Приглашение на казнь

Наиболее точно определить жанр этого произведения можно как антиутопию. Главный герой, Цинциннат Ц, постоянно получает луч надежды, который каждый раз обертается болезненным разочарованием и осознанием безысходности своего положения. По уровню своего трагизма повесть напоминает фильм Терри Гиллиама "Бразилия", который был основан (или скорее вдохновлен) на романе Джорджа Оруэлла 1984 и произведениях Франца Кафки. И если у вас есть выбор что прочитать - перевод Оруэлла "1984" или "Приглашение на казнь" Набокова, то начните с повести Набокова, после неё антиутопия Оруэлла будет казаться вам детской сказкой.

О том, что этот роман замешан на абсурде ясно из названия - "Приглашение на казнь", но если и были еще сомнения, начало поставило всё на свои места ))

и да, казнь будет. Только вот, что это за казнь?

Заместитель управляющего городом вскочил на помост «ловко и энергично» сделать объявление:

А ведь это "лобное место" с эшафотом, с осужденным, который смирно ждёт ...
Странновато, да? Ну да, только для нас, а для мира, в котором живёт осуждённый на смерть Цинциннат, совершенно естественно. Совершенно естественно для мира победившей пошлости. Для мира, где всё - псевдо! Псевдокрасивое, псевдоправильное, псевдоистинное! Мир, где до тридцати лет жил Цинциннат, пытаясь под него подстроиться, пытаясь быть "как все" - это даже не театр, даже не цирк, это - балаган, дрянной балаган с отвратительными актёрами, населённый

Цинциннат

Да и казнят его именно за то, что у него есть внутреннее «я» — «неделимая, твердая, сияющая точка». Та "точка", которая мгновенно мелькнула в глазах его матери, та "точка", которая позволяет Цинциннату свободно гулять по пространству и времени, выходя из-под власти тюремщиков.
Мне показалось очень важным диалог двух Цинциннатов, борьба этих двух Цинциннатов. Одного маленького, беспомощного, который панически боится смерти и другого - свободного! В конце романа тюремщик Родион приносит в камеру огромную бабочку. При чём, он её боится, несёт в полотенце (покормить паука), бабочка улетает и только Цинциннат видит - куда. Бабочка традиционный символ бессмертной души и именно эта бабочка помогла преодолеть Цинциннату страх смерти. И именно тогда он зачеркивает слово "смерть", последнее слово его заметок.

Ну и то, что, как мне кажется, дарует надежду

Я очень люблю этот роман и говорить о нём - объять необъятное! Вот и сейчас ... не получилось ... не сказала о "бутафории", "куклах" - других действующих лицах романа, не сказала о часах с рисованным циферблатом, ни о танце Эммочки, похожим на танец Соломеи, ни о второй в городе по количеству книг библиотеке тюрьмы, ни о библиотекаре, а он ведь чуть другой, не из когорты "кукол", ни о чучеле, машущим, прощаясь с осуждённым, ни о "нетках", ни о том, что после ухода из камеры Цинцинната, камера рушится (если поэт уходит из мира, мир рушится - Набоков) ... да о многом не сказала, увы ... Не смогла((

Читайте! Может быть и вы полюбите этот роман. Лучший роман Набокова, по моему мнению.

Я прочитала уже достаточно романов Набокова, чтобы у меня сложились определенные впечатления и ожидания от его текстов. "Приглашение на казнь" же в этот ряд не вписывается совершенно. Конечно, и здесь чувствуется рука мастера, но все же, для меня, это самое ненабоковское произведение Набокова.

Цинцината Ц. приговаривают к смертной казни за непрозрачность в мире, где все прозрачны. Приговор вынесен, но день не назван. Весь роман - это ожидание смерти, незнание положенного тебе остатка, невозможность что-то начать, потому что не знаешь, успеешь ли закончить.

