Шмяк! Дело табак

Женщины предавались типично женскому развлечению – они вынимали одежду из одних штуковин и клали в другие.

«…Это все политика. Ваймс никогда не мог ухватить ее суть, потому что для честного человека политика представляла собой сплошные ловушки.»

Отрывок из книги: Пратчетт, Терри. «Шмяк!.»

Полковник по природе своей придерживался тактики «живи и жить давай другим». Если девушка предпочитает появляться на людях в обществе другой девушки, даже если та носит мужскую сорочку и галстук, объезжает лошадей, и лицо у нее как у бульдога, который лижет уксус с терновника, – это целиком и полностью ее дело.

— Он меня создал. Quis custodiet ipsos custodes? «Кто сторожит стражей?» Я. Я сторожу его. Всегда. И ты не заставишь его убивать по твоему желанию.

— Кем нужно быть, чтобы держать в голове собственного Стражника?

— Человеком, который страшится Тьмы.

— Правильно страшится, — с удовлетворением заметило существо.

— О да. Но ты, кажется, неправильно поняло. Я нужен не для того, чтобы не впускать тьму внутрь. Я нужен, чтобы не выпускать ее наружу.

У Ваймса было совсем другое детство — он играл в дерьмосалочки с настоящим дерьмом.

Выйди и покажись миру - возможно, ему будет, что сказать тебе. Например, "ого".

Хищники уважают друг друга, не так ли? Иногда они даже уважают добычу. Лев порой способен лечь рядом с ягненком, пускай в итоге на ноги поднимется только лев. Но он никогда не ляжет рядом с крысой.

Пять минут они брели, поскальзываясь, прежде чем оказались у замурованной двери, но поскольку ее заделали, используя суперсовременный анк-моркпорский раствор из песка, лошадиного навоза и овощных очисток, несколько кирпичей уже вывались сами собой. Салли выбила почти все остальные одним ударом.

У Ваймса было три корзины для бумаг: Входящие, Исходящие и Все в Одной Куче, в последнюю он складывал все бумаги, когда был слишком занят, зол, слишком устал или просто не знал, что с этим делать.

— По крайней мере, я вычистила урну для заварки, — удовлетворенно продолжала Сибилла.
— Урну для заварки? — замогильным голосом переспросил Ваймс. Опустошить урну было все равно что стереть патину с произведения искусства.

Он спустился по трапу в привычный мир, встретивший его в лице капрала Шнобби Шноббса, рядом с которым, впрочем, реальность прогибалась.

В городской Страже имелся как минимум один представитель каждого разумного двуногого вида (плюс Шнобби Шноббс).

Бессмысленно было спорить с Сибиллой: даже если ты думаешь, что победил, оказывается, что на самом деле тебя неверно информировали.

Ваймсу не помеха никакой летающий глаз с хвостом. Здравый смысл и факты – вот что главное.

Вот почему я не люблю магию. Потому что это магия. Не задавай вопросов, это магия. Никаких объяснений, это магия. Неизвестно, откуда оно взялось, – это магия! Вот что мне не нравится в магии. В ней всё – по волшебству!

Я слишком труслив, чтобы быть трусом!

Если хоть раз опоздаешь по серьезному поводу, потом начнешь опаздывать вообще без всякого повода.