Кажется, я перечитала все большие японские романы любимого периода (первая половина ХХ века, плюс-минус), приходится довольствоваться рассказами и повестями. Не скажу, что так уж не люблю малую прозу, тем более, что японским авторам она обычно неплохо удаётся, но общее настроение скорее меланхоличное. Тем более, что и тематика сборника добавляет.
Кавабата всегда завораживал меня своими описаниями природы. У него даже названия большинства произведений так или иначе связаны с географическими объектами или названиями растений и животных. Это неслучайно, потому что природа - органическая часть, если не сердце, любой истории этого сборника. И вряд ли у какого-то иного автора я бы с удовольствием читала многостраничные описания сокола на вершине погибающей сосны. Про осеннее буйство красок в горах, зеркальную гладь озера или рассыпавшихся по москитной сетке светлячков я и вовсе молчу. Удивительное дело, при всей моей нелюбви к насекомым и невозможности даже представить, что я добровольно притащу насекомое в свой дом, я нахожу этот образ прекрасным и очень поэтичным. И даже бытовые моменты и традиции насквозь пронизаны этой любовью к природе - изображения журавля на фуросики и криптомерий на кимоно, вездесущие букеты цветов, эстетика чайной церемонии, отбеливание кимоно в снегу. Все эти описания вгоняют меня в какое-то медитативное состояние, сюжет становится уже не так уж важен.
Впрочем, как раз из-за сюжетов сборник и получил от меня невысокие три балла. Японский менталитет - это, конечно, менталитет инопланетян, которые запросто шляются по чайным домикам, утоляя при живых супругах несколько иную жажду, но считают неудобным отказать от дома неприятной во всех отношениях эпизодической любовнице отца. Раньше мне это не особо мешало, но в этом сборнике концентрация странностей зашкаливает. Один мужчина распутывает клубок сложных взаимоотношений своего покойного отца, попутно проникаясь чувствами сразу к трём женщинам ("Тысячекрылый журавль"). Другой месяцами живёт в гостинице на источниках, заведя странные отношения с местной гейшей ("Снежная страна"). Третий на старости лет ходит в необычный отель для стариков, где они могут провести ночь с усыплённой юной красавицей - ничего непотребного, только эстетика ("Спящие красавицы"). На этом фоне краткая история о студенте, который несколько лет выдавал себя за женщину, чтобы не быть призванным на войну - верх нормальности, проявление здорового инстинкта самосохранения ("Природа"). Всё прочее странно даже не само по себе, содержанием, а скорее формой - обрывистые бессодержательные диалоги, неожиданные порывы, тотальная меланхолия и одиночество, несмотря на все эти бесчисленные любовные связи. Мужчины у Кавабаты чаще всего прячутся от жизни и выбирают по остаточному принципу (то есть ждут, что кто-то выберет за них), а женщины то и дело поддаются причудливым сменам настроения и, в конечном счёте, остаются вещью в себе, не понятыми и не разгаданными.
Поэтично, лирично, бесконечно красиво, очень самокопательно, но в плане человеческих отношений на этот раз мимо.
27 понравилось