В заточении Цинцината окружают работники крепости-тюрьмы, взаимозаменяемые винтики системы. Вот зашел директор Родриг, а вышел стражник Родион. Так же пластична и действительность: характерным для Набокова образом граница между реальностью и сном стерта, два этих противоположных состояния перетекают друг в друга, смешиваясь и объединяясь. Единственная надежда на спасение - еще не переделанная во взрослую дочка директора Эммочка. А все остальное - это просто цирк и представление.

Читая этот роман, я видела его в двух параллельных интерпретациях. С одной стороны, этот полосатый мир прозрачных людей так явно отражает Сталинское СССР: тут и доносы соседей, и пытки-опыты над задержанными, заранее известный исход суда и какое-то то, другое время "всеобщей плавности", "едва вообразимый век":

И все, что связано с казнью, - красное: красная боль расставания с головой, красная лента в гриве лошади, везущей карету с осужденным, и, наконец, красные ступени эшафота. В нашей стране, на мой взгляд, красный цвет ассоциируется только с одним явлением - коммунизмом.

С другой стороны, мне виделось непринятие таланта обывателями - непонимание его, осуждение. Или еще ближе опять таки к СССР - страдания писателей от цензуры. В таком контексте, личность м-сье Пьера видится мне критиком. Всего эти "разговоры по душам", когда Цинцинат молчит, и после м-сье Пьер говорит, что понял Цинцината лучше, чем кто бы то ни был. И цензура как смерть.

При чтении я часто думала о Чернышевском, который писал "Что делать?" в одиночной тюремной камере. Правда, он не был приговорен к смертной казни, но все равно, сколько же мужества надо, чтобы начать и завершить свой труд в таких условиях. Каким же большим оказалось мое удивление, когда я узнала, что Набоков изучал биографию Чернышевского перед написанием этого романа (ну и перед "Даром" еще, но это уже другая история). Конечно, это просто совпадение из-за моей любви к Чернышевскому, но чувствую себя настоящим Хорошим читателем.

Несмотря на то, что язык здесь прекрасен, как и всегда у Набокова (о этот ритм!), роман не зацепил меня. В моих глазах он выглядит каким-то неудавшимся экспериментом. Несмотря на то, что были произнесены и слова "винтики системы", и сравнение со Сталинским режимом, я все-таки не считаю роман антиутопией - он слишком аллегоричен для этого жанра. Абсурд, наверное, ближе в моем понимании.

Самое интересное в этом романе для меня заключается в вопросе: таки подражал ли Набоков Кафке или нет? Или это все просто витало в воздухе?

Владимир Набоков в очередной раз доказал, что литературные персонажи могут невероятно сильно злить, раздражать и выводить из себя.
Это небольшая история о человеке Цинцинате Ц., приговоренного к смертной казни. Все повествование ведется сквозь ощущения главного героя: он сидит в камере, ждет дня своей смерти как что-то неизбежное, которое должно случиться не с ним, а с кем-то другим (такое впечатление складывается потому, что читателю до конца так и не раскрывают, за что должны казнить этого человека). К узнику постоянно приходят люди: надзиратель, адвокат, директор, сосед по несчастью - все они пытаются продемонстрировать ему свое расположение и искреннюю любовь, что в принципе противоречит ситуации. Кода с ним советуются или спрашивают о его отношении к чему-то, то всегда поступают наоборот, не назло ему, а только потому, что так есть, и все, никакого объяснения.
В каждой фразе, сказанной Цинцинатом, прослеживается отчаяние, смятение, непонимание, желание бороться, но всегда побеждает смирение, то неизвестное смирение, когда надежда на спасение еще есть, помилование еще возможно, и в то же время понимание несбыточности своих мечтаний.
Как всегда у Набокова, интрига, небольшая толика абсурда и, конечно же, ненормальные отношения между мужчиной и женщиной (в данном случай - мужем и женой) подкреплены восхитительным слогом, от которого невозможно оторваться. Ну и цитата, которая меня немного встряхнула: