Кроличья нора

Бекка
Так что же мы будем делать?

Хоуи
Например?

Бекка
Я не знаю, выбери что-нибудь.

Хоуи
Ну… (Размышляет) Завтра мы могли бы пойти в Деревенские Игрушки и Кэнди Лэнд для Эмили. Это ей, скорее всего, понравится.

Бекка
Окей, Кэнди Лэнд. Это начало. Что потом?

Хоуи
Потом мы завернем подарок.

Бекка
Угу.

Хоуи
А потом в воскресенье мы поедем на пикник и вручим ей подарок, а потом мы поговорим с Риком и Дебби, и чтобы они чувствовали себя комфортно, мы задаем детям кучу вопросов о том, что у них происходило, и мы будем притворяться, что нам действительно интересно. А потом мы подождем Рика и/или Дебби, чтобы поговорить о Дэнни, в то время как дети играют в комнате. И возможно, это продлится какое-то время. А после мы вернемся домой.

(Короткая пауза.)

Бекка
А что потом?

(Короткая пауза.)

Хоуи
Я не знаю. Что-нибудь. Мы поймем.

Бекка
Поймем?

Хоуи
Я так думаю. Я думаю, мы поймем.

Хоуи

(Не обращая внимания) Не только кассета! Я не говорю о кассете, Бекка! Таз и картины, и одежда, и все вокруг. Ты должны прекратить стирать его! Ты должна прекратить это! Ты ДОЛЖНА ОСТАНОВИТЬСЯ!

(Хоуи довел себя до слез. Он отходит от Бекки. Она задерживает его. Бекка выглядит больше растерянной, чем оскорбленной.)

Бекка

Ты действительно не знаешь меня, Хоуи? Разве ты действительно не знаешь, как совершенно невозможно быть тому, что могло бы быть? Стереть его? Независимо от того, сколько вещей я отдаю на благотворительность, или сколько художественных проектов я пропихиваю, ты действительно думаешь, что я не вижу его каждую секунду каждый день? Ладно, я пытаюсь сделать некоторые вещи полегче для себя, скрывая некоторые фотографии, отдавая одежду, но это не означает, что я пытаюсь вычеркнуть его. С кассетой вышла случайность. Поверь мне, я буду всегда корить себя за это, я уверена. Как и за все остальное, что я могла предотвратить, но не сделала.

Хоуи

Это не то, что я хочу, Бек. Это не то, о чем я говорю.

Бекка

Не то? Потому что… По-твоему, я недостаточно плохо себя чувствую. По-твоему, я недостаточно оплакиваю.

Хоуи

Да ладно, это не…

Бекка

Или как-то не так оплакиваю. Но только позволь мне сказать, Хоуи, что я скорблю так же сильно, как и ты сам. И мое горе столь же реально и ужасно, как и твое.

Бекка

Он везде, Хоуи. Куда не посмотрю, я до сих пор вижу Дэнни.

Хоуи

Мы любим этот дом.

Бекка

Я не могу сдвинуться без… Я имею в виду, Господи, посмотри на это. (Хватает близлежащую остроконечную игрушку динозавра.) Всюду. Ты даже знаешь? (Хватает детские книжки из стопки журналов.) Здесь: Безудержный Бани, Господи боже. Загадки. Грязные отпечатки пальцев на дверном косяке.

Хоуи

Я люблю смотреть на эти отпечатки.

Бекка

Потому что ты не должен сидеть, уставившись на них, изо дня в день. Ты можешь убежать. Ты можешь уйти, чтобы работать.

Бекка
Мам? (Нэт смотрит на неё.) Оно пройдет?

Нэт
Что.

Бекка
Это чувство. Оно когда-нибудь пройдет? (Короткая пауза.)

Нэт
Нет. Я не думаю, что пройдет. Для меня нет. Вот уже продолжается одиннадцать лет.

(Короткая пауза.)

Хотя и меняется.

Бекка
Как?

Нэт
Я не знаю. Груз этого, я думаю. В какой-то момент, это становится терпимым. Это превращается во что-то, из под чего ты можешь выползти. И носишь при себе кирпич в кармане. Время от времени ты о нем забываешь, но затем ты залезаешь по какой-то причине, а там он: ”О, верно. Это.” Это может быть невыносимо. Но не все время. Иногда это – своего рода… Не то, чтобы ты точно это любила, но это - то, что у тебя есть вместо своего сына, поэтому ты не хочешь отпустить и это. Поэтому ты носишь его всюду. И это не проходит, и это…

Бекка
Что?

Нэт
Хорошо… на самом деле.