно приведет в будущем? Можно, но только если ты знаешь это будущее. По этой причине я понимаю Оуэна и не понимаю остальных. Ведь для Оуэна все просто – он знает. Он знает, что будет героем. Он знает, когда это произойдет. Он знает, как это произойдет. Он знает (или думает, что знает) где это произойдет. (Знает? Или верит? – эти сомнения мучают автора и всех героев книги все время). И делает то, что должен.

Но остальные не знают. И здесь я не могу пояснить такую любовь к Оуэну окружающих. Хотя… возможно, просто Джон вспоминает все именно так через призму своей любви к Оуэну и с учетом его подвига. Джон… Уилрайт или Ирвинг?

Фатализм, о котором все пишут, здесь какой-то не настоящий. Удивимся ли мы тому, что, имея путеводитель и следуя ему, мы придем в место назначения, на которое нам указали? Или все же больше фатума в том, чтобы не знать, куда идешь, но прийти в назначенное тебе место, каждый раз выбирая дорогу, казалось бы, наобум?

Автор рассказал больше, чем нужно знать. Но не нам. Ему. Оуэну Мини.

Ближе к финалу (на самом деле, было прочитано 83% - я не могла не смотреть, сколько же еще осталось) у меня мелькнула мысль о кинематографичности книги. Я прямо видела, как из всего этого получится фильм, нечто среднее между «Великаном», «Форрестом Гампом» и «Памятной прогулкой» (все эти цитаты из Евангелия были бы отличным фоном - никто бы не вслушивался в текст, но звучало бы умно и красиво).
Оказалось, что по книге таки был снят фильм (здесь был кусок вангования по трейлеру, но меня пристыдили и я с перепугу удалила) с другим названием, так как «автор полагал, что его роман не может быть успешно претворён в фильм и продал права на экранизацию под условием, что его название будет изменено»

Ну что ж, цитируя цитируемое в книге:

Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?

Эти строки из Маяковского первыми пришли на ум по прочтении романа.
"Ничто так не пугает человека, как будущее", но не Оуэна Мини, к своему будущему он был готов, всей своей короткой и яркой жизнью. Очень глубокий, сильный роман. Третий из прочитанных у автора и пожалуй теперь любимый. За что люблю Ирвинга, так это за хорошо рассказанные, жизненные истории и живые персонажи. И пожалуй, одного эпиграфа мало, пусть звучит полностью:

Дальше...

Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - кто-то хочет, чтобы они были?
Значит — кто-то называет эти плево́чки жемчужиной?

И, надрываясь
в метелях полуденной пыли,
врывается к богу,
боится, что опоздал,
плачет,
целует ему жилистую руку,
просит -
чтоб обязательно была звезда! -
клянется -
не перенесет эту беззвездную муку!
А после
ходит тревожный,

но спокойный наружно.
Говорит кому-то:
"Ведь теперь тебе ничего?
Не страшно?
Да?!"
Послушайте!
Ведь, если звезды
зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!

<1914>

Философский роман-размышление о Судьбе и Провидении погружает читателя в атмосферу религиозной жизни США времён вьетнамской войны. Главный герой, молодой человек по имени Оуэн Мини, подобно Жанне Д`Арк, исполнен глубокой веры в своё предназначение. День за днём он готовится к исполнению таинственной Миcсии, смысл которой скрыт от него (и от читателя) до самой развязки. Трагический и, вместе с тем, вдохновенный финал наводит на размышления о вечном вопросе: является ли судьба суммой нелепых случайностей или человек и правда служит орудием в руках Провидения?