Рецензия на книгу

• 

  PurpleMerlin28 марта 2021 г.

  Я прочитала уже достаточно романов Набокова, чтобы у меня сложились определенные впечатления и ожидания от его текстов. "Приглашение на казнь" же в этот ряд не вписывается совершенно. Конечно, и здесь чувствуется рука мастера, но все же, для меня, это самое ненабоковское произведение Набокова.

  Цинцината Ц. приговаривают к смертной казни за непрозрачность в мире, где все прозрачны. Приговор вынесен, но день не назван. Весь роман - это ожидание смерти, незнание положенного тебе остатка, невозможность что-то начать, потому что не знаешь, успеешь ли закончить.

  
  ...между его движением и движением оставшейся тени, - эта секунда, эта синкопа, - вот редкий сорт времени, в котором живу, - пауза, перебой, - когда сердце как пух.

  В заточении Цинцината окружают работники крепости-тюрьмы, взаимозаменяемые винтики системы. Вот зашел директор Родриг, а вышел стражник Родион. Так же пластична и действительность: характерным для Набокова образом граница между реальностью и сном стерта, два этих противоположных состояния перетекают друг в друга, смешиваясь и объединяясь. Единственная надежда на спасение - еще не переделанная во взрослую дочка директора Эммочка. А все остальное - это просто цирк и представление.

  Читая этот роман, я видела его в двух параллельных интерпретациях. С одной стороны, этот полосатый мир прозрачных людей так явно отражает Сталинское СССР: тут и доносы соседей, и пытки-опыты над задержанными, заранее известный исход суда и какое-то то, другое время "всеобщей плавности", "едва вообразимый век":

  
  ... - и никому не было жаль прошлого, да и само понятие "прошлого" стало другим.

  И все, что связано с казнью, - красное: красная боль расставания с головой, красная лента в гриве лошади, везущей карету с осужденным, и, наконец, красные ступени эшафота. В нашей стране, на мой взгляд, красный цвет ассоциируется только с одним явлением - коммунизмом.

  С другой стороны, мне виделось непринятие таланта обывателями - непонимание его, осуждение. Или еще ближе опять таки к СССР - страдания писателей от цензуры. В таком контексте, личность м-сье Пьера видится мне критиком. Всего эти "разговоры по душам", когда Цинцинат молчит, и после м-сье Пьер говорит, что понял Цинцината лучше, чем кто бы то ни был. И цензура как смерть.

  
  ... он не понимает, что если бы сейчас честно признал свою блажь, что любит то же самое, что любим мы с вами, <...> - тогда была бы для него некоторая отдаленная, - не хочу сказать надежда, но во всяком случае...

  При чтении я часто думала о Чернышевском, который писал "Что делать?" в одиночной тюремной камере. Правда, он не был приговорен к смертной казни, но все равно, сколько же мужества надо, чтобы начать и завершить свой труд в таких условиях. Каким же большим оказалось мое удивление, когда я узнала, что Набоков изучал биографию Чернышевского перед написанием этого романа (ну и перед "Даром" еще, но это уже другая история). Конечно, это просто совпадение из-за моей любви к Чернышевскому, но чувствую себя настоящим Хорошим читателем.

  Несмотря на то, что язык здесь прекрасен, как и всегда у Набокова (о этот ритм!), роман не зацепил меня. В моих глазах он выглядит каким-то неудавшимся экспериментом. Несмотря на то, что были произнесены и слова "винтики системы", и сравнение со Сталинским режимом, я все-таки не считаю роман антиутопией - он слишком аллегоричен для этого жанра. Абсурд, наверное, ближе в моем понимании.

  Самое интересное в этом романе для меня заключается в вопросе: таки подражал ли Набоков Кафке или нет? Или это все просто витало в воздухе?

  4

  492