
Читаем пьесы
Julia_cherry
- 1 667 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Горе может сплотить семью, а может разъединить самых близких людей. Каждый ведь переживает беду по-своему. Здесь нет готового алгоритма по выходу из трагической ситуации. Бекка и ее муж Хоуи потеряли единственного сына и каждый из них пытается хоть как-то это пережить...Не выходит. Ни у него. Ни у нее.
Бекка вечно раздражена и часто без повода срывается на своей младшей сестре (особенно, когда узнает, что та беременна) или на своей матери (которая, к слову, тоже потеряла сына - он был братом Бекки). Но по крайней мере Бекка не пересматривает без конца видеозаписи с погибшим Дэнни, как это делает ее муж...
Возможно, все исправит время, возможно, нет...
В книге есть очень трогательный момент, когда Бекка спрашивает свою мать, пройдет ли когда-то это чувство...тяжести утраты. И мать ей отвечает, что прошло 11 лет, но это все живо, как будто сейчас, это все так же тяжело (не могла сдержать слезы, когда читала это все, потому что про гибель детей читать всегда страшно....)
Подросток, виновник гибели Дэнни, посвящает умершему мальчику свой рассказ про кроличьи норы - пути к параллельной реальности. Есть в эзотерике такое понятие. В другой реальности, в другой живут наши двойники, двойники наших близких, у которых все замечательно. И там, в другой реальности, они живы и счастливы.
И вот с этого рассказа, мне кажется, и начинается возрождение семьи Бекки-Хоуи. Жизнь продолжается. И в той реальности. И в этой....
Финал произведения открытый, но в большей степени оптимистичный, как мне показалось. Пьеса, конечно, очень грустная, тяжелая такая драматическая история, но какое-то светлое чувство возникает после ее прочтения, не знаю даже, почему так. Может, причина в том, как она написана: просто и душевно, может, в героях- реальных людях, не идеальных, а живых и настоящих, это не показное страдание, это горечь в сердце и в душе… 5/5
"Мы не можем вдруг в один день проснуться и вернуться обратно, где мы были" - да, мы не можем вернуться в прошлое, но мы можем попытаться сделать настоящее чуточку лучше, а возможно, и будущее...
И, кстати, по этой пьесе снят замечательный фильм с Николь Кидман. Тоже очень добрый и проникновенный.

В интервью автор признался, что написал пьесу, как воплощение своего самого сильного страха.
Как пережить потерю близкого человека, как выпутаться из паутины чувства вины и отчаяния, что ничего нельзя изменить. Как общаться с близкими, когда в каждом их слове, поступке, замечании, видишь намёки о пережитом горе. Как жить дальше, когда тот, другой, любимый, уже не живёт. Нет ответов на эти вопросы, и в пьесе ответов нет.
Получился лишь взгляд со стороны на несколько эпизодов из жизни одной семьи. Простых, незамысловатых, но очень трогательных.
Не поняла переломного момента, после которого вектор со страдания без утешения, переключился на утешение после долгого страдания. Возможно его и не было, потому что в каждом случае этот переломный момент может быть связан с любым пустым замечанием, словом, ситуацией и даже молчанием и тишиной, которую в ином состоянии даже не заметили бы.
Не стоит забывать, что показана семья из высшего среднего класса, почти элита. У них дом в дорогом престижном районе, она не работает, у них достаточно денег, чтоб не заботится о первичных нуждах. И масса свободного времени, которое можно посвятить страданию. Это не значит, что в бедности страдания не такие сильные, но у героев нет привычки к боли. И несмотря на то, что их жалко, циничный голос шумит: бабы любят страдать.
Но, как бы то ни было, пьеса получилась хорошая именно благодаря своей простой композиции и простым немного пустым диалогам, когда о главном не говорят, но чувствуют в каждом слове. Это получилось хорошо.

Спойлеры, не передающие суть истории, и всё же…
Драматическая и печальная история одной семьи, потерявшей ребёнка. Чашка расклеена, разбита на мелкие осколки, и собрать её обратно почти невозможно, ведь не достаёт основного фрагмента. Но здесь почти ключевое слово. Потому что ещё можно взять себя в руки, ещё можно что-то предпринять, чтобы не разрушить брак. Но, бог, мой, как это сложно. Как это невыносимо натыкаться на игрушки, рисунки, книжки безвременно ушедшего сына. Перебирать его одежду, вдыхать его запах, прокручивать снова и снова последнее видео.
Если бы он не побежал за собакой, если бы я не забыл ключи, если бы не зазвонил телефон, если бы я не вернулась в дом… Муки совести терзают всех, но ведь ничего нельзя исправить. Надо учиться жить дальше, по-другому, без него.
А может вообще начать новую жизнь? Избавиться от собаки, продать дом, раздать вещи, завести любовницу? Увлечься кулинарией, не слушать мамины стенания о давней потере взрослого сына-наркомана, не нервничать при виде беременной сестры.
Как ни странно, но избавление приходит оттуда, откуда его не ждали, даже и помыслить не могли о подобном.
Маленький рассказ о кроличьей норе, то есть о параллельной вселенной меняет Бекку. Исповедь подростка, виноватого в аварии она воспринимает как избавление. Нет, потеря всё так же тяжела, но всё же её уже легче нести.
Пьеса очень просто написана. До того просто, что я уже начала переживать, справится ли автор с концовкой. Не хотелось банальностей. К счастью, этого не случилось.
Клуб Драматургии. Читаем пьесы вместе.

Бекка
Так что же мы будем делать?
Хоуи
Например?
Бекка
Я не знаю, выбери что-нибудь.
Хоуи
Ну… (Размышляет) Завтра мы могли бы пойти в Деревенские Игрушки и Кэнди Лэнд для Эмили. Это ей, скорее всего, понравится.
Бекка
Окей, Кэнди Лэнд. Это начало. Что потом?
Хоуи
Потом мы завернем подарок.
Бекка
Угу.
Хоуи
А потом в воскресенье мы поедем на пикник и вручим ей подарок, а потом мы поговорим с Риком и Дебби, и чтобы они чувствовали себя комфортно, мы задаем детям кучу вопросов о том, что у них происходило, и мы будем притворяться, что нам действительно интересно. А потом мы подождем Рика и/или Дебби, чтобы поговорить о Дэнни, в то время как дети играют в комнате. И возможно, это продлится какое-то время. А после мы вернемся домой.
(Короткая пауза.)
Бекка
А что потом?
(Короткая пауза.)
Хоуи
Я не знаю. Что-нибудь. Мы поймем.
Бекка
Поймем?
Хоуи
Я так думаю. Я думаю, мы поймем.

Хоуи
(Не обращая внимания) Не только кассета! Я не говорю о кассете, Бекка! Таз и картины, и одежда, и все вокруг. Ты должны прекратить стирать его! Ты должна прекратить это! Ты ДОЛЖНА ОСТАНОВИТЬСЯ!
(Хоуи довел себя до слез. Он отходит от Бекки. Она задерживает его. Бекка выглядит больше растерянной, чем оскорбленной.)
Бекка
Ты действительно не знаешь меня, Хоуи? Разве ты действительно не знаешь, как совершенно невозможно быть тому, что могло бы быть? Стереть его? Независимо от того, сколько вещей я отдаю на благотворительность, или сколько художественных проектов я пропихиваю, ты действительно думаешь, что я не вижу его каждую секунду каждый день? Ладно, я пытаюсь сделать некоторые вещи полегче для себя, скрывая некоторые фотографии, отдавая одежду, но это не означает, что я пытаюсь вычеркнуть его. С кассетой вышла случайность. Поверь мне, я буду всегда корить себя за это, я уверена. Как и за все остальное, что я могла предотвратить, но не сделала.
Хоуи
Это не то, что я хочу, Бек. Это не то, о чем я говорю.
Бекка
Не то? Потому что… По-твоему, я недостаточно плохо себя чувствую. По-твоему, я недостаточно оплакиваю.
Хоуи
Да ладно, это не…
Бекка
Или как-то не так оплакиваю. Но только позволь мне сказать, Хоуи, что я скорблю так же сильно, как и ты сам. И мое горе столь же реально и ужасно, как и твое.

Бекка
Он везде, Хоуи. Куда не посмотрю, я до сих пор вижу Дэнни.
Хоуи
Мы любим этот дом.
Бекка
Я не могу сдвинуться без… Я имею в виду, Господи, посмотри на это. (Хватает близлежащую остроконечную игрушку динозавра.) Всюду. Ты даже знаешь? (Хватает детские книжки из стопки журналов.) Здесь: Безудержный Бани, Господи боже. Загадки. Грязные отпечатки пальцев на дверном косяке.
Хоуи
Я люблю смотреть на эти отпечатки.
Бекка
Потому что ты не должен сидеть, уставившись на них, изо дня в день. Ты можешь убежать. Ты можешь уйти, чтобы работать.















